Время наточить ножи, Кенджи-сан! 4 (СИ)

Мы окружили девушку, аккуратно оттесняя её в сторону, подальше от любопытных глаз. Я знал, что она может закричать, поэтому действовал быстро.
— Только без глупостей, — сказал я, глядя ей прямо в глаза.
— Я закричу! — угрожающе прошипела Саюри. Она походила на загнанного в угол зверя.
— Если ты это сделаешь, то привлечешь сюда полицию. Думаю, им будет интересно узнать, как ты подмешала яд в еду господина Ямато.
Она замерла, лицо побледнело, и она опустила взгляд. Я видел, как её уверенность тает на глазах. Она явно понимала, что в данной ситуации её шансы минимальны.
— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — выдавила она, но её голос звучал слабо, неуверенно.
— Да, понимаю, — ответил я, подступая ближе. — Я видел тебя на записи с камер наблюдения в «Золотом Драконе». Ты была в тот день на кухне. Ты всё подстроила.
Её глаза округлились, а губы дрогнули. Я почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает.
— Я ничего не сделала! — выпалила она, хотя её голос уже не звучал так уверенно.
— Думаю, сейчас отрицать очевидное — это самое глупое, что ты сейчас можешь сделать, — сказал я, обращая внимание на её реакцию. — Ты должна нам помочь. В противном случае, все твои попытки скрыться лишь ухудшат твою ситуацию.
Она посмотрела на меня, в её глазах мелькнул страх. Я знал, что именно этого мне и нужно — заставить её почувствовать, что у неё нет выбора.
— Я… я просто исполняла приказы, — наконец произнесла Саюри, её голос дрожал. — Рен сказала, что всё будет в порядке. Я не хотела никому ничего плохого!
Волк не выдержал, злобно рассмеялся.
— Ты не хотела никому ничего плохо, но при этом подсыпала яд?
Саюри всхлипнула.
— Послушай, — сказал я, чтобы отвлечь ее. — Ты должна рассказать нам все, что знаешь.
Глаза Саюри метались от страха к растерянности. Мы с Волком окружили её, и она уже не могла убежать. С каждой секундой, когда она молчала, моё терпение истощалось. Я знал, что у неё есть информация, но она продолжала упираться.
— Я ничего не знаю! — повторила она, и в голосе слышались дрожащие нотки.
Я сжал кулаки, пытаясь удержать себя в руках.
— Саюри, скажи нам правду! Что тебе дала Рен? Какой яд ты подмешивала?
Её лицо исказилось от слёз.
— Она дала мне белый порошок и сказала подмешать его в еду! — её голос сорвался, и я почувствовал, как мой гнев готов вот-вот дать богатый урожай. — Рен обещала миллион иен. Часть денег уже отдала… — Саюри кивнула на сумку, которая лежала у неё под рукой.
Мой разум кипел. Мысли о господине Ямато, о его жизни, висели у меня на плечах, как груз.
— Что за яд? — выпалил я, уже не в силах сдерживать эмоции.
Она покачала головой, слёзы текли по её щекам, и мне стало её жалко, но я знал, что жалость сейчас неуместна. — Я не знаю, я не знаю! — закричала она. — Я просто сделала то, что мне сказали!
Волк, стоящий рядом, бросил на неё испытующий взгляд.
— Саюри, если ты не скажешь нам, что именно ты подмешивала, твоя жизнь может оказаться в опасности. Ты же понимаешь, что это не просто игра?
Она вдруг замерла, будто осознала всю серьёзность ситуации.
— Я… я просто хотела помочь родителям, — прошептала она, накрыв лицо руками. — Я не думала, что это приведёт к таким последствиям.
В этом моменте я почувствовал, что она действительно напугана, но в то же время не мог позволить себе отступить.
— Скажи нам, где найти Рен, и что она планировала. Это может спасти жизнь Ямато.
Саюри всхлипнула, глядя на нас с безнадежностью.
— Я не знаю название. Честно не знаю. Она не сказала.
— А упаковка? — произнес Волк. — У тебя осталась упаковка от яда?
— Нет, — покачала головой девушка. — Я выбросила ее. Контейнер уже увезли.
— Черт! — выдохнул я.
Неужели это все? Последняя ниточка порвана? Я готов был метать молнии.
