Программа за Выживание (СИ)

— Нам еще окно Вам вставлять, Анастасия Сергеевна, — проворчал один из рабочих. Он только что с друзьями закончил выпиливать в стене дырку для большого прямоугольного окна.
— Ладно, — нахмурилась. — Давайте одну стену малиновым, а другие — голубым, — кивнула, показывая пальцем на образцы в руках Ярика.
Время близилось к обеду и солнце начинало палить нещадно, хотя по прогнозу к вечеру должен был пойти мелкий дождик. Хорошо хоть крыша в этом сарае из металлочерепицы, а не из дерева, и не протекает. Константин, после нашего раннего утреннего разговора, больше не появлялся, Ярик сказал, что большой босс уехал в поле контролировать посев. Поэтому, как только Константина и след простыл — Ярослав вернулся помогать мне с ремонтом сарая, который обойдется мне в кругленькую сумму.
— Что ты делаешь? — недоумевая спросил парень, когда я начала фотографировать образцы краски в его руках.
— Это для опроса среди подписчиков, — ответила, прикрепляя окошко с опросом к фотографии и выкладывая все в сторис.
— Ты же уже определилась! — все еще с неким недоумением в голосе воскликнул Ярик.
— И что? — усмехнулась, делая селфи на фоне ремонтных работ. — Это моя работа, я делаю контент, — пожала плечами, улыбаясь в камеру.
— Вот раньше какая работа была — учитель, врач, полицейский, да повар, — вставил свои пять копеек дядя Степа, внимательно следя за процессом. — А сейчас! Брохер она, придумают же, — покачал он головой.
— Бло-гер, — исправила его, улыбнувшись. — Что скажете? — спросила, показывая мужчине люстры из черного металла со стеклянными шарами, внутри которых будут вкручены лампочки и пару настенных светильников. Черная деревяшка, обмотанная длинными толстыми проводами, на конце которых крепились обычные лампочки.
— По мне так, совсем неплохо, — вклинился Ярик, пока дядя Степа хмурился, рассматривая непонятные ему новые веяния моды в домашнем декоре. У мужчины в доме висела обычная люстра с один матовом стеклянным плафоном, на котором нарисованы советские мишки Олимпийских игр восьмидесятого года.
— Какая-то она неровная, — фыркнул он, складывая на груди руки.
Я лишь усмехнулась и еще раз обвела взглядом помещение. Помещение, которое в скором времени должно превратиться в мой новый временный дом, все еще напоминало сарай, хоть немного и преобразившийся. Мужчины уже начали доставать новенькие валики и кисти, для покраски стен, на которые перед этим укрепили листы фанеры. А мне ведь еще сегодня нужно съездить к дяди Мити и посмотреть, как идут дела с кроватью.
— Насть, тебе звонят, — легонько толкнул меня в плечо Ярик, возвращая в реальность.
Хм, Вадим. Неужели мой рыжий оператор все-таки соизволил перезвонить мне спустя целые сутки.
— Да? — с напускной обидой в голосе произнесла, выходя на улицу подальше от шума.
— Настенька, звездочка моя, ну прости меня! — тут же воскликнул Вадим в своей привычной, немного издевательской, манере.
— Твоя звездочка на какой-то ферме ведет войну с самым настоящим тираном, ярким примером патриархального склада ума и семейных устоев, а ты даже трубку поднять не соизволил, — усмехнулась, проходя мима дома Константина, дверь которого была закрыта.
— Работа, — печально вздохнул Вадим, как будто не знаю, что кроме меня он ни с кем не работает. Плачу я ему достаточно.
— Работа на этот раз была блондинкой или брюнеткой? — спросила усмехнувшись, идя по выложенной плоскими большими камнями дорожке.
— Обижа-аешь, — протянул парень, а потом неожиданно весело хмыкнул. — Рыжнькая.
Что и требовалось доказать!
— Мне нужна твоя помощь, — промурлыкала в трубку, быстро проходя мимо амбара, в котором слышалось мычание коров и характерный запах.
— Для тебя — все что угодно! — заверил меня мой верный оператор.
— Мне нужно, чтобы ты поехал ко мне домой и привез мне парочку вещей, — протянула, идя в неизвестном направлении. Искренне надеюсь, что ферма на самом деле не такая большая, как кажется на первый взгляд.
— Не смеши меня, — хмыкнул Вадим. — Настя Сорокина и пара вещей? Это когда такое было? — засмеялся парень. — Ты даже на мероприятие берешь с собой два запасных платья!
 
