Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)
– А это мы убрали Сухарто.
Он продолжил строить домик, опирая перекрытия на другие костяшки домино. Домик поднялся аж на три этажа.
– А теперь, предположим, что мы уберём Сухарто не сразу, а когда заговор уже созрел, – он аккуратно вынул костяшку из нижнего этажа домика, и всё строение со стуком рухнуло. – Теперь понял? Сейчас мы убираем тех, до кого в период их активной деятельности мы с тобой можем не успеть дотянуться. Мы ведь не вечные. А рисковать не имеем права.
– А раз Сухарто затеет заговор в 1965-м, убрать его и проконтролировать успеем и сами, – покивал Никита Сергеевич, соглашаясь. – Умно. Молодец.
– По Ирану – мы плотно работаем с руководителями партии Туде Резой Радманешем, Ираджем Искандери и другими, – сказал Серов. – Хосрова Рузбеха, это один из руководителей «Организации свободолюбивых офицеров» Ирана, мы от греха подальше оттуда вынули.
(Народная партия Ирана НПИ; перс. Хезбе тудейе Иран; сокращённо Туде — марксистско-ленинская партия, действующая в Иране с 1941 года. Является преемницей Иранской коммунистической партии.
Хосров Рузбех, выданный провокатором, был схвачен полицией 6 июля 1957. Расстрелян 11 мая 1958 г)
– Там же в марте этого года шах организует тайную полицию? – уточнил Хрущёв. – может, не надо этого момента дожидаться? (Иранская тайная полиция САВАК была организована 20 марта 1957 г)
– Фактически, её организация ничего не изменит, – пояснил председатель КГБ. – Против членов партии Туде уже с 1953 года идут репрессии. Туде собирается провести пленум в июле этого года, у нас в Москве.
– Пусть проводят. Помоги организовать, если им что потребуется.
– Само собой, – ответил Серов. – Относительно Ирана у нас сейчас прорабатывается несколько интересных вариантов, и наличие тайной полиции в них не просто учитывается, а является ключевым фактором успеха. Она, как угнетающая народ организация, взбесит население, а мы этим воспользуемся. Сложность по Ирану в том, что надо исключить ответные меры Штатов. Саудовский вариант тут не пройдёт, американцы не идиоты, два раза одним способом их не одурачить. Поэтому я и планирую отвлечь внимание американцев от Персидского залива в 1958 году целым рядом революционных выступлений в Латинской Америке. Народ там горячий, жизнь тяжёлая, нищета, неграмотность. К тому же мы с 1954 года там работаем. В общем, несколько зацепок есть. Важно делать всё своевременно, чтобы не упустить подходящие моменты.
– Если мы хорошенько пошумим у американцев «на заднем дворе», да тем более, если удастся прищучить их в Ливане весной 1958-го, у них может попросту не хватить времени предпринять в Иране что-то по горячим следам, – пояснил он. – Поэтому я планирую Ирак и Иран примерно на одно время – лето 1958 года.
– Годится, – одобрил Никита Сергеевич. – Конкретно по каким странам планируешь работать?
– Куба, Гватемала, Венесуэла, Никарагуа, – коротко перечислил Серов. – На Кубе события уже начались. 2 декабря прошлого (1956) года там высадилась с моря небольшая группа революционеров во главе с братьями Фиделем и Раулем Кастро. На месте высадки они встретили сильное сопротивление правительственных войск, понесли большие потери и скрылись в горах Сьерра-Маэстре.
– Им можно доверять? – спросил Хрущёв. – Не, я читал про Кастро в «тех документах», но там информация о нём через 60 лет. А каков он сейчас?
– Эти товарищи пока ещё политически незрелые, – признал Иван Александрович. – По сути дела, настоящий коммунист у них в отряде пока что один – врач отряда, аргентинец Эрнесто Гевара де ла Серна, по кличке «Че». Реально, он тоже не совсем коммунист в нашем понимании, но ближе всего к коммунистам. Сейчас они отсиживаются в горах, связи с ними нет. Где-то к концу мая они начнут активные действия, и тогда мы установим с ними связь через Коминтерн.
– Подбросьте им боеприпасов, что ли, – предложил Никита Сергеевич.
– Конечно. А заодно попробуем подсказать Кастро, чтобы поторопился с «Манифестом об основах аграрной реформы», – сказал Серов. – Тогда он получит поддержку крестьян. Сейчас из-за церковной антикоммунистической агитации крестьяне пока что относятся к повстанцам настороженно.
