Полдень Грифона

Просунув плоскую сторону кинжала в боковую щель деревянного ящика, Залия ударила ладонью по рукояти и вскрыла его. Раздался пронзительный скрип намокшего дерева. Убрав в сторону кинжал, чародейка поддела пальцами крышку, сняла ее и отложила в сторону, а после взглянула на содержимое… и отпрянула как от ядовитой змеи.
Прижав руку ко рту, Залия сморщилась, но Нерисса расслышала, как та грязно выругалась в свою ладонь. Такой реакции за чародейкой она не помнила, поэтому поспешила к подозрительному ящику. Приблизившись к нему, Нерисса осторожно заглянула внутрь и скривилась, чувствуя, как неприятно сжался желудок. Из ящика потянулся тошнотворный запах – его издавала отрубленная голова посланца, рядом с которой валялась королевская брошь Гринфордтов – грифон в лавровом венке. На лбу мертвеца набухло и посинело клеймо с профилем белого медведя. Символ королевской защиты, брошь в форме грифона, был грубо расколот напополам. Такая посылка от фрозов значила только одно – никакого соглашения не будет. Все посланцы пользуются королевским покровительством, и никто не смеет вредить им, тем более убивать, а отрубленная голова в ящике с клеймом на лбу, дерзкий жест со стороны берсерков – прямая угроза.
– Ящик могли привязать только на Великом Гринфордте. – Закрыв крышку ящика, Залия поднялась с земли. – Значит, фрозы уже на острове.
Нерисса сжала губы и покосилась на следы коня, тянущиеся из поля. Сначала бестии, потом северяне, а где же Ниорин? Посвященная не изменит себе и не откажется от мести, в этом Нерисса была абсолютно уверена. Но что означает такое долгое затишье? От Ниорин можно было ожидать любой пакости, но точно не того, что она примет поражение и затихнет насовсем. Вдобавок ко всему от Ренфрида все еще не было никаких вестей. Нериссе стало дурно от мысли, что он может быть уже мертв. Как после этого смотреть в глаза Бевану, ведь она уверяла его, что с молодым Теневым стражем ничего не случится?
– Нужно сообщить Лорану, – голос Залии вернул Нериссу в реальность.
– Да, – кивнула она. – У него нет времени обучать бестий.
После разговора с Залией Нерисса ушла в сектор переселенцев Клыка, где, как и во всем лагере, висела напряженная тишина. Она вошла в свою крошечную палатку и скинула с себя теплую мантию, перепроверила снаряжение, застежки и затянула ремни новой формы. Пустые ножны она заполнила новыми лезвиями, благо с оружием на Великом Гринфордте проблем не возникало. Закончив приготовления, Нерисса села на ковер и скрестила ноги. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, после чего вытянула перед собой руки, расположив ладони точно над двумя камнями, которые заранее прихватила с улицы. Но, как ни старалась сосредоточиться, все время проваливалась: в памяти то и дело вспыхивал бесчувственный взгляд Лорана и его спокойный голос, трещавший как воздух перед грозой. Эти воспоминания сбивали, не давая поймать настрой. Нерисса шумно вздохнула, выкрутила кисти и попыталась вымести из головы все посторонние мысли, которые никоим образом не касались ее магии, но это оказалось сложнее, чем она думала.
Совсем скоро ей будет жизненно необходима сила, неладное уже заподозрила Алира, значит, скоро все поймут Лоран и остальные. Нерисса вспомнила, как он надел ей на руку руническую змейку – один из двух старых артефактов, которые были найдены на Великом Гринфордте задолго до правления Кастора. Сейчас оба браслета исчезли безвозвратно, но память о змейке никогда не пропадет из головы Нериссы.
В тот раз, даже с заглушкой на колдовскую силу, она могла поднять в воздух крошечные камни, сейчас же, совершенно свободная ото всех оков, не могла проделать тот же трюк и с пылью. Нерисса пробовала снова и снова, один раз взяла камень в руки, поднесла к лицу и начала спорить с ним. Когда она поняла, что со стороны это выглядит как безумие, вернула булыжник на место и снова вытянула руки. Сколько так просидела, она точно не знала. Закончился день, и наступила глубокая ночь.
За стенами шатра кипела жизнь, звенело железо, порыкивали бесовские псы, которых запрягли в повозки как тягловую силу.
