Дело по обвинению. Остров Медвежий

– Что же он на это ответил?
– Что никакой клуб ему не нужен. Сказал, что если мы еще раз решим его избить, то нам лучше будет просто убить его сразу. Потому что, если мы его не убьем, а только отправим в больницу, то как только он оттуда выйдет, убьет первого же «альбатроса», которого встретит на улице. И знаете – я ему поверил. И рассказал обо всем Доминику – президенту клуба. Доминик сказал, что это стоящий парень. И не велел его трогать. Так что с тех пор мы его оставили в покое. И, как я уже говорил, Дэнни много раз дрался на нашей стороне. На него можно положиться.
– Таким образом, строго говоря, он действительно не «альбатрос».
– Пожалуй.
– Так почему же вечером десятого июля он оказался в обществе двух «альбатросов»?
– А уж это вы лучше спросите его, мистер Белл, – ответил Дьябло. – Об этом никто, кроме него, знать не может.
– Вот как! Что ж, спасибо. – Хэнк встал.
– Разве вы не дождетесь кофе? – спросил Дьябло. – Ведь я заказал кофе, мистер Белл!
– Нет, спасибо, мне надо вернуться на службу.
– Настоящий парень этот Дэнни, – сказал Дьябло. – Двенадцать человек нас было и избили мы его тогда до полусмерти. Двенадцать! А били мы бутылками и бог знает чем. Много вы можете назвать людей, которые выдержат, если двенадцать человек будут бить их бутылками?
– Не много, – согласился Хэнк.
– Подумайте об этом, мистер Белл. Тут есть чего испугаться! Двенадцать человек с бутылками! Обязательно подумайте.
– Подумаю.
– Подумайте и о том, что эти трое ни в чем не виноваты. Об этом вам стоит подумать.
– Вот как?
– Да. – Дьябло помолчал и улыбнулся. – Жалко, что вы не можете дождаться кофе, мистер Белл! Мы так хорошо поговорили! Ну прямо как я с Дэнни в тот день, когда угостил его горячим шоколадом. Я вам рассказывал об этом, мистер Белл, правда? О том, как я угостил его шоколадом? И о том, как потом двенадцать человек избили его в тот же вечер? – Улыбка Дьябло стала шире. – Тут есть чего испугаться!
Их взгляды встретились. Хэнк ничего не сказал и неторопливо вышел из кондитерской. Вслед ему, все еще улыбаясь, Дьябло проговорил:
– Мы еще увидимся, мистер Белл!
  
Глава 6
 
Не успел Хэнк вернуться, как к нему в кабинет вошел Холмс.
– Как дела?
– Прекрасно, – сказал Хэнк.
– У меня есть для вас кое-что интересное. Хотите послушать?
– Конечно. Кстати, вы уже завтракали?
– Нет. Вы пойдете куда-нибудь, или перекусим тут?
– Я бы просто съел бутерброд прямо в кабинете. Вон там, в ящике, меню.
Пока Хэнк снимал пиджак, закатывал рукава рубашки и расстегивал воротничок, Холмс разыскал меню.
– Мне закажите какао и бутерброд с ветчиной, – сказал Хэнк.
Холмс кивнул и стал набирать номер телефона.
– Кстати, я слышал, что вы просили о полицейской охране. Почему?
– На днях я получил угрожающее письмо. Мне совсем не улыбается, чтобы они отыгрались на моей семье.
– А! – сказал Холмс и стал заказывать по телефону завтрак. Повесив трубку, спросил: – Вы по-прежнему считаете, что у нас достаточно доказательств?
– Да.
– Вы говорили еще раз с матерью этого мальчугана?
– Нет. Но установил, что в этом случае она, безусловно, сказала мне правду. Ди Паче действительно не был членом банды.
– Ну, вряд ли это ему поможет.
– Да, конечно. К тому же был так тесно связан с бандой, что, в общем, может считаться ее членом. Его нежелание вступить в нее официально было, в сущности, самообманом.
– То есть?
– По каким-то одному ему известным причинам Дэнни Ди Паче предпочитал считать себя одиноким воякой, хотя принимал участие в деятельности банды и по существу являлся ее членом.
– Понимаю. Как по-вашему, какой линии будет придерживаться защита?
– Для Рирдона и Ди Паче они будут доказывать самооборону. А для Апосто – умственную неполноценность.
– И вы сумеете опровергнуть их доводы?
– Что касается самообороны, то мы все еще не отыскали ножа, который якобы вытащил Моррез. А его слепота, несомненно, исключает нелепые теории, будто он напал первым. Ну, а Апосто следует направить на психиатрическую экспертизу. Вы займетесь этим, Эфраим?
 
