Свяжи меня (ЛП)
— Я не буду тебя расковывать. Лучше выпорю флоггером до ярко-красного цвета кожи, что скажешь?
— Я скажу, с днем рождения, блядь, меня, — ухмыльнулся Уильям.
Глава 18
После прошлой ночи в клубе «1740», я раз пять нажимала кнопку «отложить будильник». И когда наконец смогла выбраться из постели, времени осталось только на то, чтобы по-быстрому принять душ и одеться, не говоря уже о завтраке или возможности сообразить себе что-то на обед. Придется перехватить что-нибудь в торговом автомате до планерки. Это было не так уж плохо по сравнению с едой из школьной столовой — вот уж где гадость.
На стоянку я заехала на десять минут позже, чем должны были прибыть все сотрудники школы. Учитывая опоздание, я решила не идти через главный вход. Так что вместо этого припарковалась за школой, чтобы войти через черный ход, расположенный рядом с моим классом.
Что-то неладное я почувствовала еще в тот момент, когда открыла дверь и вошла в здание. Дурное предчувствие было настолько сильным, что по спине побежали мурашки, а волосы на руках встали дыбом. Ученики рядом со входом в класс прекратили болтать и уставились на меня широко раскрытыми глазами.
Ощущение казалось настолько нереальным, что мне захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, не сон ли это. Окинула себя взглядом, чтобы убедиться, не оделась ли я как-то странно из-за спешки. Но нет, все было на месте, пуговицы застегнуты. Убедившись в этом, я не могла не задаться вопросом, какого черта сейчас происходило. Они же видели меня ежедневно в течении трех месяцев. Что было не так именно сегодня?
Вдруг я поскользнулась, поэтому посмотрела вниз и заметила яркий лист бумаги. На самом деле их было несколько, разбросанных по полу. Еще несколько оказались приклеены скотчем к дверцам шкафчиков. Наклонившись, я подняла одно из изображений и взглянула на него.
Мир вокруг меня содрогнулся и остановился.
Какого хера?
Фото вчерашней ночи в «1740». Мое. С флоггером в руке. В замахе над Уильямом. Я в ужасе уставилась на шкафчики и увидела фотографию, на которой мы целуемся. Сделав небольшой круг по коридору, я увидела еще несколько снимков, где мы были вместе. А потом сообразила, что произошло.
Кто-то слил видео из комнаты развлечений и сделал из него серию фото.
Кто-то пришел в школу и развесил их тут.
Кто-то не просто хотел нас унизить.
Кто-то хотел нас растоптать во всех сферах жизни.
Меня охватила ярость. Мне хотелось прижать руки к груди, чтобы прикрыться, будто это могло защитить меня от наготы на фото. Желая избежать навязчивых взглядов, я пробежала вперед по коридору, попав в туалет для персонала. В легких не хватало воздуха, будто грудь сжала рука великана, не давая сделать вдох. Положив руки на раковину, я попыталась унять приступ, вызванный потерей контроля. Но как бы я не старалась, в голове был только насмешливый голос, упрекающий меня во всех грехах разом.
Твой маленький грязный секрет раскрыт.
Ты трахалась с боссом.
Ты была в БДСМ-клубе и охаживала босса флоггером.
Ты так облажалась.
Мои ладони соскользнули с раковины, мир покачнулся, и я провалилась в темноту.
***
В сознание я пришла, лежа на чем-то твердом и холодном. Что за хрень произошла? И еще интереснее, где я, черт побери?
С трудом разлепив глаза, я увидела Уильяма.
— Слава Богу, она очнулась.
Я нахмурилась. Кому он это говорил? Повернувшись, я заметила Джейн и миссис Клири, которые стояли за спиной Уильяма. Их лица отражали беспокойство. Потом я сообразила, что лежу на полу туалета.
— Что случилось? — промямлила я.
— Ты вырубилась, — ответил Уильям.
— Серьезно? Никогда в жизни не вырубалась.
— Ну, все бывает впервые.
С трудом сев, я застонала от ощущений в голове. Должно быть, падая, я хорошенько приложилась об пол. Собираясь уточнить, почему так произошло, я увидела стопку фото в руках миссис Клири.
— О, Боже, — вырвалось у меня.
