Раб клана 4. Предмет без свойств
– Внимание! Предлагаю так называемому графу Людовико выйти и сдаться! В таком случае все сопровождающие его лица останутся в живых!
– Это Сельо, – упавшим голосом произнес Нимрод, – Начальник охраны. Если он привел с собой всех, то там десяток бойцов. Нам не справиться. Придется умереть, защищая Его светлость.
– Там только четверо, – сказал я, аккуратно выглянув из двери, – Те самые, что меня встречали на дороге. Один из них тогда пробормотал что-то про то, что молодой граф на этом свете не задержится.
– Сельо! – опять крикнул Нимрод, доставая откуда-то из подмышки длинный тонкий кинжал, – Ты же понимаешь, что бунтовщики заканчивают на плахе?
– Да! – раздался из холла прежний властный голос, – Наблюдают за тем, как старая власть лишается головы!
– Я сам разберусь, – сказал я, останавливая Нимрода жестом и скидывая капюшон с головы.
Я уже упоминал, какое действие на местных производит вид голого черепа на плечах живого человека. Проигнорировав вяк, изданный Нимродом, я выскочил в проем двери хранилища и сразу же запустил «воздушный молот» в первого, кого увидел. Бедолага отлетел на пару метров и грохнулся на пыльный пол, который мгновенно под ним раскрылся. Короткий вопль, оборванный тошнотворным звуком, с которым тело протыкает десяток металлических кольев, и этот готов. Второй шарахнулся сам, увидев перед собой эдакое страшилище, отпрыгнул назад, раздался щелчок, и в спину трусишки воткнулись сразу два болта, один из которых отравил, а второй поджег его. Пара секунд – и этот тоже готов. Я тем временем врезал «воздушным молотом» по третьему, и ему не повезло грохнуться после моего удара спиной на ловушку с кислотой. Орал он очень громко, но очень недолго. Вот так, пять секунд, и передо мной стоит только Сельо. Точнее, уже не стоит, а бежит в мою сторону, выставив меч вперед и умело прикрывшись небольшим круглым щитом. Что делает храбрый маг, когда на него на всех парах летит воин с мечом и щитом? Конечно же отступает! Так что я поспешно сделал пяток шагов назад, пока не уперся спиной в одну из полок внутри хранилища. Бешеные глаза Сельо были направлены только на меня. Он сделал неуловимый взмах мечом и направил свой удар прямо мне между глаз. Тут мне и пришел бы карачун, но удар был остановлен тонким, но как оказалось очень крепким кинжалом Нимрода. Сельо перевел на него бешенный взгляд, и тут раздался хлесткий звук разряда, это подошедший сзади Тео применил «магическую плеть», сократив хитбар предателя. Сельо понял, что его обходят с трех сторон, и решил отступить, попятившись назад. Спохватившись, я применил по нему «воздушный молот», но удар пришелся в подставленный щит, не нанеся урона, только заставив противника проскользить по полу около метра. Ну что ж, это тоже вариант. Запуская «молоты» раз за разом, я оттеснял Сельо в сторону прохода в зал с ловушками, намереваясь выбросить его на одну из них, и план бы удался, если бы не Тео. Он подскочил сбоку, опять шарахнув предателя «магической плетью», снеся ему еще кусок хитбара. Вот только Сельо отмахнулся мечом и полоснул Тео поперек груди, разрубив тому кафтан с рубахой. Тео рухнул навзничь как подрубленный дубок. Нет, только не это! Задание же пропадет! Я в ярости продолжал лупить Сельо «молотами», пока, наконец, он не был сброшен с тропинки, протоптанной в пыли, и его нога не застряла намертво в яме с колышками на стенках, направленными вниз. Насколько я знаю, из такой ловушки можно выбраться, только оторвав ногу, так что я бросил дергающего ногу и рычащего от бессилия предателя и метнулся обратно к Тео.
Вот черт, у меня даже «исцеление» заблокировано! Пока я подбежал к Тео, лихорадочно размышляя о том, подействуют ли на местного зелья здоровья, Нимрод был уже там, склонился над ним со слезами на глазах. При моем приближении Тео вдруг резко сел, глядя мне в лицо (точнее черепушку) расширенными от шока глазами.