– С удовольствием. Ну, а что вы еще предполагаете сделать?
– Завтра я иду в испанский Гарлем. Хочу точно установить, что именно кроется за этой историей с ножом. Если защита пустит ее в ход, я хочу быть к этому готов. А что вы хотели сообщить мне, Эфраим?
– Во-первых, это дело поручено судье Сэмэлсону.
– Что?
– Я знал, что вы удивитесь. Защита подняла страшный шум. Утверждала, что он ваш друг, что он был вашим преподавателем в Нью-Йоркском университете и, следовательно, склонен действовать в вашу пользу.
– Это чепуха.
– Конечно. Но они все-таки просили о передаче дела в другой судебный округ.
– Эйбу это должно было прийтись по вкусу!
– Эйб Сэмэлсон самый порядочный из наших судей. Он коротко и ясно отклонил это ходатайство, послав защиту ко всем чертям. Дело по-прежнему назначено к слушанию в следующем месяце, и вести его будет Сэмэлсон. Вы довольны?
– Да. Мне нравится Эйб. Он хороший человек.
– Вы его давно не видели?
Хэнк вдруг рассмеялся:
– Если не ошибаюсь, он обедает у нас в эту субботу.
– Чудесно! – воскликнул Холмс. – Однако вам лучше не говорить с ним о деле.
– Спасибо за совет. Но я и не собирался этого делать.
На столе Хэнка зазвонил телефон. Он снял трубку:
– Да?
– Хэнк! Говорит Дэйв. Тут к вам двое. У одного в руках картонка с завтраком.
– Кто второй?
– Какой-то Бартон. Говорит, что он репортер. Знаете такого?
– Майк Бартон?
– Да.
– Слышал. Что ему нужно?
– Он хочет с вами поговорить.
– Скажите ему, что мы собираемся завтракать. Если он не против того, чтобы я разговаривал с ним с набитым ртом, то может к нам присоединиться. И пришлите завтрак наверх, Дэйв. Я умираю с голоду.
Завтрак и Майк Бартон прибыли в кабинет одновременно. Бартон оказался высоким здоровяком с плечами и грудью грузчика. Еще на пороге он протянул руку.
– Мистер Белл? – спросил он.
– Здравствуйте, – сказал Хэнк, пожимая протянутую руку. – Что вас интересует, мистер Бартон?
– Хороший вопрос! – улыбнулся Бартон. – Что в наши дни интересует всех?
Хэнк развернул свой бутерброд и стал жевать его:
– Я не берусь отвечать за всех. Только за себя.
– Ну а вас что интересует?
– Дело Морреза.
– И меня тоже, мистер Белл.
– Поэтому вы пришли сюда?
– Именно. Вы читали в последнее время нашу газету?
– Мне очень жаль, – сказал Хэнк, – но я вообще не читаю иллюстрированных листков.
– Чиновничье чванство?
– Вовсе нет. Просто не привык.
– Наш листок, между прочим, считается очень хорошим, – заметил Бартон.
– Что же вы печатали на этой неделе? – сухо спросил Холмс. – Разоблачительные очерки о домах свиданий на Парк-авеню?
Бартон усмехнулся, но не очень весело.
– Мы удовлетворяем запросы общества, – сказал он. – И заодно оказываем обществу важную услугу.
– Конечно! Сообщаете среднему гражданину, где именно он может тайком поразвлечься! Доставляете лишние хлопоты детективам – специалистам по обнаружению притонов и всяких злачных мест.
– Мы напечатали, между прочим, ряд статей и об этих детективах, – заметил Бартон.
– От вашей газеты плохо пахнет, – резко сказал Холмс. – Это дешевая, бульварная, желтая газетенка, которая рядится в либеральные одежды, чтобы продать несколько лишних экземпляров и заполучить побольше рекламных объявлений. Что вам здесь нужно?
– Я пришел поговорить с мистером Беллом, – сказал Бартон, нахмурясь.
– Я начальник этого отдела, – ответил Холмс, принимая скрытый вызов. – И имею право выслушать все, что вы собираетесь сказать мистеру Беллу.
– Ладно, – сказал Бартон. – Ну, так каковы же перспективы?
– Перспективы чего?