Возвращение клана (СИ)

К моему удивлению, высокие, в три человеческих роста двери ведущие на средний уровень зрительских мест, оказались закрыты и даже не пошевелились когда я со всей дури врезал по ним ногой, что вполне могло сорвать любой обычный замок. Удар же «Мисахикой», в которую я не пожалел вложить живицы, вызвал только непонятную рябь на поверхности дерева, да оставил на полотнище несколько неаккуратных царапин.
— Барьер! — ахнула Громова, которую мне пришлось опустить на землю. — Кто-то запечатал их глифическим барьером!
Не тратя время на разговоры и обсуждения я схватив девушку за руку потянул её к лестнице, ведущей в зимний сад, в галерее на первом этаже гостиницы «Астралѣ», но и там, пусть и небыло никаких дверей, ситуация повторилось, потому как мы буквально носом уткнулись в в едва заметную из-за ряби и отблесков световиков но от этого не менее несокрушимую плёнку некой живицы. Хельга первой заметила относительно небольшие металлические пластинки с выгравированными на них печатями и глифами, прикреплённые к стене за преградой, но рассматривать их у нас просто не было времени.
С лестницы ведущей на улицу, в фойе концертного зала, хлынул целый поток тех самых «подозрительных личностей» которых мы раньше срисовали ещё у остановки паровиков. Причём они были вооружены кто чем, распалены до невменяемости в глазах и явно жаждали крови.
Так барышне в голубеньком платье, которая брошенная её кавалером, просто сидела на полу и кажется от шока не очень понимала где она и что происходит, практически с ходу снесли голову с плеч тяжёлым самопальным мечом сделанным их стальной полосы заточенной с одного края. Парня же который стоя ан карачках пытался оправиться от падения со ступеней, после чего по нему ещё и пробежалось несколько людей, сейчас толпа истерически забивала палками и дубинками, несмотря даже на то, что он умер уже после первого же сильного удара по голове тут же проломившего ему череп.
И это были далеко не самые кровавые сцены, которыми буквально заполнилось всё помещение фойе уже спустя буквально несколько несколько минут. Нападавшие, стаей люто-волков набрасывались на очередную пойманную жертву, выволакивая людей из укрытий и жестоко избивали их, если конечно до этого, кто-нибудь особо ретивый не располосовал их от шеи до паха, как то случилось с вообще уж ни в чём не повинной гардеробщицей.
— В кафетерий! Быстро! — рявкнул я, вновь хватая за руку Хельгу, в ужасе наблюдавшую за происходящим. — На кухне обязательно должен быть ещё один выход!
Нет, я вовсе не боялся простецов, пусть даже вооружённых, разъярённых и нападающих толпой. Однако моей первоочередной задачей, было обезопасить мою девушку! А не бросаться грудью защищать незнакомых людей, которые может быть и не заслужили того, что с с ними вытворяли эти изверги, но за сегодняшний день произвели на меня не самое лучшее впечатление.
Почти у самой двери ведущий в обитель пирожных и прочих сладостей, мы наткнулись на двоих студентов морозовки, один их которых сидел, тяжело привалившись к стене, а его спутница, хлопотала над его колотой раной, пришедшейся чуть ниже сердца и уже успевшей залить кровью весь живот его мундира. Неподалёку от них, в беспорядке лежал труп одной из служащих концертного зала с проломленной ударом кулака грудью, но всё ещё сжимавшей окровавленный нож столового вида в побелевших и сведённых предсмертной судорогой пальцах.
Услышав нас, девушка вскочила на ноги, тут же заслоняя своего раненного товарища и напряглась, приготовившись защищаться. Впрочем, увидев форменные одежды Тимирязевской Академии, немного расслабилась, но всё-равно подозрительно следила за каждым движение.
— Что здесь произошло? — с ходу спросил я, демонстративно не обращая внимания на напряжённую чародейку, однако при необходимости готовый защитить Хельгу в случае внезапный атаки.
— Бажов, Громова? Хельга это ты?! — как-то глупо моргнув спросила студентка морозовки, на груди которой красовалась клановая тамга Земельских, после чего вдруг заревела.
 