– Господин Альбедо, я в порядке! – немного удивленно сказал он, осматривая свою отнюдь не атлетичную грудь и живот, – Он меня не достал, только одежду разрезал!
– Отлично! – ответил я и повернулся, чтобы отправиться обратно к Сельо, но был остановлен возгласом Нимрода.
– Господин Альбедо! Твое магичество! Я требую объяснений! – взор его пылал праведным гневом, он с гримасой отвращения смотрел на мое лицо, то есть черепушку, выставив перед собой кинжал. Ладно хоть магичеством назвал, значит, еще не все потеряно.
– Нимрод, не делай резких движений, – сказал я и выставил перед собой руки ладонями к нему. Лучше бы я этого не делал. Он уставился на мою изуродованную левую руку и к выражению отвращения на его лице прибавилась еще решимость защитить господина любой ценой.
– Нимрод! – вмешался Тео, – Я полностью доверяю господину Альбедо и предоставлю тебе все необходимые объяснения! Дело в том, что…
Я не стал слушать рассказ Тео, резко повернулся, взметнув полы плаща и отправился к Сельо.
– Вот ведь!.. – я едва сдержался, чтобы не матюгнуться, – Чтоб тебе лохры вечно объясняли, где рыбы нет!
Я переоценил ловушку. Сельо сбежал, оставив в дыре с кольями проткнутый в десятке мест сапог.
4. Розы и угрозы
– Господин граф! – вещал Нимрод, нервно расхаживая по кабинету, в который мы поднялись из хранилища, – Нужно срочно запросить помощь у Его величества! Если Сельо решил повернуть свое оружие против тебя, он на этом не остановится! Соберет отряд и будет нападать на крестьян, жечь их дома, грабить купцов и торговцев! Кто лучше королевской стражи разберется с этой напастью?
Пауза, дающая мне возможность вмешаться. Это еще один аспект большого задания, связанного с владениями графа – уничтожить разбойников. Надо ли мне это? В принципе, можно натравить на них Офелий с Масой, пока я разбираюсь с шарами…
– Гораздо важнее понять, в чьих интересах от действует! – подал задумчивый голос Тео, сидящий в кресле напротив окна, – Все мои родственники, насколько мне сказали, мертвы. Кто тогда претендует на графский титул в случае моей смерти? Кому это выгодно?
Они опять замолчали на время, давая мне возможность вмешаться. Система предлагает заняться расследованием? Нет, спасибо! Я не Шерлок Холмс и не Эркюль Пуаро (вытяните губки трубочкой, как для поцелуя, чтобы произнести правильно), мне такие задания неинтересны. Меня заинтересовало Стальное сердце, точнее тот артефакт, что появится после его деактивации и сможет существенно усилить мага при использовании. Даже если я не использую его сам, за какую сумму можно будет продать эдакую штуковину? Так что я займусь поиском шаров.
– Я вынужден откланяться, – я встал из-за письменного стола, который опять нагло оккупировал, – Постараюсь разузнать что-нибудь об этих шарах.
– Одна просьба, Твое магичество, – повернул ко мне озабоченное лицо Нимрод, – Капюшончик накинь!.. Негоже челядь эдакой рожей пугать.
Действительно, чего это я? Брожу тут по поместью как у себя дома, свечу голым черепом! Непорядок! Я благодарно кивнул Нимроду, исполнил его просьбу и, поплутав некоторое время по коридорам, все-таки вышел на свежий воздух, вытаскивая из мешка свиток перемещения.
Ноугрелл встретил меня шумом и гамом. На городской площади, на которой располагалась плита возрождения, шел какой-то фестиваль. Десятки живых в разноцветных ярких плащах и бумажных разноцветных же шляпках размахивали искусственными цветами из бумаги и ткани и распевали во весь голос песни под аккомпанемент небольшого, крайне несыгранного оркестрика. Я в своем черном плаще в этой толпе как белая ворона в стае черных, так что я протиснулся между веселящимися игроками, придерживая капюшон правой рукой, и вышел на широкую по Ноугрелльским меркам улицу. Вот моя промежуточная цель – широкоплечий статный усатый городской страж в форменной кожанке и с протазаном в руке.