Дневник. Начало (СИ)

А еще меня сегодня ждало очередное потрясение. Оказывается! У меня совсем нет приличной одежды. Вот это новость. А я даже и не знал. Но! Ни в какие магазины мы не пойдем. Вся моя одежда, начиная с нижнего белья, будет сшита на заказ. И как раз сегодня приходил портной (“кутюрье, мон шер, не ошибись”), чтобы снять с меня мерки. Я так понял, что он занимается гардеробом графа Ксавье и считает его магглом. И мне тоже придется соответствовать. Полукровкой я уже был, побуду магглом, мне, в общем-то, не привыкать. Я только и успел договориться с лозой, чтобы она застыла неподвижно на коже, когда объявили о приходе кутюрье.
Высокий, спортивный, одетый во что-то синее и, почему-то, рваное, со странными разноцветными волосами. Он ворвался в комнату, говоря миллион слов в минуту. За ним, едва поспевая, бежала толпа. Видимо, помощники.
Филипп шагнул ему навстречу, протянув руку.
— Шарль, рад тебя видеть.
— Филипп, негодник, куда ты пропал?! Бомонд в расстройстве, дамы не успевают выжимать платочки, мальчики близки к истерике! Так же нельзя, мой дорогой! Где твой протеже?
Он просто фонтанировал энергией, я его испугался, честно. Забился в угол и выглядывал из него с опаской. Меня выволокли из импровизированного убежища и поставили посредине комнаты. Шарль с задумчивым видом ходил вокруг меня, потирая подбородок.
— Ну нет, я так ничего не могу сказать. Мальчики, — он щелкнул пальцами и на меня набросилась пришедшая с ним толпа. Меньше чем за минуту я остался абсолютно голым!
– Ну вот, совсем другое дело! Очаровательно! Филипп, я хочу сделать тебе выговор, как ты мог допустить, чтобы такое тело было спрятано под этим безобразием? – Он махнул рукой в сторону лежащей кучкой на полу одежды. А я все силы тратил на то, что бы стоять прямо, не прикрываясь и не краснея. – Мальчики, уберите это. – Я с тоской смотрел, как юный паренек сгреб мои вещи и утащил куда-то за дверь. У меня появилось предчувствие, что я их больше никогда не увижу. – Филипп, где ты нашел это сокровище? Какая восхитительная невинность и одновременно, прямо-таки, королевская гордость! А татуировка! Божественно! – Шарль протянул руку и провел по лозе от запястья, по всей ее длине до груди задев сосок. Я вздрогнул и все же покраснел. — Просто очаровательно... – Шарль придвинулся ко мне, его голос упал до шепота, и в нем появились мурлыкающие нотки. Лишь усилием воли я не отшатнулся. — Но Филипп наверняка знал, что скрывается под этими омерзительными тряпками.
— Шарль, полегче. Мальчика зовут Северус, маркиз Сонвье. Он сын покойного Тобиаса Снейпа, помнишь такого? И я отвечаю за него. – В голосе Филиппа прозвучала явная угроза.
Я стоял ни жив, ни мертв, а в голове звенело – маркиз Сонвье. Не лорд Снейп, а маркиз Сонвье! Ну Тобиас, ну жучара. И я баран, до сих пор не удосужился завещание просмотреть. И самое главное, Грипкуф не поправил маму, когда она мои титулы перечисляла. Не знал? Что-то сомнительно. Хотя нет. Гоблин маму не поправил, но обратился к ней — миссис Снейп. Я тогда это заметил, но не придал особого значения. Так, галочку в памяти, не забыть спросить!
— Филипп, у меня и в мыслях не было... Это бомба, Филипп! Мальчики, сантиметр, быстрее, у нас много работы.
Когда они, наконец-то, убрались, я уже был близок к истерике.
Филипп принес мне мягкую рубашку и брюки. Все было мне большое, пришлось подворачивать рукава и штанины.
— Ну вот и твое первое испытание, поздравляю, ты справился.
Я смотрел на него с ужасом. Меня била мелкая дрожь. Филипп притянул меня к себе и обнял.
— Ну, ну. Успокойся, малыш. Я не дам тебя в обиду, да ты и сам сможешь за себя постоять. Если ты с достоинством пройдешь через клоаку, называемую высшим светом, будь уверен, тебя уже ничем не удивишь, не напугаешь и любое испытание будет тебе нипочем. А теперь иди в свою комнату, завтра рано вставать.
О, Мерлин, дай мне силы. За что мне все это? Что я такого совершил?»
