Бывшие в прошлом (СИ)

— Наконец-то! — тут же воодушевилась Олеся. — Теперь все в сборе.
— Надеюсь, мы здесь по важному вопросу, сестрёнка? — ворчливо изрёк Слава, помогая мне сесть на стул и опускаясь на свой.
— По очень важному, — подчеркнула его сестра и поспешила к проектору. — Обязана всем показать кое-что, а после провести немедленное голосование, так как ситуация вопиющая и довольно неприятная.
— Леся, не томи, — устало выдохнул Слава и жестом пригласил начинать.
И лучше бы этот проектор сломался, слетело полотно или она разучилась им пользоваться. Я полетела глубоко-глубоко в пропасть, увидев на большом экране фотографии, где я танцую обнажённая на пилоне, где трусь задом о клиентов и где выписываю в белье, куда мужланы стрип-клуба суют деньги.
— Интересно, не правда ли? — победно оскалилась Леся, глядя то на меня, то на брата и продолжая листать кадр за кадром. — Смотрите-ка, новая ассистентка оказывается обычная шлюха из стриптиз-бара. Ничего себе, да, братик?!
Я ещё не успела осознать всю подлость и жестокость происходящего под довольную улыбочку Никиты, как Лев сорвался с места и, схватив проектор, со всей силы разбил аппарат о стену, напугав благоверную до полусмерти. Поздно… Меня больше ничего не спасёт. Это окончательная смерть.
— Где ты это взяла? — процедил бывший, тряхнув суженую за плечи.
— Там же, где были и те трусики из твоего пиджака! — рявкнула на него Олеся. — Это сценическое бельё твоей бывшей шлюхи! Я не права?!
Кислорода в лёгких становилось всё меньше и меньше, пока я смотрела на побелевшего в лице босса. Боже, я стерпела бы любое унижение, но не перед ним. Лев отступил, испуганно глядя на меня.
— Я говорила с самого начала, что это дешёвка с улицы. А ты, братец, уже успел одеть её в нашу фамильную драгоценность. Этой девке не место в фирме! Если тебя всё же заботит наша репутация. Требую голосовать за её выдворение отсюда!
И девушка первая подняла руку. Я замерла, с презрением глядя на присутствующих. Всё решено и так — ноги моей здесь не будет после такого! — но я обязана увидеть врагов в лицо. Вверх поднялась рука Золотарёва. Уж в нём ни на йоту не сомневалась.
— Я простила тебя, муженёк, за измену, теперь будь любезен выбрать правильно, — нагло мурлыкнула Олеся, прижимая супруга к символической стенке.
Лев сердито покосился на неё и… Поднял руку. Барахло!
— Хорошо, кто против? — продолжала измываться мерзавка.
Рука Славы не поднялась и при этом вопросе, сжигая останки моей погибшей плоти.
— Я против, — подал голос Наумов. — И что что стриптизёрша?! Я тоже в бывшем бомж и грабил тачки. Не от хорошей вообще-то жизни…
Алик, миленький, лучше бы ты пока помолчал.
— Кто воздержался? — продолжала гнуть свою линию гадина Вольных, вновь буравя брата.
Слава молчал, не поднимая ни на кого глаз. Внутри меня всё умоляло хоть о мизерной реакции босса. Если ты снова не дашь меня в обиду, то все старания этой сучки будут смешны и напрасны, а мне не будет так плохо.
— Слава, твой ответ? — потребовала жестче сестра, но мужчина продолжал сохранять партизанскую тишину.
Он ничего не скажет, потому что слишком благороден и… Разочарован. Тяжесть обиды и неизвестности лопнула последнюю струну моего терпения. Резко вскочила со своего места и от души въехала сучке по физиономии, вырубив наповал. Дождалась!
— Леся! — испугались за неё Лев и мой новый бывший.
— Пошли вы все на х…! — рявкнула я без цензуры, абсолютно уже не контролируя себя, и бросилась прочь из зала совещаний.
Довольно! Уж лучше в клубе терпеть грязные насмешки, чем такое вопиющее унижение. Хватит!
  
