Свяжи меня (ЛП)

Поворачиваясь по кругу, я смотрела на людей, стоящих рядом.
— Здесь нет никого, кроме Каллы, кто хотел бы навредить мне и Уильяму. Не просто мне, потому что на фото были мы оба.
Запал Каллы начал гаснуть. Она прижалась спиной к вышибале, который помог ей подняться.
— Давай, поделись. Как ты заполучила видео? Я отчего-то уверена, что у тебя бы не получилось пролезть в комнату видеонаблюдения, так что, почти наверняка, ты заключила сделку с одним из охранников. — Я склонила голову набок и уставилась на нее. — Что ты ему предложила? Секс, деньги? Хм, а может быть, и то, и другое?
— Из тебя говно так и хлещет. Вчера я всего лишь тусовалась и поиграла с парой клиентов.
— Не думаю, что ты так стремилась поиграть после того, как увидела нас вместе. Ты чуть ли не ядом плевалась, когда мы были здесь в последний раз. А уж когда услышала, что я в шутку признала, что взяла его под ошейник, то тебе просто снесло башню. А потом он еще подлил масла в огонь, сказав, что никогда не хотел идти к тебе под ошейник. Это твоя гордость заставила тебя ему отплатить?
— Да ты просто бредишь, — возразила она.
— О нет. Это ты, блядь, бредишь. Тебе же даже в твою тупую башку не пришло, что предавая огласке наши отношения с Уильямом, ты по сути предаешь каждого в «1740». Тут не так много БДСМ-клубов. Как думаешь, сколько времени нужно СМИ, чтобы пронюхать, что клуб в центре секс-скандала — это именно клуб «1740»?
Снова послышались охи-ахи, но теперь по выражению лиц я могла с уверенностью сказать, что до них начала доходить вся серьезность ситуации. Они почувствовали себя такими же уязвимыми, как и я с утра. Жизнь большинства находящихся здесь могла быть разрушена, если их тайна стала бы известна.
Толпа расступилась, и в круг вышел Роберт, владелец клуба. Когда он подошел ближе, я была готова ко всему — от того, что у меня отберут клубную карту, до того, что меня арестуют. Мимолетно взглянув на меня, он переключил внимание на Каллу.
— Джанни, я хочу, чтобы госпожа Калла немедленно покинула помещение. Проводи девушку до ее шкафчика и убедись, что она забрала свои личные вещи, потому что она больше никогда не вернется в этот клуб.
Калла побелела. Ее разбитая губа задрожала.
— Роберт, ты же не серьезно…
— Я полностью серьезен.
— Но мы же дружили столько лет. Ты не можешь от меня отвернуться после того, что было.
Тишину взорвал презрительный смех.
— Тупая пизда. Да мне насрать, будь ты даже плоть от плоти моей. Ты уничтожила мой клуб, так что для меня ты сдохла.
Глаза Каллы наполнились ужасом, она качала головой.
— Роберт, прошу тебя.
Он посмотрел на нее с отвращением.
— Уберите ее уже, блядь, отсюда.
Прежде чем Джанни увел Каллу, Эверетт сделал шаг вперед. Он указал пальцем на нашивку на своей кожаной жилетке.
— Видишь это?
— Да, — прохныкала она.
— Запомни, как выглядит эта нашивка. И как выгляжу я. Если ты только подумаешь о том, чтобы пикнуть — донести копам или как-то навредить моей сестренке или ее парню, я открою на тебя охоту. И то, что сделала с тобой моя кузина покажется тебе легкой прогулкой. Поняла меня?
Калла пропищала слово «да», прежде чем Джанни утащил ее за собой. Как только они ушли, Роберт обратил свое внимание на посетителей.
— Ладно, дамы и господа, шоу окончено. Вечеринка продолжается. Всем напитки за счет заведения — если вы еще не пили, обязательно подойдите к барной стойке.
Он подал сигнал ди-джею, и музыка снова наполнила помещение.
Затем Роберт посмотрел на меня.
— Мне бы сдать тебя копам за то, что ты нарушила правопорядок и полностью сбила настрой присутствующим…
— Не думаю, что есть такая статья — «сбить настрой присутствующим».
Роберт едва заметно приподнял уголки рта, а затем открыто улыбнулся.
— Я всегда любил твою умную жопку.
— Прошу прощения за отвратительную сцену, но мне нужно было ее макнуть в то, что она сама натворила.
Он закатил глаза.
— Полагаю, решить вопрос через меня, тебе в голову идея не пришла.
— Ну, теперь ты должен понимать, что это не так работает. Я рядом с ней в метре не смогла бы пройти без кровопролития.
 
