Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)
Их оказалось даже больше, чем ожидали. В результате свёртывания реформ, в ходе «охоты на ведьм», развязанной Кастильо Армасом, множество людей лишились едва появившейся надежды, перспективы на лучшее будущее. Теперь они были готовы поддержать революцию.
Большую поддержку в проведении переворота оказали индейские рабочие с плантаций. Сложность заключалась в том, чтобы удержать их от немедленного погрома имущества плантаторов. Агенты Коминтерна долго разъясняли им, что не стоит резать курицу, несущую золотые яйца.
Рабочих вооружили, для этого в Гватемалу под видом сельскохозяйственного инвентаря завезли несколько контейнеров с пистолетами-пулемётами ППС-43 и боеприпасами к ним. Судаевский автомат, простой, дешёвый и технологичный, производился на нескольких фабриках в КНДР и Китае, да и в СССР их было произведено около 500 000. Производство пистолета-пулемёта Судаева требовало всего 2,7 станкочаса на единицу продукции. ТТХ были совсем не рекордные, но для быстрого вооружения большого количества людей ППС-43 подходил идеально. Также для вооружения рабочих использовали винтовки Мосина, взятые со складов.
Особое внимание было уделено подготовке будущих членов правительства и лично президента Арбенса, которого вывезли из Праги, а также выработке последующих шагов по укреплению экономики страны после переворота. От этого зависела стабильность народной поддержки нового режима.
Весной 1957 г. подготовка вступила в завершающую фазу. В страну по одному-два человека были заброшены несколько команд спецназа ГРУ. Операция была совместной для КГБ и ГРУ. В Карибском море находилось несколько торговых кораблей под флагами нейтральных государств. На них было оружие, не только стрелковое, но и танки, и реактивные самолёты, и артиллерия, в том числе зенитная.
Арбенс по рекомендации Коминтерна заранее установил связь с частной военной компанией «Southern Cross» и заключил контракты с военными специалистами, которым предстояло командовать гватемальской армией после устранения высших офицеров. Надо сказать, что этот необходимый для сохранения завоеваний революции шаг очень его смущал. На одной из встреч со своим куратором из Коминтерна, «товарищем Хосе», Арбенс спросил:
– Неужели так необходимо уничтожать этих офицеров? Мы же обезглавим армию!
– Если этого не сделать, армия рано или поздно обезглавит вас, – ответил «товарищ Хосе». – Я бы на вашем месте не рисковал.
В действительности, большинство младших офицеров армии Гватемалы в период 1951-54 гг. поддерживали политический курс президента Арбенса. Устранение небольшого количества полковников и генералов, придерживавшихся правых убеждений, открывало младшим офицерам возможности для карьерного роста :) Со многими из них удалось договориться о поддержке. Эти офицеры в день революции вывели свои подразделения из казарм. Они присоединились к восставшим, с самого начала придав событиям видимость всенародного восстания против диктаторского режима.
Полковник Кастильо Армас, вероятнее всего, был по-своему даже патриотом своей страны, хотя и понимал этот патриотизм несколько своеобразно. Так, ему не понравилось проникновение в Гватемалу американской мафии. Он даже закрыл принадлежащее ей казино.
После такого политики обычно долго не живут, и полковник не стал исключением. 26 июля 1957 года Карлос Кастильо Армас был убит служащим дворцовой охраны Вальдесом Санчесом. Именно этого события ждали как сигнала для начала операции.
Труп диктатора ещё не успел остыть, ещё суетились вокруг него полицейские чины, ещё стояли рядом офицеры – ближайшие сподвижники полковника Армаса, выясняя, кому теперь достанется выпавшая из мёртвых рук власть, когда возле дворца послышалось несколько беспорядочных выстрелов.
Военные чины встревоженно оглянулись, кто-то выглянул в окно, и тут...
Двое полицейских, стоявших на посту у двери в комнату, мягко и бесшумно осели на пол, в комнате на миг потемнело, со звоном и треском, рассыпавшись сверкающим водопадом битого стекла, влетели внутрь оконные рамы. Через двери и окна в комнату одновременно ворвались люди с оружием, одетые в форму гватемальской армии. Только вот не было тогда в армии Гватемалы людей, способных двигаться такими мягкими, выверенными, кошачьими движениями.
