Полдень Грифона

– Потому что нужно вытащить из этого пекла всех, кого еще можно спасти, иначе никого из наших не останется…
– Из наших?
Залия молчала, и Нерисса подумала, что чародейка просто решила ничего ей не говорить, но вдруг та резко взмахнула мечом. В воздухе раздался визг и неприятный чавкающий звук. Тело Нериссы среагировало быстрее разума, она вовремя притормозила, и отрубленная лапа гоблина упала прямо перед ней. Раненая тварь, вынырнувшая из ниоткуда, зашипела на Залию и припала к земле, зарываясь оставшейся передней конечностью в рыхлую почву, а после завопила и прыгнула вверх. Чародейка вовремя выставила лезвие. Бестия напоролась на острие и, что-то прорычав, безвольно поникла. Залия скинула тушу с клинка и повернулась к Нериссе.
– Эти палатки – остатки основной части нашего ковена, – пояснила чародейка. – Если мы не эвакуируем отсюда людей, они погибнут. Но вместо спасения людей я защищаю тебя, а тем временем народ разбегается в разные стороны и становится легкой добычей для тварей!
Нерисса будто получила удар под дых. Слабость, окутывавшая ее мгновение назад, раскололась, как тонкая корка льда на промерзшей земле. Опасения Залии были вполне ей понятны, и больше всего Нерисса хотела помочь девушке там, у горящих шатров, но сейчас, совершенно ослабевшая и с кучей вопросов, она понимала, что может стать для чародейки обузой. У нее было недостаточно сил, чтобы биться, поэтому Нерисса сделала единственное, что могла предложить в нынешнем своем состоянии. Вместо спора она шагнула к Залии и протянула руку ладонью вперед.
– Дай мне запасной кинжал и возвращайся, а я соберу разбежавшихся людей и отведу их к королевскому лагерю.
– Ты еще слишком слаба.
– Я их не потащу на своих плечах, а поведу за собой.
– А если…
– Будем спорить или спасать людей?
Залия закрыла рот и быстро извлекла из набедренных ножен удлиненный кинжал. Подкинув его, перехватила лезвие и протянула его Нериссе рукоятью вперед. В этот момент во взгляде чародейки не было привычной ядовитости или ехидства, это многое дало понять. Нерисса сжала рукоять, но в последний момент Залия потянула его на себя. Не выпуская из рук кинжал, Нерисса приблизилась к ней.
– Если упадешь, свора тебя загрызет, – предупредила девушка.
– Если упаду – поползу дальше, но не дам себя убить.
Нерисса забрала из ее рук оружие и обратилась в сторону королевского лагеря. Залия развернулась на пятках и побежала обратно. Проводив ее взглядом, Нерисса посмотрела на внешнюю линию второй стоянки.
Мимо, в направлении шатров, пробегали люди. Чаще они держались ближе друг к другу, но нередко находились и те, кто отбивался и оказывался в непроглядном мраке, куда не дотягивался свет от факелов. Какое-то время спустя из темноты прореза́лся животный стрекот и человеческий вопль. От этих звуков у Нериссы цепенели все мышцы и приходилось заставлять себя переставлять ноги. Нужно добежать до границы королевского лагеря или хотя бы приблизиться к нему, а там уже на помощь должны подойти Теневые стражи.
– Держитесь вместе! – закричала Нерисса и замахала рукой. Свет ближайшего факела отразился от лезвия ее кинжала, и она понадеялась, что его заметили отбившиеся от общего потока люди. – Не расходитесь!
Тут и там мелькали лица, некоторые Нерисса узнавала. Совсем недавно все они ютились в гротах и пещерах Клыка, а сейчас вместе бежали по Великому Гринфордту. И вовсе не от охотников короля. Не хотелось лишний раз поминать бесов-пересмешников, но их игры с каждым разом становились все жестче и кровавее. Только выбравшись из убежища, ковен вновь попал в самую гущу страшных событий. Вряд ли такой участи желали маги. Вдруг Нериссу осенило. Она метнулась к ближайшему человеку и тронула его за плечо, не прекращая бежать.
– Где Галин и Гилмор?
Мужчина, прижимавший к себе мешок с какими-то вещами, уставился на Нериссу во все глаза и сильнее прижал к телу ношу.
