Программа за Выживание (СИ)
— Не имею такой привычки, — ответил, вытянув под столом ноги скрестив их. — Меня действительно не интересуют отношения с Настей, — пожал плечами.
— Могу я узнать причину? — спросила мама.
— Через пару недель она вернется к своей прежней жизни, не вижу смысла начинать отношения, конец которых неизбежен, — ответил, а самому захотелось ударить по ближайшему дереву. И почему меня так бесил тот факт, что совсем скоро мне придется расстаться с этой девушкой навсегда. Но именно из-за неизбежности ее отъезда запрещал себе даже думать в сторону романтических отношений.
— И ты даже не рассмотрел тот факт, что она захочет остаться здесь с тобой? — уточнила мама, усмехнувшись. — Что за юношеский максимализм, Костя!
— Она ни за что не согласится бросить свою работу, семью, да всю жизнь, ради какого-то мужчины, — фыркнул. Даже и думать не стану, бредовая мысль.
— Не «ради какого-то мужчины», а ради тебя, дорогой, — смотря мне прямо в глаза произнесла мама.
— Я не ду…
Меня прервал зазвонивший в кармане телефон. Первой мыслью, которая пришла мне в голову была — «Это Аня», почему-то я никак не мог поверить в то, что Громова больше не является частью моей жизни. Тем более, никак не мог поверить в то, что испытал облегчения от того, что наконец-то расстался с женщиной, с которой прожил целых два года.
— Степан Семенович? — удивленно произнес, отвечая на звонок.
— Добрый день, Костя, — послышался взволнованный голос мужчины. — Мне нужна твоя помощь.
— Чем я могу Вам помочь? — спросил, заметив заинтересованный взгляд матери.
— Моя Галка сегодня идет на танцы и запретила мне ближе, чем на двести метров к клубу приближаться, — протянул Степан Семенович. — А ведь там парни будут, сам молодым был и знаю, что у них на уме…
— А причем здесь я? — спросил, все еще не понимая к чему ведет мужчина.
— Может, ты проследишь, чтобы к Галке никто свои лапы не тянул? — спросил Степан Семенович, поставив меня своей просьбой в тупик.
— Как Вы себе это представляете? — усмехнулся, сомневаясь в трезвости местного участкового. — Эй! — тихо воскликнул, получив от матери легкий пинок.
— Не так я тебя воспитывала, — недовольно прошептала Лидия Борисовна, на что я закатил глаза…и снова получил пинок по ноге.
— Ну-у, постоишь там в уголке, а если чет случится, так сразу заберёшь Галку оттуда и домой привезешь, — объяснил мужчина.
Мама все это время не сводила с меня недовольного взгляда, буквально заставляя согласиться помочь Степану Семеновичу.
— Но…,- предпринял последнюю попытку отказаться, но недовольное покашливание женщины, которая, по невероятному стечению обстоятельств, является моей матерью, заставило меня согласиться. — Говорите время, я подъеду.
— Вот спасибо тебе, Костя! — радостно воскликнул мужчина. — Шесть часов вечера в нашем «Дворике». И машину поставь подальше, чтобы Галка не заметила, — напоследок сказал местный участковый и отключился.
— Довольна? — спросил, хмуро смотря на улыбающуюся маму.
— Ты даже не представляешь насколько!
Глава 32
Порой, родительская забота переходит все границы, и пусть мне этого не понять, никогда не была в подобной ситуации, но Галю мне сейчас было искренне жаль. В ее возрасте, мне тоже хотелось бегать на студенческие тусовки и заводить новые знакомства, чем, собственно, я и занималась. Довольно редко задумываясь об учебе. Вот только мой отец, в отличие от дяди Степы, не бегал за мной по всей столице, оберегая от каждого столба. Папа поступил проще — нанял мне водителя и по совместительству охранника, а деньги на карте у меня всегда были. На этом родительский долг был выполнен, и я жила сама по себе.
— Не понимаю, зачем тебе с нами идти, — недовольно проговорила Галя, рассматривая украшения из моей шкатулки, которые я вывалила на кровать.
