Бывшие в прошлом (СИ)

— Ну чего стоишь? — возмутился он. — Давай играть… Бери Мегатрона.
Проследил за взором мальчишки. На полу лежали три робота, на мой взгляд, абсолютно идентичные. Если снова ошибусь, погонят поганой метлой. Удача, не подведи меня! Спешно посчитал игрушки, выбрав того, что посередине, на свой страх и риск. Костя, удовлетворённо повернул ко мне своего робота и воодушевленно объявил:
— Проигран бой, а не война, Мегатрон. Автоботы, держать строй!
— Этот мост наш, — так же заявил я, и расстрелял игрушку сына невидимыми пулями.
— Им нужна Вселенная, а не мост, — снова поправил меня Костя, но в этот раз уступать пацану мне уже не хотелось.
— Ты кое-чего не знаешь, ржавый бензобак с покрышками! Это не просто мост, а портал в новую Вселенную инопланетного разума. Мы будем бороться за него до последнего дезинсекона…
— Десептикона, — снова поправил Костя и кажется расстроился. — Почему ты обманываешь?
От этого вопроса вконец растерялся, не зная, что ответить. Мальчишка поднялся и собрал игрушки. Забрал у меня Мегатрона и принялся играть сам с собой.
— Прости меня, Кость, — наконец проронил я с сожалением. — Я лишь пытался подыграть тебе. Не ударить в грязь лицом, но кажется ошибся. Честно сказать, я ещё ни разу не смотрел Трансформеров. Не было времени.
— Не смотрел? — в голосе пацанёнка послышалось сочувствие.
— Увы, — и мягко улыбнулся ему. — Но мне очень понравились твои роботы. Наверное, сегодня по дороге домой куплю себе таких же, а перед сном обязательно включу про них фильм.
— Купи Гальватрона, — оживился мальчик. — Он из пушки стреляет. Классный. Как купишь, приходи потом играть. Вот это будет бой!
— Замётано, — облегчённо улыбнулся я мальчугану и слегка коснулся его пухлой щечки.
Бирюзовые глаза омыли душу новым лучиком надежды на что-то светлое и вечное, только грозный голос с порога нарушил начало нашего мира между отцом и сыном.
— Всё! Хватит! Пусть убирается!
— Мама!
Инстинктивно закрыл сына спиной. Будь моя воля закрыл бы ему ещё глаза и уши, чтобы уберечь от речей тщедушных взрослых.
— Прошу простить, молодой человек, — мать Жени сбавила пыл и завещала противным вежливым голосом. — Моему внуку пора готовиться ко сну.
Бабушка моего сына приобняла мальчишку за плечи и направила к матери.
— Иди с мамой. Твоя ванна почти готова.
Бывшая прижала сына к себе, обеспокоенно глядя то на меня, то на родительницу. Слегка кивнул, заверяя девушку, что всё в порядке. Женя увела Костю из комнаты, оставив меня наедине с экс-тёщей.
— Тебя не было шесть лет, — грозно начала женщина. — Три из них моя девочка выживала, как могла, ставя сына выше собственных потребностей. Это её сын…
— Как и мой! — открыл я рот, но тут же заработал хлёсткую оплеуху.
— Закрой рот, мальчишка! Ты обвинил мою девочку во всех смертных грехах, оставил одну со своим чадом под сердцем, никогда и ни разу не поинтересовался как она и где. А теперь пришёл сюда и качаешь права? Ты ещё ничего не сделал для Кости. Молчу уже дочери, что поставила на себе крест из-за такой мрази, как ты.
— Я не знал о сыне! — сердито процедил я. — Не надо клеймить почём зря. Мы с Женей ошиблись. По-вашему нормально, мешать внуку обрести родного отца? Или вы основываетесь из опыта своего прошлого? Хотите ещё и внука вырастить в безотцовщине?
Женщина попятилась, болезненно посмотрев на меня.
— Пошёл вон из нашего дома! — процедила она, указав на дверь.
— Костя — мой сын, — подчеркнул настойчивее. — Хотите избавить его от папаши в лице меня? Надорвётесь!
С этими словами вышел в коридор, налетев на Женю, что держала в руках махровое полотенце.
— Постой, Лева, — пискнула она, видя по моему лицу, что я в ярости.
— Доброй ночи, — отчеканил я, обуваясь. — Поцелуй Костю за меня.
— Лёва, — слышал в спину, но всё равно ушёл, хлопнув входной дверью.
Слова тёщи взбурлили кровь в венах. Останься я ещё на парочку подобных фраз, то разнёс бы эту квартиру и зубами бы вырвал родное чадо из женских рук. Тише! Спокойно! Не поддавайся убаюкиваниям бывшей и колкому языку её матери. Костя станет моим сыном. Я буду иметь на него полное юридическое право. Пусть потом сами умоляют меня о встречи с ним, когда лишатся над ним опеки. Слишком тяжело и обидно получать по морде за то, в чём виноват не больше их бабской гордыни.
 
