Бывшие в прошлом (СИ)

— Окончила журфак, МГУ. Работала PR-менеджером в компании Агростар, после три года в Консалдинг-интертеймент…
— Здесь все уже описано, дублировать необязательно, — криво улыбнулась секретарша, продолжив молчаливое ознакомление.
Сцепила челюсть, упрашивая себя держать эмоции под контролем. Нервно отсчитывала каждый стук в сердечной мышце, пока деловитая секретарша вытягивала из меня нервы.
— Вы уже около восьми лет не работаете в данной профессии. Это слишком долго, — девушка наконец подняла на меня глаза, насквозь пробив недовольством.
— Да, но я прохожу постоянное обучение и в курсе всех новинок и технологий.
— Этого мало. Компания успешно движется вверх и нуждается в профессиональных навыках пиара. А вы… Вас саму надо обучать. Причём заново.
Стало обидно.
— Уверяю, я быстро учусь и обладаю недюжинным трудолюбием и стрессоустойчивостью.
Секретарша отвела от меня взор и начала водить компьютерной мышкой. Нет! Неужели заглянет в тот злосчастный реестр. Девушка несколько минут вчитывалась, а после выдохнув, гадко улыбнулась.
— Я передам ваше резюме Вячеславу Сергеевичу. Если что, вам позвонят.
Фраза подобная самоубийству. "Вам позвонят", а иначе "Извините, вы нам не подходите". Снова провал. Снова без надежды на будущее. Снова возвращаться в тот клуб и бояться появления бывшего, что жаждет укокошить в безлюдном местечке. Поднялась с места, понимая, что надо уходить, но боль обиды рвалась наружу. Прямо в лицо этой высокомерной пустышке, способной читать лишь буквы.
— Я знаю своё дело и мне нужна эта работа. Вы молодая, эгоцентричная особа и способны судить лишь по обёртке. Не надо так, если хотите чего-то достичь в этой жизни.
Говоря это, понимала, что близка к взрыву, а эта нимфеточка лишь внутренне смеётся мне в лицо.
— Всего доброго, — не искренне пожелала я и, сунув папку со своим добром в сумку, поспешила покинуть приёмную.
Слёзы уже текли из глаз, когда со злостью толкнула дверь и вылетела в коридор, угодив со всего маха в высокую крепкую фигуру мужчины. Содержимое его рук повалилось на пол и удобрилось темной жидкостью. Кофе?
— Какого хрена? — возмутился потерпевший, а я, чтобы окончательно не умереть от вереницы неудач, рухнула ему в ноги, начав спешно собирать ручную кладь.
— Простите… Простите, — причитала при этом.
Быстро всё собрав, встала и протянула ему ворох бумаг. Да, мне похоже придётся выслушать ещё и от него какая я неуклюжая и безмозглая простолюдинка. Как же устала от этого!
И не ошиблась. Он начал говорить, но отчего-то решил, что я на него работаю.
— Я здесь не работаю! — выпалила я, не выдержав, и подняла на него взгляд.
На меня смотрел малахитовый взор с бирюзовым вихрем вместо радужки. На секунду замерла, созерцая столь богатые черты лица — упрямый породистый нос, высокий целеустремлённый лоб, тонкие настойчивые губы, легкая аккуратная щетина под которой прятался волевой подбородок и модная солидная причёска. Это идеал бизнесмена и руководителя крупной офисной компании, к которому на мой взгляд должен стремиться настоящий мужчина. Таких любят деньги, успех, общество и особенно женщины.
Внутри неясно затрепыхалось, сдавив горло плотным кольцом.
  
Глава 6
 
СЛАВА
Я не знал всех обстоятельств произошедшего, но сегодня точно был уверен, что буду бить морду тому, в ком всегда сомневался в плане создания семейного очага. Всю ночь слушал рыдания младшей сестры в телефонной трубке и с трудом сдерживался, чтобы не поднять уставшее тело с постели и не поехать на хату к козлу, что сделал ей так больно.
Ничего. Терпение — добродетель. Завтра я дам Вольных просраться. Увы, не мог его ни отстранить, ни уволить. Для этого нужен совет директоров, в котором у него не маленькая часть акций. Наумов и Золотарёв проголосуют за него при любом раскладе, а это значит, что сумма общего процента составит пятьдесят пять баллов в его пользу. Поэтому решено — я буду просто методично и поучительно бить ему рожу.
 
