За это я тебя и ненавижу (СИ)
— Тетя Зоя отправила меня за тарелками. — заметив мое приближение, проговорил мужчина. — У вас есть тарелки?
— Нет, предпочитаю есть из кастрюль. — ответила максимально серьезно, наблюдая за реакцией босса.
Кажется, он мне не поверил, а зря, я бы вот не удивилась, узнав, что человек с зелеными сопливыми волосами еще и ест из кастрюль, а пьет, например, из дуршлага. Пришлось вздохнуть и открыть соседний шкафчик, достать три десертных тарелки и протянуть их начальнику.
— Я принесу остальное. — проговорила, набирая воду.
— Как ваш чайник? — уже на выходе из кухни спросил босс.
— Прекрасно. — улыбнулась в ответ и для убедительности демонстративно помахала этим самым чайником. Мы ведь действительно о чайнике сейчас говорим?
Назвать наши посиделки душевными было сложно. Хотя нет, тетя Зоя все-таки наслаждалась, причем ее абсолютно не смущало кислое лицо Ильи Владимировича, который, видимо, мечтал поскорей оказаться дома, и примерно такое же жизнерадостное мое лицо. В принципе, в этот момент наши мечты с боссом, наверное, были одинаковыми. Я тоже жаждала, чтобы он поскорей оказался дома.
Однако на пару фраз босс все-таки сподобился. Редко, как говорится, но метко. Уже стоя в коридоре, ожидая, пока тетя Зоя обуется, мужчина проговорил:
— У вас много фотографий.
Очень наблюдательно…
В ответ пожала плечами, однако начальника такое окончание диалога, видимо, не устроило. Он подошел к стене и посмотрел на висящий на нем снимок в рамке:
— Это ваши родители?
Опасаясь реакции бабушкиной подруги, быстро взглянула на женщину, молясь, чтобы она просто молча обулась и начала прощаться. Только тоскливых взглядов полных печали мне сейчас не хватало.
— Да, родители. — ответила коротко.
— Вы на маму очень похожи.
— Спасибо, я знаю.
К счастью, небеса были милосердны (ну да, после всего того количества неудач, которые свалились на мою голову за сегодня, не слишком уместно говорить о милосердии), тетя Зоя улыбнулась мне, поблагодарила за чай, я в свою очередь произнесла ответственную благодарственную речь за блинчики, после чего визит, наконец, можно было считать завершенным.
Я выдохнула с облегчением, закрыв за нежданными гостями дверь, после чего оперлась о стену и начала считать. На ста (этого времени должно хватить для того, чтобы выйти из подъезда), взяла телефон, ключи, сунула ноги в тапки, вышла на площадку и направилась к квартире напротив.
И вновь мне повезло, моя соседка (по совместительству парикмахер) оказалась дома.
— Анька?
— Привет, Кир, дело есть.
В тот момент, когда я стянула с головы полотенце, на лице девушки отразилось… Да фиг его знает, что там отразилось, я сомневаюсь, что у этой эмоции вообще есть название, поэтому поспешила добавить:
— Это не заразно… Надеюсь.
— Ань, это что за хрень?
— Если бы я знала, что это за хрень, и как с ней бороться, то не решилась бы пугать тебя. А так, исходя из того, что я стою тут вся такая красивая и готовая умолять о помощи…
— Очешуеть… — авторитетно протянула соседка, подойдя ближе.
— Ты ведь сможешь с этим что-то сделать? Ну утешь меня, пожа-а-а-алуйста!
Глава 5
Моя соседка — ведьма! Хотя нет, ведьмы же злые, наверное… Просто, понимаете, у меня не такой большой опыт общения с ними. Кира все-таки добрая волшебница, которая смогла сделать невозможное — вернуть мои волосы с того света.
Конечно, для выполнения столь серьезного задания у нее ушло много ресурсов. Пара флаконов зелья (игристого полусладкого), очень много различных порошочков (на тысячу двести рублей по дружескому тарифу) и пачка краски (цену не помню, я готова была рыдать), однако результат стоил всех нервов, денег и даже выкинутой к чертовой бабушке коробки с масочками.
Да, теперь болела голова, да, мое лицо нельзя было назвать образцом свежести, но волосы… Кажется, сейчас я бы с уверенностью могла бы присудить себе титул обладательницы самых шелковистых и блестящих локонов в городе, да что там в городе, в области!
