Пятьдесят оттенков для Золушки
Он протянул свою кредитку, но Люси остановила его взглядом. Он был рад, что сегодня она надела контактные линзы. В очках она выглядела как сексуальная библиотекарша, но ему больше нравилось беспрепятственно смотреть прямо в ее выразительные серо-голубые глаза. Даже несмотря на то, что сейчас их выражение говорило о том, что их обладательница разозлилась.
— Что опять не так?
Она скрестила руки на груди и подняла подбородок:
— Я, конечно не знаменитый боец, как ты, но тем не менее я не нищая. Я в состоянии сама заплатить за свою одежду.
Это он меньше всего ожидал услышать. Рид не встречал женщин, которые бы настаивали на том, чтобы платить самим, когда они были с ним. У него было больше денег, чем он мог потратить, заработанных на боях и с рекламы различной продукции. Ну и, конечно, то, что она хотела купить сама ту одежду, на которой он настоял, говорила о твердости ее характера.
— Люси, — сказал он, опуская ее руки вниз, тем самым нарушая попытки языка ее тела напомнить ей о том, что она злится. — Я знаю, что ты сама можешь купить себе одежду. Ты успешная, сильная, независимая женщина и тебе никто не нужен, чтобы о тебе заботиться.
Огонь в ее глазах начал постепенно сходить на нет.
— Да, все именно так, мне никто не нужен.
— Тем не менее обновление твоего гардероба было моей идей, поэтому я заплачу за одежду, а потом приглашу тебя на обед. — Она уже собралась возразить — ради всего святого, похоже, это было ее любимое занятие, — но он приложил ей палец к губам. — Не спорь. Я собираюсь сходить в магазин мужской одежды и прикупить что-то более приличное, чем эти шорты и поло. И по дороге взять себе ибупрофена для этого проклятого плеча. Подожди здесь, и я скоро вернусь и заберу тебя.
Он отнял свой палец от ее губ и повернулся, чтобы уйти, как услышал:
— Но…
Зарычав от разочарования, он схватил ее за затылок и притянул ее к себе, а затем прижался своими губами к ее губам. Она напряглась, и потрясенный писк вырвался откуда-то из глубины ее горла. Но мгновение спустя писк превратился в легкий стон, и ее тело растворилось в нем. Где-то глубоко внутри здравый смысл кричал о его позиции преподавания «на расстоянии вытянутой руки», но его либидо быстро расправилось с ним и с нежелательными напоминаниями.
Ее губы были теплыми под его, и он чувствовал вкус ее клубничного блеска для губ. Он представил, что скорее всего ее язык на вкус тоже похож на спелый сладкий фрукт, но инстинкт подсказывал ему, что если он пересечет эту черту, то он уже не сможет остановиться. Прежде чем он потерял над собой контроль и затолкнул ее в ближайшую примерочную, чтобы показать ей, насколько хорошо ее платье будет выглядеть на полу, он прервал поцелуй и увидел ее ошеломленный взгляд.
— Черт, женщина, тебе всегда нужно спорить? Просто следуй моему плану, или моя следующая тактика будет состоять в применении публичной порки.
Люси ахнула и отступила от него, ее щеки покраснели и стали по цвету соответствовать ее зацелованным губам. Видимо, сама идея того, что он будет трогать ее за попу, напугала ее. Или нет? При ближайшем рассмотрении он мог поклясться, что увидел похоть в ее глазах. Может быть, в тихом омуте черти водятся?
Эти размышления опять заставили его почувствовать тесноту в области ширинки. Он должен был выбраться оттуда. Быстро. Когда он заговорил, он был удивлен жесткости своего тона.
— Я скоро приду. — Затем он повернулся на каблуках и вышел, чтобы найти ближайший магазин мужской одежды… и дать себе достаточно времени, чтобы избавиться от эрекции, которую у него вызывала младшая сестра его лучшего друга.
Глава 6
Люси уже не помнила, когда ее нервы были более напряжены. Ее живот казался просто вывернутым наизнанку, и она была почти уверена, что если она посмотрит вниз, то увидит беспорядочные узлы, а не ее привычный плоский живот.
