Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)
- А в строительстве приёмку, вроде военной, ввести нельзя? - спросил Сергей.
Никита Сергеевич фыркнул и расхохотался.
- Да мы тогда вообще ни одного объекта в срок не сдадим! - ответил он. - Если на обычную стройку пустить военпреда, строители все недостатки будут исправлять года два.
- Это если военпред будет обычный дом после постройки принимать, - сказал Сергей. - А если военпред будет наблюдать за постройкой дома с самого начала? Есть же военные строители? Вот если такой строитель будет ходить по всей стройке, контролировать каждую операцию... Конечно, поначалу будет медленно, стройка затянется, но когда строители поймут, что проще сразу сделать как положено, чем потом переделывать при сдаче объекта, им придётся приспосабливаться. А если строителей ещё и материально стимулировать...
- Гм... - Никита Сергеевич задумался. - А в этом что-то есть... Дай-ка мне телефон.
Он взял трубку и позвонил заместителю министра обороны маршалу Жукову, своему давнему приятелю ещё с войны.
- Георгий? Здравствуй. Прости, что вечером беспокою. Мысль тут у нас появилась, как качество сборки панельных домов улучшить. Вот думаю, а что если в строительстве ввести подобие военной приёмки?
Маршальский хохот был слышен из телефонной трубки за пару метров.
- Да ты что, Никита Сергеич! - отсмеявшись, ответил Жуков. - Этак ты всю свою строительную программу сам же и запорешь.
- Ну, не скажи, Георгий! Если по-умному всё сделать, польза может быть большая, - возразил Хрущёв-старший.
Он кратко пересказал Жукову предложение Сергея.
- Я думаю, для начала надо попробовать на одном - двух объектах, - сказал в заключение Никита Сергеевич, - и посмотреть на результат.
- Ну... это можно, - ответил Жуков. - Министерство обороны строит своими силами дома для военных. Кстати, жалоб на качество тоже хватает. Я завтра распоряжусь подобрать список строящихся по заказу нашего министерства жилых домов в Москве и Подмосковье, и пошлю на эти стройки специалистов из инженерных войск, с полномочиями представителей военной приёмки. А когда они отчитаются о сдаче объектов, съездим на одну из строек, сами посмотрим на результат и примем решение. Годится такой расклад, Никита Сергеевич?
- Годится, - ответил Хрущёв-старший, - Спасибо, Георгий, вместе мы с любой задачей справимся.
Завершив разговор с Жуковым, Никита Сергеевич вернулся к другим жилищным проблемам.
- Что там ещё о жилье написано? - спросил он. - Ещё какие проблемы были?
- В основном, в будущем народу не нравятся пятиэтажные дома, - ответил Сергей. - Их там так и назовут - "хрущёвки"... а то и "хрущобы"... Извини, папа. Людям не нравится, что квартиры маленькие, нет лифтов, мусоропроводов, как в более поздних домах. Низкие потолки, в домах первых серий нет даже прихожих, санузлы совмещённые.
- Так... погоди... - опешил Никита Сергеевич. - Эти пятиэтажки же на 25 лет рассчитывались! Потом предполагалось их сносить и строить на их месте дома улучшенной планировки!
- Я так понял, никто их там, в будущем, не сносит, - ответил Сергей. - Как стояли, так и стоят. В 2012 году, во всяком случае, их ещё полно. Видимо, темпы прироста городского населения сильно опережали темпы строительства жилья. Ещё отмечается, что эти пятиэтажки занимают слишком много места, при этом основные затраты получаются даже не на само строительство, а на подвод инженерных сетей.
- Та-ак... То есть, жилищное строительство в будущем тоже просрали... - помрачнел Никита Сергеевич. - "Хрущобы", говоришь... А что после них будут строить?
- В основном - девятиэтажки из тех же плит, а позже - дома улучшенных серий. С лифтами, мусоропроводами, большими квартирами... - пояснил Сергей. - Но вот парадокс: в 1986м году в Армении произойдёт сильное землетрясение. Так там более поздние девятиэтажки сложились, а пятиэтажные дома покосились, но устояли. Там были пятиэтажки сейсмоустойчивой серии, вот и выдержали. И ещё парадокс - в 2012 году строят в основном однокомнатные квартиры, редко двухкомнатные. Жильё у них очень дорогое, купить его могут немногие, и оплачивать даже двухкомнатную квартиру улучшенной планировки получается для большинства слишком дорого. А вот в пятиэтажках квартплата остаётся на доступном уровне. Это у них там капитализм такой.