Утром вздрогнул от собственного отражения в зеркале. Мать честная, надо хотя бы на выходные выбраться из города и побыть в тишине без интернета и телефона. Иначе эта работа меня доконает.
День начинал с беговой дорожки, контрастного душа и полезного завтрака. Я всегда придерживался здорового образа жизни и может поэтому имел мало друзей. Никому не захочется пить водку или текилу в моём обществе, так как был противником напитков под градусом. В общем, нудила, ханжа и трудоголик — это всё обо мне. Меня уважали и побаивались, отчего порой чувствовал себя старпёром. Нет, пятый десяток я ещё не променял, хоть и остался один год до сорокалетнего юбилея.
Сделав положенные утренние ритуалы, оделся и осмотрелся в поиске телефона. Память прошла путь от кухни, где вчера успокаивал Олесю, до кресла на лоджии, где сердито отложил трубку и углубился в книгу. Точно. Нашёл его между седушкой и подлокотником. Проверил зарядку — тридцать два процента. В машине заряжу. Посмотрел на наручные часы, рабочий день давно начался.
Пока рулил в сторону офиса, на экран телефона пришло пара сообщений в мессенджере от Люси. Какая глупость! Люда. Людмила. Но эта избалованная дамочка требовала обращаться к ней не иначе, как Люси. Даже в телефон мой не постеснялась залезть и исправить имя абонента. В целом она была начитанной и эрудированной девушкой. С ней не стыдно ходить в музей, театр и даже на приёмы и вечеринки. В постели так же умелая и раскованная, но подобные замашки вроде имени или обязательное соблюдение этикета в её присутствии откровенно бесили. Хотелось порой девушке не только корону поправить, но и голубую кровь слить. Цистерны две.
Нажал иконку и слегка покраснел — фото топлес? Типа с добрым утром? Вот ненормальная! Но приятель в штанах поприветствовал её идею. Зараза. Тебя не спросил! Благо подъезжая к офису успел расслабить непрошенный конфуз. Офис начинал работу с девяти утра, но я как уважающий себя начальник обязан слегка задержаться, а после, идя по коридорам, проверять рабочий процесс. Но сей ритуал вдруг обрубила девушка, вылетевшая на меня. Кофе в руке погиб, выплеснувшись на меня из смятого стакана, а моя ноша с папками и документами подобно разноцветному конфетти осыпалась на пол.
— Какого хрена? — грубо выпалил я, скорее больше на эмоциях от жгущей жижи на груди.
— Простите… Простите, — девушка, не поднимая головы, упала мне в ноги и начала собирать разлетевшуюся канцелярию.
Смотрел на макушку блондинистой головки, подбирая правильные слова для своего возмущения. Незнакомка, ползая по полу, наконец, собрала всё и поднялась, неловко стараясь из моей кучи-малы создать аккуратную стопочку. Забирать свою ношу из её рук не собирался, пока не выскажусь, как следует, а то ещё убежит, не дослушав.
— Я никогда и никого не заставляю пахать, как ишак и бегать сломя голову. Коридоры в здании глухие и ходить следует без беготни, чтобы…
— Я здесь не работаю! — раздраженно перебила мою тираду блондинка и всё-таки подняла на меня взор.
Проглотил часть слов, заглянув в бездну медовых глаз, из которых потоком текли слёзы. Невольно прикусил язык, глядя в столь милые и слегка девчачьи черты лица.
— Вы вылетели из моей приёмной, — не понял я. — Или моя секретарша довела клиента до слёз?
— Возьмите, — девушка снова спрятала взгляд и, всучив мою ношу обратно, обогнула, желая поскорее уйти.
— Нет, погодите, — сам не понимая зачем, поймал её за локоть. — Мне отчитывать секретаря или нет?!
Девушка с минуту смеряла меня заплаканным взором, а после как-то гордо вздёрнула свой симпатичный носик кверху.
— Пожалуй, да, отсчитайте! За непрофессионализм и предвзятое мнение к людям. Да, я не ношу Армани, но знаю своё дело, как свои пять пальцев. Об этом говорит моё портфолио и рекомендации бывших работодателей. Я исполнительная, ответственная и люблю то, что делаю. Мне нужна эта работа, как воздух. И если сомнительная запись в дурацком чёрном списке сотрудников Москвы для вас имеет значение, то грош вам цена!