Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)
Хрущёв опешил и озадаченно посмотрел на академика:
– Андрей Дмитрич, кобальтовая бомба – это уже слишком. Её и по нам обратно применить могут...
– Так и применят, Никита Сергеич! Думаете, империалисты нас жалеть будут?
– Мы проводили исследования воздушных потоков при помощи запуска аэростатов. – сказал Келдыш, – Выяснилось, что воздушные потоки над Евразией и северной частью Тихого океана идут таким образом, что всё, что попадает в атмосферу над СССР, через некоторое время – от недели до двух месяцев – переносится на территорию США. Поэтому если американцы будут применять радиологическое оружие, то для них самих ущерб будет не меньше.
– Это если они об этом знают, – заметил Хрущёв. – Кстати, надо сделать так, чтобы узнали.
– Ну, так сделаем, – усмехнулся Келдыш. – Но я хотел бы предупредить об опасности ставки только на одну, тем более – малочисленную систему оружия, особенно, если есть желание на этом сэкономить. Предположим, мы сделаем штук 30-50 тяжёлых ракет с кобальтовыми боеголовками, и понадеявшись на них, не разработаем больше никаких других средств. Если противник разработает, скажем, противоракетную систему, способную эти 30-50 ракет перехватить, мы окажемся безоружными. А то я вижу, что мы уже собрались изобрести очередное вундерваффе...
– Об отказе от всех остальных разработок речь не идёт, – заверил Никита Сергеевич. – Но бюджет страны не резиновый, поэтому необходимо руководствоваться принципом разумной достаточности. Площадь Соединённых Штатов примерно втрое меньше площади Советского Союза, плотность населения – много выше, особенно вдоль побережий. Следовательно, для достижения паритета нам не обязательно делать столько же боезарядов и их носителей, сколько есть у США. Надо сделать лишь то количество, которое будет достаточным для нанесения противнику неприемлемого ущерба. Ну, и процентов 10-15 запаса. Я предлагаю вместо паритета по бомбам добиться паритета страха. Осознав неотвратимость возмездия, агрессоры не решатся нападать.
– Эту информацию необходимо будет довести до президента США. Самым наглядным и впечатляющим способом – при помощи натурных испытаний. Полагаю, таким образом мы сможем решить проблему, не ввязываясь в симметричную гонку вооружений. Хотя совсем не заниматься обороной, понадеявшись на что-то одно, конечно, не получится.
Сидевший по правую руку от Хрущёва Устинов поначалу молчал, внимательно прислушиваясь к разговору.
– Неотвратимость возмездия... А вот скажите-ка, Сергей Алексеич, – Дмитрий Фёдорович повернулся к академику Лебедеву. – Возможно ли сделать в обозримом будущем такую программу для ЭВМ, чтобы она могла по некоторым формальным признакам определить, что по СССР был нанесён обезглавливающий ядерный удар, и руководство страны погибло? А затем дать команду ядерным силам на нанесение ответного удара?
– Программу? – Лебедев задумался. – Смотря по каким критериям принимать решение.
– К примеру, наличие повышенного радиационного фона в крупных городах – Москва, Ленинград, Киев, Новосибирск, Севастополь, Владивосток. Отсутствие связи с Кремлём и Генеральным штабом, – предложил Никита Сергеевич.
– Ничего запредельно сложного. При наличии соответствующих датчиков логика программы будет вполне по силам современным ЭВМ, – ответил Лебедев. – Нужна только надёжная система связи.
– А если использовать командную ракету? – спросил Устинов. – Скажем, система запускает ракету, возможно, не одну. Ракета летит над территорией СССР и передаёт всем уцелевшим ядерным силам приказ на запуск. А если одна из таких ракет выведет на орбиту командный спутник, можно с него передать сигнал подводным лодкам в позиционных районах – к тому времени у нас атомные подводные лодки с ракетами уже появятся.
– А вот на такой случай можно и предусмотреть пару десятков тяжёлых ракет, оснащённых кобальтовыми боеголовками. И американцев предупредить, что если даже руководство Советского Союза в результате их первого удара погибнет, то от сокрушительного ответа зарядами с кобальтовой оболочкой это их не спасёт.