Их лица были раскрашены зелёными и коричневыми полосами – это была первая боевая операция в Латинской Америке, где спецназ ГРУ использовал недавно разработанный тактический маскировочный крем.(АИ) Последнее, что услышали приспешники диктатора, был сухой кашель автоматов с глушителями.
Одновременно с ликвидацией пособников Кастильо Армаса в президентском дворце, другие команды спецназа взяли под контроль правительственную радиостанцию, телефон, телеграф, телетайп, почту, вокзалы.
Перешедшие на сторону восставших армейские подразделения окружили посольство США и другие дипломатические представительства, никого из них не выпуская, «в целях обеспечения безопасности дипломатов». Младшие офицеры, как и было заранее договорено, рассказывали служащим посольств одну и ту же легенду: полковник Армас проворовался и не поделился, теперь власть решил взять «капитан Гарсия». Поэтому вначале иностранные дипломаты приняли начавшиеся события за обычный для Латинской Америки военный переворот.
Доставленные в страну станции постановки радиопомех глушили радиосвязь на всех диапазонах. Но глушение началось не сразу, а лишь через пару дней. Поэтому первые сообщения об «очередном военном путче» благополучно достигли Госдепартамента. Но дьявол, как обычно, крылся в деталях и подробностях, которые дошли до американцев с большим опозданием.
Специально чтобы создать у служащих американского посольства ощущение опасности, вблизи посольства то и дело вспыхивали как бы случайные перестрелки, взрывались гранаты, бегали вооружённые люди, «отстреливающиеся» от армейских патрулей. Офицеры армии Гватемалы, взявшие под охрану посольства, вели себя вежливо, корректно, убеждали дипломатов, что на улицах столицы идут бои и появляться в городе гражданским лицам опасно. Было организовано снабжение посольств продуктами и водой.
Для дезинформации дипломатов издавались небольшим отдельным тиражом газеты ультраправого направления. Эти газеты доставлялись в посольства, формируя у дипломатов впечатление, что в стране утвердилась правая хунта. Аналогично правительственная радиостанция вела передачи на своей обычной волне. В этих передачах «пришедший к власти капитан Гарсия» давал интервью западным корреспондентам, пояснял цели и задачи «Комитета национального спасения». Он несколько раз подтверждал, что собственность западных компаний и их привилегии останутся неприкосновенными.
Для восставших действовала другая радиостанция, на другой волне и имеющая меньшую мощность передатчика, чтобы лишняя информация не уходила за территорию страны. Само собой, долго этот информационный цирк продолжаться не мог. Революционерам необходимо было выиграть время, хотя бы несколько дней.
В действительности же происходило следующее. В первый же день переворота все крупные землевладельцы-латифундисты в стране были вырезаны восставшими рабочими-индейцами с плантаций. Команды, возглавляемые офицерами спецназа, ликвидировали всех выявленных политиков и военных, поддерживавших режим Армаса или выступавших против реформ, проводившихся в 1951-54 гг. В частности, исчезли с политического горизонта такие фигуры как Луис Артуро Гонсалес Лопес, Оскар Мендоса Асурдиа, Гильермо Флорес Авенданьо, Хосе Мигель Идигорас Фуэнтес, Альфредо Перальта Асурдиа, Хулио Сесар Мендес Монтенегро, Карлос Мануэль Арана Осорио, Кьель Эухенио Лаухеруд Гарсия, Фернандо Ромео Лукас Гарсия, Хосе Эфраин Риос Монтт, и другие. В стране сформировался вакуум власти, который заполнили коммунисты и представители левых партий.
Отдельная команда спецназа занялась находившимися в стране представителями американской мафии. Их выследили агенты Коминтерна из числа гватемальских коммунистов. Американских мафиози скрутили, посадили в грузовик и увезли в джунгли. Больше их никто не видел. Значительно позднее среди рыбаков на озере Исабаль появились легенды о «скелетах, стоящих в тазиках с бетоном», что якобы видели купавшиеся мальчишки на дне озера.