— Учитывая то, что она сделала и последствия, которые это принесет, мне сложно тебя винить.
— Рада, что ты смог увидеть ситуацию моими глазами.
— Что не делается — все к лучшему. Ты всегда можешь вернуться, и я будут рад такому работнику. Если я могу помочь в вашей с Уильямом ситуации, дай мне знать.
— Спасибо, Роберт. Я это ценю.
— Пожалуйста, — подмигнул он и добавил, — теперь вали отсюда. Пока ты тут, никто не сможет расслабиться и начать веселиться.
— Без проблем, — дернув подбородком в сторону лифта, я добавила, — ребята, пошли.
Эверетт протянул руку Роберту.
— Было приятно познакомиться.
— И мне. Если вы, парни, захотите прийти развлечься, с удовольствием выдам вам пару гостевых карт.
— Это мило с вашей стороны, — фыркнул кузен, — но мне нравится выбивать дерьмо из людей в рабочее время. На выбранной мной территории.
— Тогда всего доброго, — кивнул Роберт.
— И вам.
Пока мы шли к лифту, я ощущала на себе любопытные взгляды. Уже в лифте Эверетт присвистнул.
— Что? — спросила я.
— Напоминай мне никогда не нарываться на тебя злую.
— Ой, да ладно тебе.
Эверетт покачал головой.
— Нет, ты чертовски хороший боец. И ты бы меня размазала.
— Не может такого быть.
— Может, — подмигнул он, — если я буду пьяным.
  
Глава 20
 
По дороге домой у меня крутило живот. В последний раз я так боялась встречи с отцом, когда мне было семнадцать. В ту ночь я потеряла девственность на сеновале фермы моего парня, а потом мы оба уснули и проснулись только с первыми петухами.
Посмотреть в телефон я осмелилась только когда переоделась. Количество пропущенных звонков от папы привело меня в полнейший ужас. Никогда еще поездка домой не была такой долгой. А когда я свернула на гравийную дорогу и увидела саму ферму, мне пришлось остановиться и открыть дверь — меня вырвало.
Не успела прийти в себя, как вдалеке увидела папу. С прямой спиной, словно шомпол проглотил, он стоял на крыльце, и я не могла не задаться вопросом — а не ждал ли он меня в такой позе всю ночь.
Говорить что-то не требовалось, я все поняла, как только тот на меня посмотрел. Мне хотелось бы, чтобы он просто накричал, но папа лишь покачал головой. Разочарование в его взгляде ранило меня до глубины души — гораздо сильнее, чем его гнев или любые резкие слова. Этого же я боялась больше всего на свете и на этот раз.
Приблизившись к дому, я испытала дежавю — на крыльце будто снова стоял папа, и я все на свете отдала бы, чтобы это было правдой. Но нет. Вместо отца там находился Ансель, словно мини-копия нашего общего родителя. С руками, скрещенными на широкой груди, он выглядел таким же разъяренным, как и папа много лет назад.
Я не успела вынуть ключ из зажигания, как тот уже сбежал по ступенькам вниз, чтобы набросится на меня сразу же, как я вылезу из машины.
— Где, черт подери, тебя носило? — требовательно произнес брат всего в нескольких дюймах от меня.
— Слушай, прости пожалуйста, но я просто не в состоянии была ехать домой.
— Ой, как круто. А позвонить нельзя было? Когда ты не приехала в обед, папа так взбесился и послал меня в город, чтобы я тебя отыскал.
Я подняла руки вверх.
— Еще раз извини. Снаружи меня поджидали репортеры и последнее, что мне хотелось бы сделать — это притащить их за собой сюда. Что до звонков, то я вообще не знаю, что сказать.
— И куда ты поехала?
— Эверетта навещала. — Мысль о том, что мы сделали в Атланте, согревала меня, и я даже слегка улыбнулась.
Ансель прищурился.
— А ОН был с тобой?
Я сразу поняла, кто этот «ОН». Ансель выплюнул это слово так, будто имел в виду рой саранчи.