Глава 20
 
ЛЕВ
Слава вылетел из зала совещаний буквально сразу же, как его сестра пришла в себя. Олеся стонала, держась за голову и требовала доставить её в больницу. Слушал причитания супруги и едва сдерживался, чтобы не добавить ненаглядной ещё парочку оплеух.
— Бешеная! Вот они трущобы! Привыкли всё решать кулаками.
— Зато коротко и ясно, — с презрением громыхнул на неё Наумов, поднимаясь со своего места. — Уж лучше так, чем гадко и подло, как это сделала ты. Женя вынуждена носить на себе грязь, но её душа и сердце кристально чисты, в отличие от вас, зажравшихся и потерявшись совесть богачей. Не пойму только, ты с каких пор стал таким же, а, Лев? Не так давно сам рылся в земле и навозе, зарабатывая гроши. И не эту ли «шлюху» любил до безумия? Забыл? Денежные банкноты ударили по башке и развилась деменция?
 
Эти слова убили окончательно, и я просто не смог ничего ответить. Чего он добивается? Что я должен был сделать? Пойти против жены?! Поздно. Чтобы Олеся ни творила, я клялся быть с ней. Такова жизнь супругов. Да, Женю, мне безусловно жаль и в случившемся есть моя немалая доля вины, но это не отменяет того факта, что девушка действительно совсем недавно работала в стриптиз-баре. Если не сегодня, так завтра всё могло вылезти наружу.
А Слава? Слава просто кретин! Он мог защитить свою ассистентку, как и раньше, но отчего-то не сделал этого. Усомнился в ней? Разочаровался?! Придурок доморощенный! Совсем не научился чувствовать девушку.
— Ты в её защитники что ли записался? — Леся презрительно скривилась, глядя на Алика.
— Рад, что заметила. Если бы за подлость сажали, я бы давно тебя за решётку упёк, — выплюнул ей в лицо Наумов и похромал к выходу.
— Вот и ковыляй отсюда, умник, — сердито пробурчала в ответ супруга, садясь на стул брата и тут же ахнула, схватившись за челюсть. — Милый, кажется, та дрянь мне зуб сломала. Мерзавка! О, как же больно…
— Поехали, — без малейшего сочувствия скомандовал я, потянув супругу с места.
В голове пульсировало и взрывалось мелкими вспышками, пока вёл суженую к машине. Лишь когда выехал на трассу устроил разгон.
— Ты достала их из мусорной корзины?! — вопрос, на который уже знаю ответ.
— Ты думал я сплю, — с толикой победы на лице усмехнулась Леся. — Я видела, как ты просматривал их и выкинул.
— Охренеть, ты теперь будешь всё время бдеть за мной? Я с тобой! Ты моя жена! Этого мало?!
— Мало! — грозно рявкнула девушка. — Ты изменил мне, скотина. И я тебе это всегда буду помнить.
— Тогда зачем всё это? — поразился я. — Разве можно быть супругами и не доверять друг другу?!
— Мы больше партнёры, красавчик, а не супруги, — выплюнула Леся. — Ты женился на мне ради своего отпрыска и активов. Я же твоя жена ради денег и статуса в обществе. Хочешь другого? Вперёд! Но я уничтожу тебя меньше, чем за неделю. По свадебному контракту ты лишаешься семидесяти процентов своего акционерного пакета, если будет доказан факт измены.
— Вот же тебя несёт! — поражаясь протянул я. — Я читал контракт… Только неувязочка — измена была до заключения брачного контракта.
— Верно, но… Как знать, как знать. Не надо меня недооценивать, любимый.
Злость набатом била по вискам, и я едва сдерживал эмоции, чтобы не отхлестать Олесю по щекам. Её явно заносит, а проблемы мне не нужны ни сейчас, ни в будущем.
— Леся, повторяю ещё раз. Женя для меня в прошлом. Сейчас мне важны только сын и ты. Прекращай этот цирк, пожалуйста. И прошу не трогай больше мою бывшую…
— Почему это? — недовольно зыркнула девушка.
— Потому что она — мать моего ребёнка, бывшая возлюбленная, женщина, которую всегда уважал и буду уважать. Она — моё прошлое. И унижая её, ты унижаешь меня. Хочешь правду? Да, я жалею, что всё так случилось между нами шесть лет назад. Если бы вернуть время вспять, то поступил бы иначе.
— Ты в своём уме, чтобы мне сейчас такое говорить? — взвизгнула супруга.
— Я говорю правду! Потому что не намерен от тебя ничего скрывать. Это правда, Леся. Я жалею, что не простил её тогда и отвернулся… Но что было то было. Прошлое не вернуть, однако, оно помогает учиться. Сейчас ты — моя новая судьба, женщина и супруга. Да, наворотил дел по истеричности, прости. Но я принял окончательное решение. Ты — моя законная жена, которую пообещал беречь и любить. Я с тобой. Всегда. И в горе, и в радости. Это неизменно.