Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)
– Я бы предложил функционально разделять районы застройки по назначению, – Неру первым перешёл к конкретике. – Высотные здания можно строить в деловом центре, размещать в них государственные службы, НИИ, университеты. Да, небоскрёбы издали смотрятся красиво, формируют силуэт города, но вблизи... Вблизи это очень неуютно.
– Давайте оставим технические подробности специалистам, – предложил Тодор Живков. – Можно вообще объявить конкурс на лучший проект для каждой столицы.
– И сделать этот конкурс международным, – поддержала Лири Белишова. – Чтобы архитекторы из всех стран ВЭС могли свободно общаться друг с другом, делиться идеями. Мне кажется, от этого наша задумка только выиграет.
– По личному опыту скажу – широкомасштабная жилищная программа не только необходима, она ещё и очень полезна с точки зрения поддержки власти народом, – добавил Сукарно. – Мы в Индонезии это на себе испытали. (АИ, см. книгу 2. )
Идею международного конкурса проектов поддержали все. Решено было не ограничиваться только проектами жилых районов и деловых центров, а создавать комплексные проекты развития для каждого из крупных городов, учитывающие также парки, места отдыха и развлечений, детские и образовательные учреждения, спортивные сооружения, транспортное обеспечение, отели, инфраструктуру общественного питания и многое другое.
Хрущёв сразу предупредил:
– Товарищи, не увлекайтесь. У всех нас сейчас имеется основная проблема, которую надо решать в первую очередь – это жильё для народа. Архитекторы пусть планируют, составляют комплексные планы застройки. Будем под всякие второстепенные объекты площадки резервировать, а в первую очередь строить надо жильё. Остальное может и подождать. На всё сразу денег не хватит.
– С деньгами, конечно, сложно, – признал Чжоу Эньлай. – Но рост контейнерных перевозок и прогресс сельского хозяйства позволяет надеяться на заметное увеличение доходов уже в достаточно близком будущем.
Ранее строительством высотных зданий в СССР и других странах ВЭС не занимались. Единственным исключением были семь сталинских высоток в Москве, но до полноценного небоскрёба они не дотягивали.
Изучение вопроса показало, что необходимо научиться решать проблемы прочностных расчётов, учёта ветровых нагрузок. Фундамент высотного здания также испытывает значительно большие нагрузки. Необходимо сразу закладывать в проект лифтовое оборудование, сложные вентиляционные системы, насосы для водоснабжения, более сложную, чем обычно, канализацию.
Поэтому решили не бросаться сразу на постройку очень высотных зданий, а двигаться к цели постепенно, отрабатывая нюансы технологии на зданиях не выше 16-20 этажей, и не слишком торопиться. Хрущёв ещё раз предостерёг всех от поспешности:
– Наша задача – не удивить весь мир самым высоким зданием. Это глупость. Задача – расселить наших граждан в удобное, недорогое, комфортное жильё. Тратиться на показушные проекты сейчас – неразумно. Наработаем технологии быстрой сборки жилого фонда, архитекторы составят проекты комплексной застройки, и вот тогда мы удивим весь мир, создав для наших граждан не кусты дурацких небоскрёбов, а удобные, научно спланированные города и посёлки, где людям будет удобно и приятно жить.
Пока остальные лидеры ВЭС обсуждали проекты развития своих столиц, неожиданную деловую хватку проявил президент Египта Али Сабри. В перерыве он договорился с президентом ГДР Пиком об использовании технологии стеклянных фасадов, а также с Хрущёвым – насчёт помощи в строительстве каркасно-панельных высотных отелей большой вместимости в нескольких курортных городах на побережье Красного моря. До этого там строились лишь обычные небольшие отели.
Туристический бизнес в Египте продолжал раскручиваться, но ещё не было серийных пассажирских авиалайнеров. Первые полёты с пассажирами Ил-18 и Ту-114 совершили в 1959-м, а Ан-10 в 1958 году было построено всего 20 экземпляров для нужд Аэрофлота.
