Эльфийка и охотник: Дело Аптекаря (СИ)

— Не может быть! — Мариэль ахнула и закрыла ладошками рот. — Король в курсе, что убивают эльфов? Но он же сам был влюблен в одну… эм-м-м.
— Мариэль, продолжай. Ты хотела сказать эльфийку? Да все так, но это было много лет назад и он, скорее всего, уже забыл о той любви. Но могу тебе сказать одно — из всей этой вшивой семейки, да простит меня Господь, — Кистон похлопал себя по губам, — один лишь Виктор всегда был против убийства эльфов. Да только ему никто не верил и не слышал.
Хуббард поднялся и взял слово, заранее попросив прощения у отца.
— Бороться против королевской семьи мы не могли, поэтому, когда я узнал от папы, что происходит, пошёл к Виктору. Естественно, он мне сначала не поверил. И мы даже подрались. — Усмехнувшись и машинально потерев когда-то ушибленную ключицу, продолжил. — Я, конечно, победил и положил его на лопатки.
— Да, конечно! — Хором воскликнули все присутствующие и засмеялись.
— Ладно, ладно, у нас была ничья. В общем, он, в конце концов, поверил словам моего отца Кистона. После разговора Виктор был в шоке и на какое-то время ушёл в лес. Он был очень зол на отца и мать. На всю семью. Думаю, именно тогда, он и встретил тебя, Мариэль.
— Меня? Но когда мы первый раз с ним увиделись, он охотился на Мамондиков. Разве не за этим Виктор пришёл в лес?
— Ему нужно было скинуть с себя все зло и горе, накопившееся в нем. Думаю, твой зверёк просто попал под горячую руку принца. А ещё он первый раз увидел настоящую эльфийку. До этого были только разговоры и слухи. Ты была как сочный персик, красивая, молодая и очень аппетитная.
— Хуббард, заткнись, что ты несёшь? — Кистон влепил подзатыльник сыну-оболтусу.
— Ай, больно! — Схватившись за ушибленное место, парень промямлил. — Это не мои слова, Виктор так говорил. Если честно, порядком поднадоел.
Мариэль почувствовала жар на щеках, который растекся по шее и спустился на грудь. Стало тяжело дышать, эльфийка вздохнула и медленно расплылась в улыбке. Она все больше убеждалась, что Виктор к ней испытывал какие-то чувства. Но мысли о Сесиль, внезапно ворвавшиеся в голову, обдали холодным осенним дождём. Улыбка погасла и в душе поселилась тревога.
— А что было дальше, когда Виктор вам поверил? — Мариэль посмотрела на Кистона, стоявшего рядом с сыном.
— Мы собрали команду. Естественно, не впутывая в это дело Виктора. — Обведя взглядом присутствующих, Кистон сел за стол и взял карандаш в руки. — Пока кое-кто не открыл рот и не рассказал нашу тайну принцу. Да, сынок?
— Неужели, вы думали, что Виктор не поможет вам? Почему скрывали это от него? — Мариэль удивленно посмотрела на старика.
— Он из королевской семьи, да и к тому же наследный принц. Если люди узнают, во что он взялся, дело может закончиться плохо.
— Но это же его семья уничтожала эльфиек. Он, наоборот, хотел этому помешать. Неужели люди не поверили бы ему?
— Думаю, нет. Половина сидящих здесь людей, до конца не хотели включать Виктора в команду, не веря в его искренность и надежду на успех.
Мужчины опустили глаза в пол и что-то забормотали.
— Ладно, это в прошлом. Сейчас у нас есть дело поважнее. Прошу всех обратить внимание на карту.
Кистон начал обрисовывать ранее отмеченные кружки с номерами домов и улиц.
— Вот эти места, мы уже проверили и Виктора не нашли. Это склады Аптекаря. Нам нужно сосредоточиться и понять, где они могут его прятать?
— Мариэль, что ты думаешь? — Аярис с надеждой посмотрел на эльфийку. — Что подсказывает твоё эльфийское сердце?
— Хм… я не знаю, мне нужно ещё раз связаться со своими друзьями.
Закрыв глаза, Мариэль подумала о Жмуне и мысленно попросила его ответить. Тишина в голове угнетала, но за столом шли шумные разговоры о местонахождении принца и мешали ей сосредоточиться.
— Здесь нечем дышать и очень громко, я выйду на улицу. Там должно получиться.
Поднявшись, Мариэль накинула капюшон и через мгновение стояла рядом с закрытой Аптекой, где когда-то покупала поддельные лекарства для себя и Лариэль.
— Жмунь, где тебя носит, маленький колючка? Мне нужна твоя помощь.
 