Ну, а что? Вдруг какой-нибудь не совсем внимательный артист прольет мне на платье коктейль или недалекая певичка решит, что я красивее нее и порвет мне подол. Нужно быть готовой ко всему. Всегда.
— А потом заедешь в магазин и купишь мне большую вешалку для одежды, зеркало в полный рост, обязательно в деревянной оправе, и декор в стиле бохо, — надиктовывала Вадиму, который уже наверняка записывал все в заметках на телефоне.
— У меня Toyota, а не грузовик! — воскликнул Вадим, заставив меня усмехнуться.
— С весьма вместительным багажником, — напомнила ему, вспоминая, как туда уместились его и два моих огромных чемодана, и вся аппаратура, размером в два раза больше всех моих вещей.
— Будешь, должна-а-а, — фальшиво пропел мой оператор и отключился быстрее, чем смогла возразить.
«Прекрасно!», — подумала, смотря по сторонам. Вокруг ни души и только я одна посреди новых, наверное, совсем недавно построенных построек. Зато тихо.
— Гав, — послышался откуда-то сзади, радостный лай Цезаря.
— Мой ты хороший! — радостно воскликнула, садясь на карточки рядом с только что прибежавшей собакой. — Ты пришел меня спасти, да? — спросила, получив в ответ весьма недвусмысленное «Гав». — Отлично. Веди!
Буквально через пару минут мы оказались около сарая, откуда пахло свежей покрашенной краской. Но Цезарь почему-то не остановился и потянул меня за собой, носом толкая меня вперед. Надеюсь, пес не повелся на уговоры своего недовольного хозяина и не собирается выгнать меня с фермы.
Не знаю, что хотел показать мне Цезарь, но был он весьма настойчивым, даже не собирался сбавлять темп, поэтому, к концу пути я уже просто бежала за ним. Пес забежал за сарай, где я когда-то впервые увидела Константина и его холодные васильковые глаза. Вот только в этот раз большой босс был там не один.
— Ой, кажется я вам помещала, — улыбнулась как можно невиннее, смотря на красивую женщину в строгом брючном костюме черного цвета. И как она в нем не сопрела при температуре +20?
— Ничего страшного, — ответила незнакомка, растянув свои пухлые губы, накрашенные красной помадой, в самодовольной улыбке. На щеке Константина красовался весьма красноречивый след.
— Кхм, Вы что-то хотели, Анастасия? — спросил мужчина, немного занервничав. Господи, ну неужели он думает, что я в свои двадцать три никогда не видела целующихся мужчину и женщину.
— Мы с Цезарем просто гуляли, — пожала плечами, а пес согласно гавкнул.
— О-о, Це-езарь, — протянула шатенка, чьи длинные волосы были собраны в низкий хвост. — Ты скучал по мне.
— Гр-р-р, — прорычал Цезарь, дав понять женщине, что рад он здесь всем, кроме нее.
— Цезарь! — строго крикнул Константин, но пес лишь повернулся к нему ж…спиной и убежал.
— Кажется, Вы ему не нравитесь, — позволила себе едкое замечание, улыбнувшись незнакомке.
— Анна Викторовна Громова, юрист Константина Владимировича, — представилась женщина, протянув мне руку.
— Настя, — пожала плечами, сунув руки в карманы комбинезона. Никогда не любила этот официоз, да и к чему он сейчас. — Журналист, приехала писать статью о ферме Константина.
— Владимировича, — учтиво поправила меня Анна, улыбнувшись. — Да, Костя уже сказал мне. В каком, говорите, журнале Вы работаете? — спросила она.
— Я и не говорила, — усмехнулась, складывая на груди руки. — Было приятно познакомиться, Аня! — улыбнулась и, помахав женщине, чье лицо скривилось от недовольства, пошла в сторону сарая. У меня на сегодня еще много работы, а с Анечкой мы разберемся позже…
   
Глава 10
 
Оставался у меня последний козырь в рукаве, если её вообще можно было так назвать. Мой юрист и по совместительству самая предсказуемая на свете женщина, в чем и состояла вся ее прелесть. Возможно, кому-то покажется диким или нереальным, но со дня нашего знакомства я еще не был ни в чем так уверен, как в Анне. Громова была идеальной женщиной — умной, красивой и воспитанной, имела вкус в одежде и прекрасно справлялась со своими обязанностями, не смешивая личное с работой. Аня подходила мне идеально, ведь эта женщина могла предугадать каждый мой шаг, как и я её, поэтому, она действительно была моим тайным оружием.