Сел в машину, пару раз в сердцах долбанув по рулю. Под ребрами сжималось и горело, как от вопиющей тоски по несбывшимся семейным мечтам, так и от обиды. Кто ты такая, чтобы судить меня?
Вывернул из двора, визжа шинами об асфальт. Ночные дороги потихоньку редели. Опустил взор на телефон — семь пропущенных от Олеси. Да, опоздал на целый час. Плевать! Это ничто в сравнение с тем, что зарождается в моей душе. Гнал на полной скорости, едва минуя опасности. Чую, завтра получу тонну штрафов от ГИБДД на электронку. Пусть! Никому уже не наказать меня больше, чем потеря сына.
В квартиру невесты ворвался вихрем, и прямо с порога опорожнил бокал вина. Олеся что-то возмущенно высказывала моей спине, видимо, вновь злясь на моё безразличие к ней. Нет, всё не так, детка, и я это сейчас тебе докажу. Подступил к невесте и, схватив в охапку, впился в пухлый ротик. Толкнул к накрытому столу, снеся посуду на пол. Олеся сперва растерялась от моей напористости, но распознав в моих глазах демоническое и неистовое живо запрыгнула на бедра, позволяя мне усадить себя на стол.
— Завтра, — рычал между поцелуями, пробираясь к под юбку.
— Что завтра? — не понимала она, дурея от моих прикосновений.
Проник под кружево женского белья и надавил на чувствительную зону.
— Станешь моей женой, — выдохнул ей в рот, вальсируя пальцами между складочек. — С утра. Прямо завтра.
— Но… — пискнула она, закатывая глаза от моих манипуляций.
— Завтра или никогда, — процедил уверенно и чётко, рванув её за бедра к себе. — Это моё последнее слово.
Освободил разгоряченную плоть из брюк и, сдвинув женские трусики в сторону, вошёл резко и глубоко. Леся вскрикнула, закусив губу, и схватилась за края стола, готовая к бешеному сексу.
— Да, — выкрикнула гортанно, когда начал яростное и неконтролируемое движение. — Завтра… Да. Ещё…
Получив нужный мне ответ, потерялся в акте бесконтрольного слияния. Не слышал, как невеста кричала подо мной, извиваясь и содрогаясь в сумасшедшем экстазе. Я просто имел её на чёртовом столе, представляя, как наказываю так бывшую. Наказываю за то, что сам кретин и потерял с ней жизнь, о которой тихо грезил в юношеских мечтах.
— Милый… Ещё, — долетали до слуха довольные вопли Олеси.
Тихо! Заткнись! Мешаешь. Зажал девушке рот, озверев окончательно. Врывался и врывался в женскую плоть на всю длину, жёстко, унизительно и похабно. И ей это нравилось. Обильно кончил прямо в неё и тяжело дыша, отступил, глядя на распластанное по столу тело. Леся устало и довольно улыбалась.
— Сумасшедший.
Нет, я хуже…
  
Глава 16
 
СЛАВА
Проснулся ни свет, ни заря, совершенно не понимая, почему мне так дискомфортно. Что-то мешает на правом плече и порядочно отдавило руку. Сонно повернулся, вспоминая о минувшей ночи. Люда… То есть Люси. Будь это имя трижды неладно.
Тяжело выдохнул, осторожно выбираясь из плена спящей девушки. Отчего всё так? Вечером груз одиночество снедает так, что позволяю себе секс с любой подвернувшейся девушкой, а на утро тошно от собственной слабости. Сколько я ещё буду пользоваться ширпотребом? Когда найду ту, которую не захочу отпускать?
Прошаркал к ванной, где подставил себя под струи горячей воды. А нужна ли мне одна-единственная? Я человек свободы, всевластия и спокойствия, а влюблённая пассия наверняка перевернёт мою жизнь с ног на голову. Нет, не хочу. Я привык рассчитывать свой день с самого утра и до позднего вечера. Только моё расписание и мои проблемы, кроме…
Чёрт! Я категоричен до тех пор, пока дело не доходит до Арской. Любая мысль о ней странно ухает под грудиной и заставляет мозг думать энергичнее, а тело возбуждённо реагировать. Мне впервые небезразличны её просьбы, слова, взгляд, движения. Я слежу за её действиями и невольно жду появления. Влюбился? Нет, ерунда. Скорей всего, нашёл родственную душу. Да, именно так.