— Мариэль, моя дорогая! — Пропищал знакомый голос в голове. — Я весь внимание.
— Ты нужен мне в городе… и твои друзья тоже. Мы не справляемся.
— Я так и знал. Но, как же я оставлю свою любовь Эдолину? Она без меня не сможет.
— Переживёт! Ты же ненадолго. Приходите сегодня вечер к королевским воротам. Перед тем как они закроются, вы должны проскользнуть через щель. Пока я буду отвлекать королевских стражников, вы войдёте.
— Принято. Жди нас перед самым заходом солнца. — Мамондик отключился, и в голове снова возникла тишина.
Никак не привыкнув к внезапному молчанию, Мариэль зажмурилась и почувствовала движение за спиной. Резко обернувшись, она ахнула и закрыла рукой рот.
— Удивительная вещь, наша жизнь. Вот кого я не ожидал здесь увидеть, так это тебя!!
  
Глава 17
 
Погода в этот час была омерзительной. Казалось, тучи намеренно сгустили свои самые мрачные краски над столицей, только чтобы наглядно показать Виктору одиночество и страдание по Мариэль.
Небо, а с ним и всё остальное, должно было вот-вот разразиться громом и, как и полагается, его слепящие молнии сверкали яркими всполохами.
Створка над потолком натужно поскрипывала, впуская холодный воздух в подвал. Дождь заливал стены и пол, оставляя неприятные лужи, в которых отражалась вся тоска Виктора.
Принц подошёл к окну, взглянул на бурлящее тучами небо, молниеносно зажег старый огарок свечи и не успел опомниться, как ногой задел что-то тяжелое. Наклонившись, нащупал стеклянную емкость, похожую на бутылку. Поднеся свечу к разорванной этикетке, узнал знакомый рисунок. Но как эта бутылка здесь оказалась?
Выдержанный эльфтвейн домашнего разлива. Выдернув пробку, он взболтал содержимое и опрокинул себе в горло.
— То, что нужно! Самый сок. Словно бабка Мариэль гнала виноградный эльфтвейн для нуждающихся. Ох, Мариэль, где же ты сейчас? Вернулась домой или еще в пути? А я тут сижу, как пень старый. И даже не представляю, как можно выбраться из этой подземной тюрьмы. Вот полюбуйтесь люди добрые, — Виктор обошел темницу и руками обвел помещение, — даже разговариваю сам с собой. Куда я качусь? Так недолго и крышу потерять. Пускай она малость дырявая, и шифер там уложен кривовато, но это же моя крыша.
Услышав хрюканье над головой, Виктор посмотрел наверх и увидел необычное зрелище. На старой створке висел на одном хоботке Мамондик Жмунь. Мокрая шкура его была отвратительного мышиного цвета, с которой на пол падали холодные капли. Перебирая в воздухе лапками, звереныш пытался ухватиться за початую бутылку эльфтвейна. Неважно, что она была крепко зажата в руках у Виктора, усердию Жмуня можно было позавидовать.
— Не может быть! — Усмехнулся принц. — Последний раз мы виделись, когда ты схватил бутылку эльфийского пойла и со злобной ухмылкой скрылся в ветвях деревьях.
— Не было такого! — пискнул Жмунь и мягко приземлился на пол. Стряхнув с себя капли дождя, Мамондик взобрался на стол и стал сушить шкуру у зажженной свечи. Жалостливо взглянув на принца, Жмунь протянул лапки к заветной бутылке.
— Только если ты мне расскажешь, что с Мариэль. — Увидев отчаянное кивание головой, Виктор протянул бутылку Мамондику. — Кстати, а как ты нашел меня?
Сделав несколько глотков, Жмунь смачно икнул и с грохотом пушечного ядра, опустился игольчатым задом на стол.
— По запаху. Мой хобот на удивление хорош. Аромат эльфтвейна чует за несколько километров. — Погладив хобот, Жмунь оглядел темницу и присвистнул. — Ничего себе, как тебя! А, кстати, с Мариэль все нормально. Да… только ее похитили. Вот! Это мне сообщил твой пес Илот.
— Что? Не может быть?
— Вот также и Мариэль отреагировала, когда я сказал ей о твоей казни. Ох, уж эти собаки, совершенно ненадежные вестники.
— Ее похитили? Но кто? Когда? — Виктор сделал еще глоток, понимая, что наверно это было зря. Эльфийский напиток был на удивление крепок и уже хорошенько ударил ему по мозгам.