— Мда.
— Ага.
— Эван Роше, его наставниками были Эван Роше и Филипп Ксавье! А я, идиот, еще удивлялся, как мальчишка–полукровка мог так легко и непринужденно размазать по стенке любого, как словесно, так и физически, — Кингсли всхлипывал. — Ну ладно, я не знал, что он темный, я тогда отключился раньше, чем все прояснилось, а к Альбусу на порку меня не взяли, пожалели, но что у него были учителя, можно же было догадаться и спросить. В лоб–то Северус меня за вопрос не ударил бы. Аврор хренов. — Кингсли опустил голову, явно приноравливаясь постучать ею по трибуне.
  
— Перси, детка, налей председателю водички, не видишь — у человека шок. Перси, я сказала председателю, а не на председателя! Читай уже, дальше.
====== Глава 26 “Танец с саблями” ======
«11 августа 1976 года.
Я решил записать события, произошедшие со мной сегодня, причем очень подробно, слишком уж много впечатлений.
Филипп поднял меня в половине четвертого утра. Или нужно говорить ночью? Не знаю, но после такого режима, я по ночам скоро спать не смогу.
Пока я принимал душ, кто-то разложил на постели одежду. Подозреваю, что Эван приготовил мне ее заранее, а сейчас выдал посредством Филиппа. Это была точная копия его повседневной формы: черная майка, брюки с накладными карманами, ботинки до середины голеней со шнуровкой. Также на кровати лежали трусы в упаковке. А кто-то утверждал, что по магазинам не ходит.
Я быстро оделся и стоял в раздумьи, вертя в руках палочку. Эван довольно быстро объяснил, чем будет заканчиваться для меня забывание ее дома. Как оказалось, подтягивания и отжимания по нескольку сотен раз удивительно действенны против склероза. А как я ее понесу? Закрепить в подаренную Малфоем кобуру на запястье? Так ведь мантии к моему одеянию не предусмотрено. И так татуировкой светить придется. Лозе вчера не понравилось, что я позволил всяким там лапать ее, и я провел несколько неприятных часов перед сном, пока она не успокоилась и перестала колоть меня.
— Доброе утро, Севи. – Граф стоял в проеме открытой двери, прислонившись к косяку спиной. Я даже не услышал, как он вошел. Мы уже давно перешли с моими наставниками на “ты”, я уже и не помню когда, просто перешли и все, видимо, наши отношения вышли тогда на новый уровень. Это была не дружба, нет. Какая может быть дружба у шестнадцатилетнего пацана с двумя взрослыми состоявшимися мужчинами, которые к тому же являются его учителями? Но эта, казалось бы незначительная, деталь давала надежду на будущее. – Думаешь, куда деть палочку? Подожди, я сейчас.
Он стремительно вышел и вернулся буквально через минуту, неся что-то в руках. Это был странного вида ремень с несколькими цепочками и отрезками кожи украшающими его. Я недоуменно уставился на этот необычный предмет гардероба. Филипп приблизился ко мне.
— Позволь надеть его на тебя.
— А почему ты задаешь такие вопросы?
— Я вчера заметил, что прикосновения тебе не нравятся.
— Не мне, лозе не понравилось, что этот Шарль трогал ее. Отрицать не буду, мне тоже было неприятно. Но не бойся, от тебя я не убегу с воплями “Насилуют”! Так что давай, надевай, я все равно понятия не имею, что это такое.
— Твоя лоза – это нечто, — Филипп протянул руку, перехватив ремень, обвил его вокруг моей талии, практически обняв меня, быстро застегнул пряжку и начал укреплять цепочки, заворачивая их. Куски кожи он пока не трогал. – Не обижайся на Шарля, ты ему понравился, а он не привык скрывать своей заинтересованности. В той ситуации косвенно виноват я, мне нужно было сразу представить тебя ему. Так, а теперь немного магии. – Он достал свою палочку, покрутив ее пару секунд в руках, быстро направил на куски кожи, свисающие с ремня почти до колен с двух сторон, и произнес незнакомое мне заклинание. Кожа стала скручиваться, укорачиваясь на глазах, и в итоге получилось что-то в роде ножен, только двусторонних. – Вот так, теперь вставь в одни из них палочку. Отлично, видно только рукоять, ее можно списать на предмет декора. А теперь заполним другие. – И он протянул мне нож, с длинным узким обоюдоострым лезвием и витой узорчатой рукоятью, сделанной из темного дерева. От рукояти моей палочки ее отличало только наличие небольшой двусторонней гарды.