— Яночка… — ахнула моя девушка и вырвав свою ладошку из её руки тут же обняла свою явно знакомую, если не подругу, тщетно пытаясь её успокоить.
Именно этот момент выбрали четверо простецов, вооружённых кто чем, чтобы ворваться в коридор ведущий к кафетерию. Чтобы их тут же разметало и частично сожгло взрывом выпущенного мною огненного шара, что наверное было не самой удачной идеей, потому как изумрудного пламя тут же начало лизать обшитые пластиком стены, которые за пузырились и потекли испуская дым с отвратительным запахом.
Не желая задохнуться или тем паче отравиться незнамо чем от горящего материала приравненного по весу к золоту, я на мгновение сконцентрировался и выпустил по полу в сторону быстро набирающего силу пожара полосу зелёного огня своего «эго». А так как живица в набирающем силу пламени, всё ещё была моей, путь теперь и не подчиняющейся мне лично, потушить его восстановив подобным образом контроль было легче лёгкого. После чего, видя что с девушкой разговаривать сейчас бесполезно, опустился на колено рядом с её раненным парнем.
Он находился в сознании, хоть и был бледным от потери крови, а так же тяжело дышал, в то время как кровь пузырилась на его губах, что говорило о пробитом лёгком. Однако, это не снимало вопросов о том, как именно простая женщина вообще смогла кухонным ножом нанести пусть молодому, но всё же чародею подобную рану. Ведь благодаря живице, мы были быстрее и крепче нежели протецы…
— Ты можешь говорить?
— Да… — прохрипел морозовец, судя по клановому символу в виде капельки с закрученной снузу спиралькой из Дождевых, после чего тут же закашлялся кровью, после чего в свою очередь с прищуром посмотрел на мою клановую тамгу.
— Что произошло? — задал я следующий вопрос, одновременно внимательно следя за коридором ведущим в фойе вопли и полные боли крики откуда становились всё громче и громче.
— Эта… сучка, — он мотнул головой в сторону трупа, на эмоциях даже сплюнув вязкой красной слюной. — Подошла к нам после концерта… И сказала, что, что-то не так с нашими билетами и администрация предполагает, что мы приобрели их у перекупщиков, а потому нам следует пройти с ней к директору и уладить этот вопрос.
— И…
— И здесь она напала на меня, когда Янка выбежала вперёд, и зашла в кафетерий… — ответил он опять закашлялся, после чего объяснил не дожидаясь моего вопроса. — Там должен был быть наследник Боровой, который и помог нам приобрести у Морозовых эти треклятые билеты. Он на кутёж со своими приятелями остался… Бажов, я никогда в жизни не видел чтобы кто либо не являясь вообще одарённым двигался так быстро и вообще был таким сильным. Я… едва едва успел среагировать и только поэтому удар не пришёлся мне прямо в сердце. Не понимаю, как такое вообще может быть… Эта и Янку то потом почти достала, но она у меня куда как лучше в рукопашной нежели я.
«Кажется я где-то слышал о простецах способных победить чародея… — пронеслась у меня в голове мысль, а затем я вдруг вспомнил. — Точно! Наш физ-рук МакПрохор в школе, когда начал учить меня стилю „Шао-ляо“, или как-то так, рассказывал что таких уникумов готовят в одноимённом монастыре где-то на востоке. Вот только откуда бы им здесь взяться»?
Из фойе в наш коридор ворвалось сразу человек десять, но я даже среагировать не успел, когда девушки на пару буквально засыпали их дождём из метательных ножей. После чего недобитку который умудрился вырваться вперёд, Хельга прямо с двадцати метров своим клановым «эго» свернула голову, раскрошив шейные позвонки, нанеся прямо по воздуху перед собой прямой удар раскрытой ладонью.
 
Он ещё кувыркался в воздухе, когда появились новые нападающие и тут же были попали под разрыв массивного бетонного ядра. Которое повинуясь чарам быстро наложенным Земельской словно выставленное из пушки, вырвалось из ближайшей стены, оставив за собой развороченную обшивку и огромную рытвину.
— Яна говорит, — произнесла подошедшая ко мне Хельга, которая была неестественно бледна и чья лёгшая на моё плечо рука чуть подрагивала, — что в кафетерии все мертвы…