Тошнота накатила так быстро, что я не успела добежать до туалета. Вместо этого схватила мусорное ведро рядом, и меня вырвало. Это продолжалось, пока подсознание снова и снова прокручивало образы с фото перед моими глазами. Наконец закончив, я вытерла рот тыльной стороной ладони. Джейн и миссис Клири ушли. Думаю, они решили, что нам стоит обсудить все наедине.
Я посмотрела Уильяму в глаза. В них были сожаление, беспокойство, страх, печаль…
— Во мне миллион слов, но я не могу выдавить ни одного, — озвучила я.
— Все хорошо. Я понимаю. — Он погладил меня по щеке. — Как думаешь, твое самочувствие позволит нам поговорить в моем кабинете?
— Наверное. Но мне еще в класс надо попасть.
На лице Уильяма появилось несчастное выражение.
— Получается в класс я сегодня не попаду, да?
— Да.
Годы тяжелой работы и усилий за мгновение смыло в унитаз.
— И вообще никогда не попаду, — пробормотала я.
— Не говори так. Никогда не угадать, что произойдет.
Я истерически рассмеялась.
— Уильям, кого ты обманываешь? Уже вся школа видела фото, на которых мы трахаемся в БДСМ-клубе. Хорошо если меня вообще не лишат лицензии.
— На этих фото не было секса. Там видно, что мы целовались, и ты меня порола.
— Будто есть разница.
— Левинсон уже должен был приехать. Нам нужно в мой кабинет.
— Я могу избавить его от хлопот и уйти прямо сейчас.
— Софи, я прошу тебя.
— Ладно. Пошли посмотрим страху в лицо.
Уильям помог мне подняться, и мы подошли к двери.
— Боже, я не могу. Там же дети, и они станут на нас смотреть, — простонала я.
— Не волнуйся. Уже был звонок, они все в классах.
Моя паника слегка утихла. Уильям открыл дверь, и мы выглянули в коридор. К счастью, он был пуст, не было ни студентов, ни наших фото. Но обычный путь от уборной до его офиса занял вечность. Я все время смотрела в пол, потому что не хотела встретить осуждающие взгляды учеников или преподавателей.
Часть меня была в ярости, что я вела себя так, будто уже потерпела поражение. Следовало быть сильной, расправить плечи и с вызовом спросить: «какого хрена ты уставился?». Но, по какой-то причине, у меня просто не было на это сил.
Наконец мы добрались до офисов, и Уильям повел нас к себе. Обычно утром тут было шумно. В это время там всегда были ученики, но сейчас царила тишина. Мы вошли в кабинет директора, и как только дверь за нами захлопнулась, я с облегчением выдохнула. Однако это было преждевременно, потому что потом я увидела доктора Левинсона, стоящего рядом с завучами мистером Льюисом и миссис Филдстоу.
Левинсон пригласил нас присесть, выражение его лица было предельно серьезным. Уильям не занял директорское кресло, и меня это насторожило. Мы оба разместились на стульях перед столом.
— То, что произошло утром, очень прискорбно. Вы стали жертвами злонамеренной клеветы, которая затронет и ваши личные жизни, и карьеру. И пусть вины вашей в этом нет, боюсь, последствия вас затронут.
— Какими будут эти последствия? — спросил Уильям.
— Начиная с этого момента вы оба в оплачиваемом отпуске. Как только наша встреча завершится, вы немедленно покинете здание и не сможете вернуться без специального разрешения. Я созвал экстренное заседание школьного совета, чтобы обсудить произошедшее и вашу дальнейшую судьбу. И, хотя это и необязательно для слушания, я бы посоветовал вам обоим обратиться за юридической помощью.
Я сглотнула горечь, подступившую к горлу. Даже думать не хотелось, на какие деньги я могла нанять адвоката. Будто прочитав мои мысли, Левинсон сказал:
— Я уверен, что вы члены PAGE или GAE, они смогут помочь в этом вопросе.
Еще во время учебы мне вбили в голову, что надо присоединиться к одной из групп профсоюза — Ассоциации Педагогов Джоржии (GAE) или Профессиональной Ассоциации Педагогов Джоржии (PAGE). Начать работать по профессии, не вступив в любую из этих групп, было равносильно карьерному самоубийству. А кто не хотел бы, чтобы его прикрыли в случае обвинений в нарушении этики в процессе обучения, или, когда вы отдали ученику результаты теста? Вот только я сомневалась, что они сталкивались с подобными делами. Например, была ли в их практике хоть одна преподавательница, практикующая Доминатрикс? А спала ли она при этом со своим боссом?