Строптивая попаданка для лорда Протектора (СИ)

Роберт только ухмыляется моему поступку и идёт в душ, а я быстро переношу одно одеяло и подушку с кровати на софу, раздеваюсь до нижнего белья и прячусь под одеяло.
Когда я нахожусь уже на грани сна, то ощущаю неожиданное прикосновение горячего языка к моей шее.
Он скользит от самого уха до ложбинки и обратно. Затем я чувствую мягкий укус моей мочки уха и резко открываю глаза, окончательно возвращаясь в реальность.
Наклонившись надо мной, Роберт стоит в одном полотенце, очень надеюсь, что плотно сидящем на его бедрах.
— Что ты делаешь? — растерянно спрашиваю я, выставляя вперёд руки и упираясь в его оголенный торс.
— Бужу тебя, — с лёгкой улыбкой говорит он.
— Я не буду с тобой спать! — решительно заявляю я.
— Будешь, — проникновенно сообщает он и сразу же продолжает, не дав мне вставить и слово возражения. — И попросишь об этом сама. Обещаю.
Я снова хочу возмутиться, но он обхватывает моё лицо ладонями и так нежно целует меня, что помимо тяги в животе, у меня сжимается сердце.
Неужели можно целовать так, не чувствуя ничего к человеку?
Всё во мне вопит о моём безрассудстве, но на одно это невероятное касание губ я затыкаю своё здравомыслие и впервые отвечаю на его поцелуй.
Я становлюсь на колени на софе и обхватываю его за шею, прижимаясь как можно ближе.
Он скользит руками с моего лица вниз по телу и останавливается на талии, ещё сильнее прижимая меня к себе.
Ещё секунду назад такой нежный и неспешный поцелуй становится жадным и хищным.
И я становлюсь ненасытной и алчущей его прикосновений и его близости. Я горю и, чувствуя слабость во всём теле, сильнее хвастаюсь за его плечи.
Одна рука Роберта опускается на мою ягодицу, крепко сжимая.
Он кусает мою нижнюю губу, а затем сразу проводит по ней языком и я не сдерживаю стон, который, похоже, вновь отрезвляет нас обоих.
Я резко отстраняюсь от него и хватаю одеяло, чтобы прикрыться.
Поднимаю глаза на Роберта, хищным взглядом вцепившегося в меня.
— Уходи, — глухо говорит он.
— Куда я уйду? — в растерянности спрашиваю я.
— На кровать, ты не будешь здесь спать.
— Хо-хорошо, — от неожиданности заикаюсь я. — Только отвернись.
Он насмешливо поднимает бровь.
— Ты думаешь, я ещё не всё разглядел?
— Даже если и разглядел, то я этого не видела, а значит могу притвориться, что этого не было, — покраснев, заявляю я.
Он усмехается, но выполняет мою просьбу, а я быстро выскальзываю из-под одеяла и бегу на кровать.
Услышав лёгкий скрип кровати, Роберт оборачивается и ложится на софу.
А я понимаю, что хоть софа и широкая, но для Роберта явно коротковата.
И в это мгновение моё сердце наполняется толикой теплоты и надежды.
Может он всё же что-то ко мне чувствует?
— Вера, — неожиданно зовёт Роберт, отрывая меня от мыслей о нём же.
— Да? — тихо спрашиваю я.
— Не влюбляйся в меня, это всё только усложнит.
Мои глаза мгновенно наполняются слезами. Я сильно кусаю губы, чтобы не издать ни единого звука, рвущего у меня из груди.
— Хорошо? — уточняет Роберт, не получив ответа.
— Угу, — еле слышно произношу я.
— Спокойной ночи, Вера.
Я пытаюсь не разрыдаться в голос. Горло сводит от напряжения. Подушка, мокрая от слёз, холодит щёку.
Внутри всё сжимается от боли. Я со всей силы вцепляюсь в одеяло пальцами и ложусь в позу эмбриона, максимально прижимая колени к груди.
Не знаю почему, но мне просто хочется максимально сжаться.
Стать маленькой, может даже невидимой.
А может даже исчезнуть.
Навсегда.
Не чувствовать этой боли и отчаяния, этой безнадежной и глупой любви к тому, кому она не нужна и кто в неё даже не верит.
Не волнуйся, Роберт, я в тебя не влюблюсь.
Нельзя влюбиться в того, кого уже любишь.
  