– Старейшины на Клыке! Как и все маги стихий. Тут только обычные люди…
Подняв мешок повыше, мужчина побежал еще быстрее и скоро умчался далеко вперед. Нерисса не смогла бы его догнать, даже если бы захотела.
 
Так вот почему ветер не останавливал каменные снаряды, а огонь не знал конца своей жадности, вот почему вода не тушила ненасытное пламя, а камни давили людей, не рассыпаясь в пыль. На Великом Гринфордте обосновались обычные жители убежища, в то время как маги стихий остались на Клыке. Но почему Старейшины решили так? Или это не их воля?
– Ты ведь дал мне слово… – Нерисса обернулась к горящей линии фронта.
Должно быть, Лоран был именно там. Но почему он не позволил магам присоединиться к битве?
С южной границы доносились страшные звуки, шум стал сильнее. Если бы в бою принимали участие маги стихий, у людей Лорана было бы намного больше шансов. Нерисса посмотрела назад в последний раз и повернулась к жителям ковена.
– Держитесь вместе! – напомнила она. – Не отходите друг от друга!
Плача, всхлипывая и стеная, люди бежали из одного лагеря в другой. Вдруг недалеко от Нериссы кто-то закричал. Она тут же повернулась на шум и увидела, как выскочившая из темноты тварь повалила на землю женщину, отбившуюся от основного потока, и впилась ей в бок. Извиваясь и молотя руками по воздуху, несчастная завопила еще громче, от чего довольная тварь протяжно завыла и вскинула лапу. Если не успеть остановить бестию, она одним ударом может сломать женщине шею.
Выставив перед собой кинжал, Нерисса бросилась к твари и всем весом подалась вперед, вгоняя клинок в склизкую тушу по самую рукоять. Гоблин принялся извиваться и верещать. Его тело было жилистым и упругим, мышцы казались железными. Нерисса надавила на кинжал и прокрутила его в ране, чувствуя, как по рукам потекли горячие струйки. Существо дико заверещало и замахало конечностями. Пришлось щуриться и уклоняться, чтобы не попасть под случайный удар. Наконец тварь прекратила трепыхаться и, обмякнув, тяжело повалилась на землю. Нерисса с трудом выдернула из туши кинжал и, не рассчитав силы, плюхнулась прямо в грязь. Подобрав под себя ноги, она засунула лезвие за пояс и подползла к женщине.
Весь бок несчастной был изодран в клочья, на землю обильно текла кровь, размачивая почву и окрашивая островки снега в красный. Нерисса попыталась прижать руки к ране на боку пострадавшей, но, навалившись вперед, поняла, что уперлась руками в землю. Гоблин просто вырвал из тела женщины целый кусок. Прижимать оказалось нечего и попытки помочь были напрасными.
Нерисса замотала головой и, подняв взгляд, встретилась с глазами женщины. На нее глядели пронзительные огоньки голубого цвета, в которых стояли слезы. Судя по всему, женщина прекрасно понимала ситуацию, и Нериссе сделалось до невыносимого горько от того, что она никак не может ей помочь и даже вспомнить ее имя. Она отпустила несчастную и начала подниматься, но та вдруг вцепилась ей в руку и до боли сжала кисть.
– М…мой с…сын… – прохрипела она, и на ее губах выступили красные пузыри. – Он бы… он был рядом, но я его уп… упустила…
– Я найду его. – Нерисса кивнула женщине, но взгляд той уже растворился в ночном небе. Она слепо глядела вверх, рука ее безвольно соскользнула на землю.
Нерисса поднялась и бросилась со всех ног вперед, пересекая бегущий поток против течения.
Ей казалось, что людей очень много, хотя Нерисса помнила: простых смертных в убежище было около пятидесяти четырех человек. Суета и шум сыграли злую шутку и превратили бегущих в непроходимую волну. Тут и там встречались дети. Кто-то бежал за материнской юбкой, кто-то тащил братьев и сестер за руки, кто-то не отходил далеко от отцовских ног – все они держались небольшими группами. Нерисса остановилась и привстала на носки, бегло осмотревшись вокруг, но не заметила ни одного отставшего мальчика, отбившегося от общего потока бегущих. Тут люди как будто начали замедляться. Сбившись в группу, они утекали в сторону королевского лагеря, но с каждым шагом двигались все менее резво. Гоблины-одиночки не нападали на толпы людей, но это был не повод так медлить.