Рид нежно вел ее, придерживая за почти голую спину своей большой рукой, через лабиринт столиков в ресторане, пока официант не указал, который из них был их. Он пододвинул ей стул, когда она усаживалась, а потом обошел драпированный белой скатертью квадратный стол и сел на свое место напротив нее.
Она поразилась, как изящно он двигался и как непринужденно себя чувствовал в дорогой одежде, которую он купил для этого вечера. Его белая, прекрасно сидящая на нем рубашка красиво облегала его тело, демонстрируя его мускулы при каждом движении. И даже несмотря на то, что они были в пятизвездочном ресторане, ей нравилось, как он практически игнорирует принятый дресс-код, оставляя несколько верхних пуговиц незастегнутыми и не заправляя рубашку в темные джинсы.
Его волосы были зачесаны назад и вверх, а его татуировки слегка просвечивались сквозь тонкую ткань его рубашки — он был просто воплощением «плохого мальчика». Полная противоположность тому типу мужчин, что ей нравился. И при этом она находила его совершенно восхитительным.
Так же, как и тот поцелуй, что он ей подарил.
Люси быстро взяла меню, чтобы скрыть то, как кровь прилила к лицу от одного воспоминания о том, как его губы касались ее. Она знала, что он сделал это просто для того, чтобы заставить ее замолчать, и что тут у нее было никакого сексуального подтекста с его стороны, но в тот момент их губы слились, мир вокруг нее вдруг сузился и сосредоточился только на нем. И, честно сказать, она сама была очень удивлена тому, как она отреагировала на этот маленький интимный жест.
— Так что бы ты хотела заказать? — спросил он.
Покашляв как можно деликатнее, она опустила меню и назвала первое, что увидела.
— Курица Марсала звучит неплохо.
— Звучит действительно неплохо, но я предпочитаю стейки. — Подошел официант и предложил им заказать напитки. — Мне принесите виски с содовой, а моя сестра хотела бы бутылку вина Moscato, пожалуйста.
Официанту скорее всего было не больше двадцати двух лет, при том что ей самой уже было двадцать девять, однако он приглашающе улыбнулся Люси и, подмигнув, сказал:
— С удовольствием. Я принесу ваше вино через минуту.
Ошеломленная, Люси подождала, пока он не удалился за пределы слышимости, и сказала:
— Если тебе так неловко, что тебя могут увидеть со мной, зачем ты вообще меня сюда привел.
Его рука со стаканом воды застыла на полпути ко рту, а брови нахмурились:
— Почему, черт возьми, мне должно быть неловко, что меня увидят с красивой женщиной?
— Ага, ну да. — Она фыркнула и занялась разворачиванием салфетки, которая была сложена в каком-то невообразимо сложном оригами-стиле. — Я знаю, какой тип девушек вы с Джексоном обычно приглашаете на свидания. Они как раз подходят спортсменам-бойцам и похожи на этаких горячих девушек из плейбоя. Обязательно с большой грудью и скорее всего выделывающие акробатические номера в спальне. После того как она наконец развернула салфетку и положила ее себе на колени, она взглянула на Рида и увидела, что он смотрит на нее в недоумении. Она вздохнула и объяснила: — Ты сказал официанту, что я твоя сестра, потому что не хотел, чтобы твоя безупречная репутация была запятнана свиданием с такой дурнушкой, как я.
Люси могла поклясться, что услышала, что он на самом деле зарычал, и хотя на его лице ничего не отразилось, у нее было впечатление, что она ткнула спящего медведя.
— Давай проясним одну вещь, — сказал он, поставив стакан. — Я не хочу больше ни разу слышать определение «дурнушка» по отношению к тебе. Любой мужчина, включая меня, гордился бы тем, что ты у него есть.
Хотя она понимала, что это была просто защитная реакция, что-то в его голосе заставило ее дрогнуть… пока другая мысль, дурацкая мысль, не подняла свою уродливую голову. Стивен явно не был бы горд.
Как будто прочитав ее мысли, он добавил:
— И скоро твой врач вытащит свою голову из задницы и поймет это тоже. — Он замолчал и быстро разложил салфетку на своих коленях без каких-либо видимых проблем. — Но сейчас тебе нужно бесстыдно пофлиртовать с официантом.