Мне пришлось расстаться со ставшим уже привычным русым цветом волос и променять его на тон темнее. Если бы кто-нибудь раньше рассказал мне о том, что смена оттенка сможет столь значительно отразиться на внешнем виде — расцеловала бы! Честно… Ну, может, не слишком честно. Но поблагодарила бы, это точно.
Так или иначе, даже несмотря на парочку дятлов, поселившихся в голове, я не могла назвать свое настроение отвратительным. Завтра так оно вообще прелестным станет. Дело за малым — всего-то дожить до завтра…
Машина Ильи Владимировича, припаркованная перед подъездом сегодня меня даже не смутила. Тетю Зою теперь хрен что остановит в своих попытках нас свести, надо бы рассказать об этом начальнику, он все-таки успешный бизнесмен и все в таком духе, должен знать, как бороться с провинциальными старушками, накрепко вбившими что-то себе в голову. Именно поэтому, пока не забыла (или пока дятлы эту, безусловно, умную мысль из головы не выдолбили), решила сразу сообщить о своих наблюдениях:
— Тетя Зоя хочет, чтобы мы поженились и нарожали детей.
— И вам доброе утро, Анна Львовна.
— Ага, и завели котов. — нет, что-то свои силы я как-то переоценила, все волосатая эйфория виновата. Стоило только открыть рот, мысли тут же начали разбегаться, подобно тараканам. Где мой тапочек?!
— Я заметил.
— Так и знала, что вы чертовски проницательны. — что я несу?
Интересно, это уже похмелье или меня еще не отпустило?
У-у-у… Если второй вариант, то дела совсем плохи. Ладно, минимум диалогов, максимум сосредоточенного вида и серьезного лица.
— Ладно, раз уж теперь мы и до работы добираемся вместе, может, пока обсудим пару вопросов?
Да блин, он издевается?
— Конечно, давайте.
Так, главное сейчас смотреть на горизонт и не делать резких движений…
— Мероприятие проведем за мой счет, фиксировать нигде не нужно, сегодня я выдам вам деньги, из нерешенных остался только вопрос алкоголя.
Нет, точно издевается!
— Хорошо, я все сделаю. Решу, определю… Да.
«Только не надо про алкоголь!» — это я уже про себя.
— Анна Львовна, с вами все в порядке? — учтиво уточнил босс. Или не учтиво, просто понял по моему зеленоватому лицу, что салон его машины в опасности…
— Да, просто голова побаливает, давайте на работе побеседуем. — проговорила скомкано, но потом все-таки добавила. — Если можно.
— Да, конечно. — мужчина кивнул и вновь вернул взгляд к дороге. — Может, в больницу?
Ага, в вытрезвитель.
— Нет, спасибо, мне уже лучше.
Про лучше я, конечно, врала, но не говорить же начальнику правду.
Начальник этот, кстати, проявил милосердие, действительно прекратил разговор и позволил доехать молча, кажется, я даже подремать пару минут успела, потому что, едва закрыв глаза для того, чтобы моргнуть, на перекрестке, я открыла их уже в цеху.
Чашка кофе и стакан воды сделали свое благое дело, буквально через полчаса после начала рабочего дня я почувствовала себя значительно лучше. Прямо настолько лучше, чтобы связаться с Ильей Владимировичем через переговорное устройство (а как иначе) и сообщить, что я готова обсудить все важные вопросы.
Правда уже в кабинете поняла, что разговор об алкоголе можно вообще убрать за ненадобностью. Самогон Аристарховича, мужа нашей технички (с легкой руки Ильи Владимировича с приставкой бывшей) котируется в городе куда выше каких-нибудь там элитных виски и коньяков. Поэтому, коротко сообщив боссу о том, что с напитками все уже улажено, перешла к следующему вопросу.
— Вы о чем-то еще хотели поговорить?
— Хотел. — босс оторвал взгляд от бумаг, которыми был занят до этого момента, и посмотрел мне в глаза. — Мне нужно будет уехать на пару дней.
— Ладно. — проговорила равнодушно, вроде, даже без радости, совесть моя чиста.
— Это деловая поездка. — зачем-то продолжил мужчина. — Международная выставка-презентация, которая по счастливой случайности в этом году проходит относительно недалеко отсюда.