Тем не менее, Али Сабри озаботился постройкой отелей. Хрущёв тоже уцепился за предложение Сабри – в обмен египетский лидер предложил увеличить поставки в СССР египетских фруктов и хлопка, а также пригласил советских отдыхающих стать первыми посетителями новых курортов. Граждане СССР уже летали в 1957 году отдыхать в Югославию, Албанию и Египет, и теперь стороны были намерены расширить этот процесс.
Хрущёва также интересовала возможность быстрой постройки крупных зданий – не обязательно высотных, но на них можно было отработать нюансы технологий. Он дал согласие и организовал совместные работы.
К началу курортного сезона в Хургаде, Кусейре, Марса-эль-Алам и Шарм-эль-Шейхе поднялись башни в 30 этажей, окружённые зелёными насаждениями и бассейнами с прозрачной голубой водой. Примеры современного дизайна отелей в «документах 2012» имелись в достаточном количестве. Возле каждого отеля была поставлена причальная вышка для дирижаблей. В конце мая 1958 года к мачте в Марса-эль-Алам пришвартовался первый пассажирский «Киров». Европейцев на дирижаблях не возили – после катастрофы «Гинденбурга» они боялись летать на аппаратах легче воздуха, даже несмотря на использование гелия вместо водорода. Советских туристов такие мелочи не останавливали.
От полностью стеклянного фасада, по объективным причинам пришлось отказаться, так как при такой архитектуре гостиница превращалась в парилку. Даже затемненное стекло все равно давало нагрев в помещении. Вместе с тем полностью отказываться от первоначальной задумки не стали. Египетские архитекторы вышли из положения – перед стеклянной стеной, они расположили широченный балкон, останавливающий прямые солнечные лучи. Само же здание было пирамидальной формы – более широкие этажи в основании, более узкие наверху. При примерно равной площади квартир, излишек площади начиная с середины здания, шел на служебные помещения – столовые, прачечные и т.д. Форма же здания в плане была ромбовидной, ориентированной в направлении север-юг, для минимизации засветки.
Вторая хитрость заключалась в том, что еще до строительства, под всем районом была заложена теплообменная сеть.
В море, на расстоянии в километр от берега, были выведены теплообменные магистрали, что позволило использовать практически неограниченный хладресурс воды с температурой в 21 градус. (Температура воды Красного моря на больших глубинах стабильная до самого дна – около 21 С) Прогоняемая по системе вода охлаждалась и затем поступала в теплообменники системы вентиляции. При этом получался и конденсат – пресная вода, и охлажденный воздух – причем практически без затрат энергии.
Прокачку обеспечивали насосы, приводимые в действие двигателями Стирлинга – в свою очередь подогреваемые солнечными коллекторами, размещенными на крыше. Они же вырабатывали часть электроэнергии для питания отеля, а сбросовое тепло – шло в систему горячего водоснабжения.
Прокачиваемая вода сначала охлаждала воздух в помещениях, а затем – шла в теплообменники стирлингов, после чего сбрасывалась обратно в море. На месте сброса, из-за более высокой температуры воды, происходил бурный рост водорослей и кормящейся на них рыбы..Получился дом замкнутого цикла, почти самодостаточный. Разве что электричество ночью туда приходилось подавать из центральной сети.
Одновременно, для этих домов «первой линии», размещенных в шахматном порядке вдоль побережья, была проведена работа по окультуриванию пляжей, установке волноломов и удлинению береговой линии за счет прокладки на 100-200 метров от моря коротких каналов.
Хрущев просто поразился – практически, такое здание почти не зависело от внешнего снабжения – вода своя, особенно если рециклировать, энергия своя, климатическая установка – считай бесплатная. А все вместе – образовывало самодостаточный туристический комплекс первого класса, с собственным гелипортом – то есть с нулевым временем транзита туристов. Гелипорт размещался в пустыне, со стыковочными мачтами напротив каждого второго здания в ряду.