Решение о создании системы «Периметр» было принято в июле 1956 года. (В реальной истории работы над темой особой командной системы, получившей название «Периметр», были поручены КБ «Южное», постановлением правительства СССР № 695—227 от 30 августа 1974 г.)
1 мая 1956 г впервые велась прямая телевизионная трансляция военного парада и демонстрации на Красной площади. (Тогда 1 мая устраивался настоящий военный парад). Хрущёв пригласил на праздник сразу нескольких лидеров социалистических стран. На трибуне Мавзолея рядом с ним стояли руководители ГДР Вальтер Ульбрихт и Отто Гротеволь,, Председатель КНР Лю Шаоци и Председатель Госсовета КНР Чжоу Эньлай, Первый секретарь ВПТ Янош Кадар и Первый секретарь ЦК ПОРП Владислав Гомулка. (В реальной истории после смерти Берута с марта по октябрь 1956 г Первым секретарем ПОРП был Эдвард Охаб, и лишь потом его сменил Гомулка. В данной версии АИ генерал Серов вовремя подсуетился :) Гомулку выбрали сразу после Берута.)
Первомай был удобным поводом встретиться и обсудить важные события и инициативы. Лю Шаоци официально сообщил о желании Китая более тесно сотрудничать с СССР. К 1956 году с помощью СССР в Китае были уже построены основные базовые отрасли промышленности. Председатель КНР просил помощи в их развитии, в построении современной боеспособной армии. В ответ он предложил использовать колоссальные трудовые ресурсы Китая на благо всей мировой системы социализма.
– Мы можем и производить товары у себя, – сказал Лю Шаоци, – если вы поможете наладить их производство, а можем, например, посылать наших рабочих на ваши большие стройки.
Предложение Председателя КНР было встречено с интересом. Хрущёв сразу же спросил:
– Как насчёт лёгкой промышленности? Сейчас у нас откровенно не хватает дешёвой и качественной одежды, обуви, мебели, да, практически, многих товаров народного потребления. Для них нам понадобится сырьё. Ткани, кожа и кожзаменители, пластмассы, металл. Нашему сельскому хозяйству нужны минеральные удобрения и корма для скота. Вашему, кстати, тоже. Если мы поможем Китаю нашими специалистами, вы сможете поднять жизненный уровень у себя и оказать существенную помощь всем социалистическим странам.
Лю Шаоци с предложением Хрущёва согласился. Было решено создать совместную комиссию из представителей СССР и КНР для планирования мероприятий по интеграции Китая в общую социалистическую экономику.
Чжоу Эньлай напомнил о Московском международном экономическом совещании, прошедшем в апреле 1952 года, на котором СССР, страны Восточной Европы и Китай предложили создать зону мировой торговли, альтернативную долларовой. Причем громадный интерес к этому плану проявили также: Иран, Эфиопия, Аргентина, Мексика, Уругвай, Австрия, Швеция, Финляндия, Ирландия, Исландия. Тогда, на совещании Сталин предложил создать свой «общий рынок», альтернативный Европейскому Экономическому Сообществу и альтернативную мировую резервную валюту, не привязанную к доллару. (http://maxpark.com/community/1920/content/1512164)
Смерть Сталина и последовавшие затем перемены в СССР отодвинули идею на второй план, но хорошая мысль рано или поздно пробивает себе дорогу.
Хрущёва эта идея заинтересовала. При Сталине он не был допущен к принятию подобного рода решений. Сейчас же он, посоветовавшись с Косыгиным и Сабуровым, попросил их, совместно с Чжоу Эньлаем, подготовить предварительные предложения на этот счёт.
Чжоу Эньлай в 1952 году вместе с Матиасом Ракоши, Клементом Готвальдом и Отто Гротеволем был в составе международной согласительной комиссии, которая занималась подготовкой к реализации введения единой валюты, поэтому он хорошо представлял себе все проблемы и все тонкости их решений.
С Гомулкой и Кадаром у Хрущёва и Серова был долгий и сложный разговор о том, как предотвратить возможные беспорядки в Польше и Венгрии.