- Тьфу! - раздосадованно сплюнул Никита Сергеевич. - Капитализм, в России, и люди за жильё заплатить не могут?! Это же позор! Это ж до какой степени бесстыдства надо дойти, чтобы в двадцать первом веке вместо коммунизма скатиться обратно в капитализм?! Куда ж партия смотрела?
- Если я правильно понял - партия воровала больше всех, - сказал Сергей. - Да, ещё архитекторы будут возмущаться, что дома все одинаковые, и им нет возможности себя проявить... Пишут, что нормальный красивый дом с элементами наружного декора всего на пять процентов дороже голой пятиэтажки. Они возмущаются, зачем было из сомнительной экономии строить такое уродство...
- Да, эти уже возмущаются, - отмахнулся Никита Сергеевич. - Да и хер с ними. Пойми, Серёжа, мы ведь всё просчитали! Пять этажей - максимальная высота, на которую вода в системе отопления и водопроводе поднимается без дополнительной подкачки, то есть, без насосов в подвале. На пятый этаж даже старики ещё могут подняться без лифта. На пять процентов дороже, говоришь... А умножь эти пять процентов на двадцать домов - сколько получается? Сто! С каждых двадцати домов на эту пятипроцентную экономию можно построить ещё один дом, на сто квартир! В среднем - на 300 человек, то есть. Э-эх!.. - Хрущёв-старший с горечью махнул рукой. - Ладно. Одно понятно - надо проработать вопрос о переходе на застройку домами большей высотности и улучшенной планировки. Выходит, это экономичнее получается - на той же площади больше людей разместить можно. Этот вариант попрошу экономистов из ГосМосСтроя обсчитать как можно точнее.
Никита Сергеевич сделал долгую паузу.
- Спасибо тебе, сын, что бы я без тебя делал... Ведь эту информацию никому и доверить-то нельзя... Это же бомба... страшнее водородной. А ты с этой чудо-машиной управляешься, будто всю жизнь с ней работал...
- Пап, да там на самом деле всё не так сложно, как кажется... Вот если бы у нас таких машин было бы побольше, хотя бы десяток, да соединённых линиями высокоскоростной связи... Представь, папа, какие это возможности для планирования?
- Завтра позвоню Калмыкову, надо его поторопить с микросхемами, - кивнул Хрущёв.
- Так, полуношники! - вернувшаяся с дачи Нина Петровна решительно прервала засидевшихся заполночь мужа и сына. - А ну, быстро спать ложитесь! Сергей, тебе в институт ко скольки завтра?! А ты, старый, тоже всё никак не угомонишься! У тебя на завтра сколько дел назначено? Вот иди и выспись как следует!
- Слышал? - усмехнулся Никита Сергеевич. - Вот так. И ведь не посмотрит, что я первый секретарь ЦК...
Вскоре явился с первыми наработками Иван Александрович Серов. Встретились в кремлёвском кабинете Хрущёва, только вдвоём.
- Есть две идеи, Никита Сергеич, - сказал Серов. - Первая - масоны.
- Гм? - Хрущёв озадаченно взглянул на Серова. - Чем они могут быть полезны?
- Связями, Никита Сергеич, - пояснил Серов. - Масоны - это, в первую очередь люди богатые и влиятельные. Но деньги для них - только ступенька на пути к власти. Это такой клуб для избранных. Там, конечно, встречаются и люди попроще, но тоже облечённые какой-никакой властью, например - полицейские чиновники. Масоны коллекционируют полезных для себя людей.
- Интересно, - кивнул Хрущёв. - Но организация древняя и тайная. Вряд ли у нас получится в неё проникнуть, тем более - быстро.
- Да, - подтвердил Серов. - Это, скорее, закладка на будущее. Возможно, кто-то из наших молодых агентов, что мы отправили под чужими именами учиться капиталистической экономике в Гарвард, Йэль и Принстон, сумеют в будущем заинтересовать собой масонов и получат приглашения вступить в ложу. Агенты на этот счёт проинструктированы.