 
Из-за мыслей вперемешку с тревогами Нерисса так и не смогла уснуть. Новый день она встретила, совершенно не отдохнув.
Еще только забрезжил рассвет, а Нерисса снова уселась на ковер, пододвинула к себе булыжники и вытянула над ними ладони, пробуя в очередной раз воззвать к силе. Так она безрезультатно скоротала примерно час, как вдруг хлопнул брезент на входной группе занавесей ее шатра.
– Нерисса! – громко воскликнул Бардос, застав ее врасплох.
Ведьма тут же схватила с пола камень и швырнула его не глядя вперед. Библиотекарь вовремя плюхнулся на землю, и булыжник пролетел мимо него сквозь занавесь на улицу.
– Котлы и метелки, чуть без глаза меня не оставила! – простонал Бардос.
– Нечего так врываться ко мне! – взвинченная до предела, Нерисса не осталась в долгу и огрызнулась в ответ, но все-таки подбежала к библиотекарю и аккуратно подняла его с земли, поправив на носу юноши линзы. – Что случилось, почему ты здесь?
Бардос шмыгнул раскрасневшимся из-за холода носом и кивнул на стул. Бесы… Нерисса догадалась, что разговор будет не из приятных. Вместе с библиотекарем они подошли к стульям и сели за крошечный столик, Нерисса зажгла свечу, а Бардос выложил на столешницу несколько книг, судя по всему, парочка из которых была совсем недавно в мешке Иво.
– Вчера, пока вы были на переговорах… котлы и метелки, это даже звучит дико… В общем, пока вы договаривались с бестиями, Алира мне рассказала о твоем… недуге, – замялся он. – Прости, конечно, но ситуация, мягко говоря, странная. – Бардос поправил линзы на носу, а после раскрыл один из принесенных томиков. – Я покопался в имеющихся записях, посидел немного в полной тишине, напрягая память…вот были бы целы мои книги из Негласной библиотеки… – почти простонал он.
– Бардос, – поторопила его Нерисса, уже уставшая слышать от него одни и те же стенания по пропавшему архиву в северной башне.
Если сейчас Бардос так ворвался к ней, значит, он нашел ответ, и лучше не позволять ему уходить в глубокие размышления.
– Котлы и метелки, ладно, – сдался библиотекарь. – Начну по порядку. Во-первых, я решил сопоставить отсутствие твоей силы с посторонними факторами, как, например, наличие рунической змейки на тебе. К сожалению, эти редкие предметы пропали безвозвратно из-за Лорана, но я нашел в книге кое-что интересное про них, вот, погляди. – Он подтолкнул к Нериссе книгу, но не дал спокойно прочитать текст, а тут же начал его цитировать: – Тут говорится, что у духов-защитников в Денном Миире были исполнители их воли, одаренные, посланные сюда для защиты людей, но бесы-пересмешники не остались в долгу и создали специальные оковы, которые были способны лишать сил посланцев духов-защитников. Наши пропавшие змейки – это, скорее всего, те самые «подарки» от бесов, поэтому-то они и заглушали твою силу.
– Это, конечно, интересно, но звучит так, будто ты хочешь сказать, что я одаренная самими духами-защитниками, – с сомнением заметила Нерисса.
– Так и есть. Ты ведьма и твой долг – защищать людей от бесов-пересмешников и их порождений.
Нерисса невесело хмыкнула:
– Выходит, люди столько лет убивали тех, кто был послан их защищать… – Она уставилась в столешницу. – А с чего ты взял, что я посланец духов-защитников? – Нахмурив брови, Нерисса снова взглянула на библиотекаря.
– Вот с чего. – Бардос ткнул в другую книгу и заворчал: – Как я сожалею, что эти тексты не попали ко мне раньше! Они столько лет хранились в запертом архиве Клыка, а мы как слепые котята ползали по ровной поверхности… Сколько бы вещей удалось избежать и прояснить, узнай я это не так поздно. Но теперь уже ничего не поделать, котлы и метелки. – Бардос тряхнул головой. – Вот, смотри: до сотворения колыбели, когда было противостояние людей и бестий, духи создали ведьм для защиты простых смертных. Ты – ведьма. Поэтому все сходится.
Нерисса перестала его слышать, утопая в тексте. Открывшееся повергало в шок. Если подобная книга была у Ниорин, то это заметно усложнит всем жизнь. Но прочитав страницу от и до, Нерисса не получила ответ на главный вопрос – почему пропала ее сила?