– Тоже дело. Хорошо, с Кастро и Кубой ясно. А что с остальными?
– На очереди у нас Гватемала. Там 26 июля должны пришить нынешнего диктатора Карлоса Кастильо Армаса. Мы решили этим моментом воспользоваться.
– Я это имя уже слышал... – припомнил Хрущёв.
– В июне 1954 года полковник Кастильо Армас при поддержке ЦРУ сверг прокоммунистическое правительство президента Хакобо Арбенса Гусмана, – подсказал Серов. – Вот тут у меня справочка подготовлена...
Хрущёв несколько минут читал подготовленную КГБ справку.
– Бл...ь! Вы что, смеётесь? – Никита Сергеевич поднял голову и посмотрел на Серова поверх очков. – По вашей справке, в 54-м году всего один лётчик, наёмник ЦРУ, фактически, обеспечил государственный переворот? У Армаса было всего 150 человек и 4 самолёта? (подробности см. http://www.agentura.ru/dossier/guatemala/perevorot/?PageSpeed=noscript) И вы не смогли этому помешать?
– Не смогли... – признал Серов. – Тогда работа в Латинской Америке только разворачивалась. Информацию в «тех документах» отыскали слишком поздно. Не успели ничего организовать. Теперь собираемся взять реванш. Установили контакты с прежним президентом Арбенсом, и с лидером гватемальских коммунистов Бернардо Альварадо Монсоном. Арбенс сейчас живёт в Праге, собирался уехать в Уругвай, но мы его отговорили.
– Арбенс, по-моему, карта уже сыгранная, – сказал Хрущёв. – Он в 54-м сам передал полномочия военным, отказавшись от борьбы. Его там, по сути дела, развели, через дезинформацию по радио запугали многократным превосходством контрреволюционеров, а он и уши развесил. Я бы ориентировался на этого Монсона.
– Мы тоже так думаем, но Арбенс был более популярен в народе, – Серов аргументировал свой выбор. – Его возвращение поддержит больше людей, чем приход к власти коммуниста Монсона. А его мы можем предложить Арбенсу в качестве одного из министров, после чего через какое-то время произведём смену власти.
– Предположим, что у вас получится. Что дальше? Как они удержат власть?
– Дальше у нас сейчас разворачивается сеть Коминтерна. Монсон и другие гватемальские коммунисты уже в ней участвуют. По каналам Коминтерна перебросим в Гватемалу части спецназа, затем – истребительную и штурмовую авиацию, немного. Этого будет достаточно, чтобы в случае попытки повторного переворота отбить нападение.
– Придёт туда один авианосец и кирдык вам, – мрачно буркнул Хрущёв.
– Не сразу. Сначала американцы попытаются решить вопрос более дешёвым методом, как уже делали в 54-м. А потом... Потом им станет не до Гватемалы. Кроме того, в нашей шахматной партии Гватемала, вообще-то, разменная пешка. Если удастся – проведём её дальше, если нет – можно и пожертвовать для обеспечения более крупного выигрыша.
– Ты не забывай, что политика – это не шахматы, – строго выговорил Серову Первый секретарь. – За твоими экзерсисами жизни людей стоят. Шахматист херов...
– Никита Сергеич, там на кону Венесуэла. Нефть, – сказал Серов. – И Никарагуа. А это – потенциальный канал, с большей пропускной способностью и дешевле в постройке, чем Панамский.
Он развернул карту Центральной Америки и показал трассу предполагаемого канала.
– Там всего-то 45 километров прорыть надо. Китайцы лопатами за год выкопают. (Есть несколько вариантов трассы Никарагуанского канала, Серов имеет в виду проект инженера Менаколя 1885 г http://ru.wikipedia.org/wiki/Никарагуанский_канал)
– Расклад интересный, – Хрущёв долго разглядывал карту. – Если брать суда, идущие от одного побережья Штатов к другому, то через Никарагуанский канал им существенно ближе выходит. Капиталисты считать умеют, можно ждать, что грузопоток через Никарагуанский канал будет больше, чем через Панамский. Отсюда вывод: сопротивляться Штаты будут отчаянно. Порвут всех, лишь бы не допустить этого строительства. Уж если из-за банановых плантаций в Гватемале правительство скинули... Учитываешь?