Непокорная жена альфы (СИ)

— Если дом альфы так халтурно сделан, что из всех щелей дует, то что уж говорить о гостевых домиках? Гости стаи будут просто в восторге от нашего гостеприимства.
Даже ее брюзжание было милым. Лайнел уже смирился со своей влюбленностью, которая рисовала жену в ангельских лучах, даже если из прекрасного лба торчали огроменные рога.
— Знаешь, в самом начале я был очень похож на тебя. Невозможный до одури. Что ты мне предлагаешь? Отстроить всю стаю заново? Лучше иди в мои объятия, сразу станет теплей.
Лайнел не стал уточнять, что нетерпимость и взрывоопасность в нем исчезла только тогда, когда в его жизни появилась Хелен. Характер львицы, подстегнутый юношеским максимализмом и обостренным чувством справедливости и ответственности за других, заставил альфу сжать челюсти. Лайнел вовремя понял, что кто-то из них должен унять свое упрямство, а иначе они просто перегрызут друг другу глотки, и никакая связь уз их от этого не спасет. И он как альфа, как старший, как тот, кому это было нужно — взял эту роль на себя.
Хелен скривилась и быстро перевела тему в другое русло.
— Ты подумал над моим предложением? У многих кланов церемония проходит два раза в год, — Хелен выжидающе посмотрела.
Она всегда выглядела так забавно и мило, когда сосредотачивалась и будто готовилась рвануть в бой, отстаивая свои желания. И никогда не просила, хотя это сработало бы быстрее и лучше. Лайнел пока только мог представить это себе, но даже в своей голове уже не мог отказать просящей о чем-либо жене.
— У нас слишком мало львиц, чтобы проводить церемонию два раза в год, — скрыв свою улыбку в глубине чашки, ответил Лайнел.
— Уверена, после этой церемонии их количество в нашем клане возрастет.
Лайнел удивленно вскинул взгляд.
— Что? Хочешь сказать, ты не понимаешь как твое участие отразиться на нашем будущем? — внезапно взъершилась Хелен.
И что в этот раз ее раздражало?
— Родная, что ты хочешь услышать от меня? — спокойно спросил Лайнел, не желая создавать конфликт на пустом месте.
— Стая, где вожак отстаивает на боях своих львиц сам — привлечет многих, у кого есть проблемы с выбором пары. Это же настоящий счастливый билет! Скажи еще, что ты этого не понимаешь! Бесит, знаешь ли, когда так открыто напрашиваются на комплименты! — и жена скрестила руки на груди, возмущенно раздувая крылья носа.
— Давно ты не бесилась по пустякам, — хохотнул Лайнел и встал из-за стола, в пару шагов приблизившись к жене. — Я не думал об этом, когда принимал решение участвовать. Хочешь верь, хочешь нет.
Альфа оттеснил Хелен к столешнице и отрезал ей путь к бегству, положив по бокам от нее свои ладони.
— Меня больше волнует вопрос — ты всегда была такой мерзлячкой? Это странно для оборотня, не находишь?
Лайнел готов был поклясться, что в золотых глазах на секунду промелькнул страх, а после Хелен и вовсе отвернулась. Такое поведение в корне не устраивало, но альфа не чувствовал, что на жену можно сейчас надавить. Поэтому он лишь взял холодные руки в свои ладони и поднес к губам, чтобы согреть их дыханием.
После официального объявления об участии вожака в качестве защитника, стая загудела как разъяренный улей. Большинство львов эту новость приняли с благоговением и трепетом, уважая решение Лайнела. Были, конечно, и те, кому такой расклад пришёлся не по душе, но пока законы стаи оставались не нарушенными — открыто противится вожаку ни у кого не хватило духу.
А затем в стаю начали прибывать львы из других кланов. В основном молодняк, ищущий свою судьбу, но были и довольно взрослые оборотни, которые могли бы стать серьезными противниками в поединках.
На церемонию приглашались все желающие, но были и те, кто прийти не мог. Патрульные, число которых увеличилось на этот период, молодые семьи с малышами и свободные львицы, которые не собирались вставать в пару. Ева, Келли и Лесли, Сара и к удивлению Лайнела — Зои. За нее Лайнел переживал больше всего, ведь на нее претендовал Шейн, и с ним тягаться не проронив ни капли крови на землю было очень трудно. Видимо Ева зря переживала, проев Лайнелу всю плешь о том, что львица с ним сделает, если сестра окажется в лапах этого угрюмого мордоворота.