Глава 27
 
Я никак не могу уснуть.
Меня раздирают эмоции и мысли.
Мне так хочется быть рядом с ним, быть его, любить его, говорить ему об этом.
Делать разные милые вещи.
Просто хоть раз подойти и обнять его.
Просто прижаться и чувствовать его запах. Так же, как в том переулке, когда он меня спас.
  
И даже в какие-то моменты кажется, что это возможно. Что всё это может у нас быть.
Но я ничего не понимаю.
Я не понимаю его.
Не понимаю его чувств.
Мне говорили, что Протекторы испытывают ненависть к своим избранным, но почему я не вижу в нём ненависти?
Если это какая-то игра, чтобы я добровольно легла с ним в постель, то он просто самый талантливый актёр на свете. Станиславский бы стоя аплодировал.
Даже не смотря на то, что он невозможен и явно невысокого мнения о женщинах.
Даже не смотря на то, что он отстранен и закрыт.
Даже не смотря на всё это я чувствую его теплоту.
Неужели она мне чудится?
Неужели мне только видится в его взгляде нежность, а в прикосновениях желанность?
Неужели мне только кажется, что у него есть ко мне чувства?
Вроде бы и есть простой способ узнать — всего лишь подойти и спросить, но…
Я не могу.
Открыть свою душу, доверить своё сердце.
Это слишком большой риск.
Он может обсмеять и назвать мои чувства глупостью, ведь он не верит в любовь.
Он может просто промолчать или сказать мне, что моя любовь ему не нужна.
А может просто воспользоваться, чтобы добиться своих целей.
И тогда это будет конец для меня.
Меня это убьёт.
Хотя, конечно, есть ещё один вариант.
Он скажет, что был дураком, что он боялся собственных чувств и мы будем жить в любви и взаимопонимании.
Или нет…
Только сейчас я понимаю, что не смогу ему поверить, даже если он будет кричать мне о своей любви.
Никогда я не смогу поверить до конца.
Я всегда буду ждать момента, когда проснётся его ненависть, когда он отберёт моего ребёнка и скажет мне, что всё это было игрой.
Поэтому мне глупо рассуждать о любви.
Как бы мне ни хотелось надеть розовые очки, но делать это, заранее зная, что они разобьются и причинят мне ещё большую боль — не мой вариант.
Нет, конечно, я бы могла нырнуть в пучину своей любви и решить, что будь что будет, главное с любимым, если бы ему не нужны были наследники.
Если бы я и могла поддаться чувствам и наплевать на себя, то не на своих детей, даже гипотетических.
Поэтому мне придётся оставить свою любовь в мечтах.
Сейчас же нужно искать способ либо разорвать эту связь, либо сделать так, чтобы Роберт не мог меня почувствовать.
И бежать.
Бежать так далеко, чтобы он не смог меня найти.
Никогда.
Я медленно встаю с кровати, чтобы не разбудить Роберта, и выхожу из комнаты.
Прохожу по коридору и тихонько захожу в кабинет.
Вроде бы здесь ничего не изменилось.
Нахожу книгу и осторожно достаю её из стопки.
Сажусь на мягкий диван и с надеждой открываю.
Какое же меня охватывает разочарование, когда эта книга оказывается абсолютно пустой!
Я даже не знаю, можно ли назвать это книгой? Скорее записная книжка.
Абсолютно. Совершено. Пустая.
Разочарованно захлопываю её и от напряжения постукиваю ногой по ковру.
Не знаю почему, но я была уверена, что найду здесь нечто ценное.
Мне правда казалось, что это важная для меня книга.
В таком случае, не вижу других вариантов, как вновь отправиться в библиотеку и начать искать.
Вероятно, я что-то делаю неправильно.
Я встаю, чтобы положить книгу на место, но дверь резко открывается.
Деклан заходит в кабинет, плавно закрывая за собой дверь.
Он окидывает меня внимательным взглядом, останавливаясь на книге в моих руках.
— Что ты здесь делаешь, Вера?
Деклан спрашивает абсолютно спокойно, но моё сердце с момента его появления от страха уже ушло вскачь и не собирается останавливаться.
— Я… я… Мне не спалось и я случайно сюда забрела.
Деклан хмыкает, щелкает пальцами и я слышу, как на двери закрывается замок.