Но вдруг Саюри замерла, как будто что-то осенило её. Её глаза расширились, и я почувствовал, что в её голове всплывает воспоминание.
— Подождите! — произнесла она, пытаясь собрать мысли. — Когда я разговаривала с Рен, ей позвонили. Я запомнила, как она обратилась к кому-то по кличке… Самурай. И она потом еще назвала имя — Аки.
  
Я напрягся. Это была зацепка, которая могла привести нас к важной информации. Волк посмотрел на меня с пониманием.
— Аки… Это может быть кто-то из её окружения, кто ей помогает, — произнес я, обдумывая. — Но кто такой Самурай? И какое отношение он имеет к Рен?
Саюри наклонила голову, её взгляд стал более сосредоточенным.
— Я не знаю, — призналась она. — Но Рен говорила с ним о планах. Она выглядела взволнованной, будто ожидала чего-то важного.
Моё сердце забилось быстрее. Это могло быть ключом к тому, как Рен планировала расправиться с Ямато. Если у неё есть союзники, нам нужно было выяснить, кто они.
— Ты уверена, что это именно тот разговор, который ты слышала? — спросил я, пытаясь убедиться в её словах.
Саюри кивнула, её голос стал более уверенным.
— Да, я точно помню. Она говорила о каком-то деле, которое должно было состояться в ближайшее время.
Я обменялся взглядами с Волком. Это была возможность. Если мы сможем выяснить, кто такой Самурай и что он замышляет, возможно, сможем предотвратить беду.
— Хорошо, — сказал я, пытаясь сохранить спокойствие. — Нам нужно будет проверить эти контакты. Мы не можем позволить Рен получить то, что она хочет.
Саюри сжала губы, и я заметил, как её выражение лица изменилось.
— Пожалуйста, не делайте мне ничего плохого, — произнесла она, её голос дрожал. — Я просто хотела помочь.
— Ты должна понимать, что отпустить мы тебя не можем. Поедешь с нами.
— Только не в полицию! — взмолилась девушка.
— Там решим, — махнул рукой я.
И обратился к Волку:
— Тебе знакома эта кличка?
— Самурай Аки? — задумчиво произнес тот. — Я знаю только одно человека с таким прозвищем. И боюсь, он тебе не понравится. Это один из главарей ячейки якудза. Кстати, он известен тем, что торгует различной запрещенкой на черном рынке.
— Так это он и продал Рен яд! — осенило меня.
— Думаешь? — с сомнением спросил Волк.
— Уверен! Пошли в машину. Поедем к этому самому Самураю.
— Кенджи, постой. Ты не понимаешь! Нельзя просто так явиться к Самураю и начать у него что-то выяснять. Это не тот человек…
— Мне плевать, — честно признался я. — Если боишься, то прихвати с собой ребят.
Эти слова задели Волка, он встрепенулся, но сдержался в последний момент. Мы сели в машину и двинули по ночному Токио.
* * *
Рен сидела в уютном номере отеля, обитого мягкими бежевыми тонами. В руках у неё был бокал красного вина, и она наслаждалась каждым глотком, ощущая, как алкоголь расслабляет её. Она опустила взгляд на красивую этикетку и улыбнулась, представляя, как скоро её отец сдастся и переведёт ей те заветные 30 миллиардов иен. Мысль об этом придавала ей уверенности.
Сейчас, когда она была так близка к своей цели, Рен не могла сдержать удовлетворённой улыбки. Её план продвигался идеально: она расставила все фигурки на своей шахматной доске. Она обдумала каждую деталь, каждый шаг, который привёл её к этому моменту. Удовлетворение от мыслей о будущем и о том, как её мечты осуществятся, наполняло её.
И вроде бы все было идеально, но…
Неприятная мысль не давала покоя. А что, если отец не пойдет на её условие? Эта идея вызвала в ней тревогу. Что, если он просто не сделает перевода? Самоубийственно и глупо, но и такой возможности отметать не стоит. Отец порой выдавал такие нестандартные ходы, что диву даешься. А тут… Ничего нельзя отметать.
Она кинула бокал на стол, и вино разлилось по поверхности, как её нервы, натянутые до предела. Если Ямато умрет, ей ничего не останется.
Рен вскочила с места, и её легкие туфли тихо звякнули об пол, когда она начала нервно ходить из угла в угол.
«Что, если он примет решение, которое я даже не принимаю в расчет?»