 
Итого собирались участвовать — Алекс, Аманда, после долгих уговоров Хью, Брук и шесть львиц из семей. Хелен была очень удивлена их количеству и постоянно спрашивала — куда их прятали все это время. Ведь из шести девушек она мельком видела лишь парочку.
Объяснить это было просто. Трое вернулись в стаю накануне церемонии из человеческих городов, где проходили обучение. А оставшиеся в стае были ограничены собственными семьями, не желающими, чтобы их дочери встали в пару раньше времени и с кем попало. Поэтому они помогали в семейных лавках или дома по хозяйству. И, естественно, на охоту им путь был закрыт.
А вот львов, желающих взять львицу в пару оказалось куда больше. Почти два десятка оборотней, готовых показать свою силу и отстоять право на приглянувшуюся пару.
Хелен, увидев эту ораву, напряглась и так взволнованно взметнула взгляд на него, что у Лайнела сердце забилось быстрее. Переживала. Хелен за него переживала и даже не пыталась скрыть своих эмоций.
Альфа ободряюще сжал ее плечо и улыбнулся, слегка подмигнув. Он был в себе уверен и не собирался проигрывать на глазах у своей жены.
Как только присутствующие образовали большое кольцо, Лайнел объявил о начале церемонии. Львы, отобранные для того, чтобы следить за порядком и при необходимости вступить в бой, если сдавшегося соперника продолжают добивать, взревели во всю мощь своих глоток. Львицы в человеческой ипостаси вышли в центр. Увидев на них лишь тонкие шали из газовой ткани, сквозь которые виднелись очертания тел, Хелен поежилась и ткнулась носом в ворот ветровки, недовольно покосившись на Лайнела. Но в отличие от нее, львицы не чувствовали себя некомфортно. У них горели щеки ярким румянцем, но это было скорее от волнения.
Претенденты вышли в круг вслед за ними и рассредоточились, чтобы выказать свою заинтересованность в львице, за которого готовы были биться на поединках. Расклад был почти ожидаемым, за исключением парня, претендующего на Алекс.
Лайнел переглянулся с женой, и было заметно, что она тоже удивлена. На приветственном ужине к Алекс подходили многие, но этого оборотня рядом с ней никто не видел. Это куда более странно, по поведению львицы становилось понятно — она готова принять заинтересованность льва и встать с ним в пару. Алекс сразу же протянула свою руку и вложила ее в ладонь парня. Тот мягко коснулся губами тыльной стороны, не отрывая взгляда от избранницы, а после выпрямился и развернулся, уставившись Лайнелу в глаза.
Уверенный, цепкий взгляд насыщенно синих глаз, росчерк черных густых бровей сведенных к переносице и сама поза, с выпяченной вперед грудью давали понять — он не собирается уходить из Ханта без Алекс.
Насколько Лайнелу было известно, этот оборотень был из далеких западных земель. Это у них было принято отпускать волосы по пояс. И судя по небольшой косичке, спадающей на мощную грудь и оканчивающейся синей бусиной — он являлся вожаком. Что было удивительным, ведь пришел этот лев один, без сопровождения из своей стаи. Похоже он был полностью уверен в себе и своих силах.
Как назло жребий распределивший очередность поединков указал на Алекс последним. А это значило, что с вожаком западных земель Лайнел будет биться в самом конце.
Первыми были два поединка за которыми Лайнел лишь наблюдал. И только один из них закончился победой. Львица сразу же приняла претендента и согласилась встать в пару без проведения охоты. А затем подошла очередь Аманды. На нее претендовал Хью и Норман между которыми завязался поединок. Лайнел давно не видел, чтобы друг так рьяно сражался со львом в два раза крупнее его самого. Но меньшие габариты прибавляли ему маневренности и Хьюго смог достать когтистой лапой и рассечь Норману ухо, с которого сразу же побежал ручеек крови, окрашивая центр поляны в алый цвет. И сколько бы Норман не скалился, не рычал брызгая слюной и пеной — это была победа.