— Вообще-то, я иду следить за тобой, про Ярика дядя Степа не знает, — усмехнулась, поворачивая к зеркалу то правое, то левое ухо. Никак не могла определиться какие сережки надеть — серебренные цепи, которые свисали до самого плеча или черные кольца с маленькой подвеской — бабочкой из белого золота.
— Если бы он знал, на неделю бы дома запер, — насупилась Галя.
— Какие? — спросила, поворачиваясь к девушке.
— Это сельская дискотека, а не одна из крутых вечеринок в ваших московских клубах. Тебя, скорее обворуют, — пожала она плечами, собирая все украшения назад в коробку.
— Тогда цепи, — решила я. — Шпилька или ботинки? — спросила, вытягивая перед собой руки. В правой руке держала красивые черные босоножки на высокой шпильке с блестящими переливающими ниточками вместо завязок, а в левой — грубые черные ботинки с флуоресцентными шнурками, которые светятся в темноте.
— У нас там скрипучий деревянный пол, покрытый десятью слоями краски. Ты уверена, что хочешь надеть эти офигенные туфли? — уточнила Галя, поджав губы.
— Но ты же надела! — воскликнула, кивая на ее бежевые лодочки на небольшом каблуке, примерно семь сантиметров.
— Мне, кроме как на танцы, в них и выйти некуда! — парировала девушка, разведя руками. — И у меня вообще-то свидание сегодня, — закатила она глаза.
— Ла-адно, — протянула, тяжело вздохнув, убирала свои любимые босоножки в сторону. — Осталось определиться с причёской и цветом помады, — задумчиво произнесла, роясь в огромной косметичке. — Матовая вишнёвая или красная?
— Красная, — пожала плечами Галя. — И в клубе ужасно душно, лучше сделать хвост, — посоветовала она.
— Вообще-то я умею плести французские косы, — улыбнулась девушке, доставая лак для волос и тоненькие силиконовые резинки.
— Не понимаю, зачем ты так наряжаешься? — спросила Галя, внимательно наблюдая, как я разделяю волосы на две ровные части, делая прямой пробор. — Или у тебя тоже свидание? — удивленно произнесла она, а глаза загорелись любопытством.
— Нет, — усмехнувшись ответила, начав плести косу. — Просто я целыми днями сижу на этой ферме и общаюсь только с Цезарем и со своими подписчиками. Моя лучшая подруга Алиса, полностью погружена в личную жизнь, пытаясь совместить все это с работой. Поэтому, ее хватает только на пару сообщений в день. Чувствую себя сказочной принцессой в неволе! — вздохнула, качая головой. — Иногда, хочется праздника, понимаешь? — спросила, обращаясь к Гале.
— Понимаю, — кивнула она и взглянула на черный экран телефона. Уже раз десять за последний час.
— Не пишет? — спросила, завязывая маленький хвостик на конце косички и принялась плести вторую.
— Не-а, — расстроенно протянула Галя.
— Ничего, как только он тебя увидит — не сможет отвезти глаз весь оставшийся вечер! — заверила девушку.
— Правда? — смущенно улыбнувшись спросила Галя.
— Правда!
Как только мы с Галей были готовы, девушка позвонила своему отцу, который все это время сидел в машине, у ворот фермы, и ждал нас. Дядя Степа вызвался подвезти нас на танцы, аргументировав это тем, что мне будет трудно добраться самой. Безусловно, мужчина до последнего надеялся, что Галя передумает и решится остаться дома, но его надеждам не суждено было осуществиться.
— И не пейте их пойло, понятно, — уже в третий раз повторил дядя Степа, пока вез нас на дискотеку. Инструктаж длился уже минут пятнадцать, хоть в нем и было всего четыре пункта: не пить, никуда не уходить из клуба, с незнакомцами не общаться и домой к десяти вернуться. На часах было без пятнадцати шесть, так что времени еще навалом!
— Хорошо, пап! — уже десятый раз повторила Галя, сидя на переднем сидении по правую руку от отца. — Можешь уже перестать обращаться со мной, как с ребенком! — недовольно воскликнула девушка.
Отлично, еще одна семейная ссора. И почему я всегда нахожусь в самом центре скандала…
— Что-то я не заметил, когда это ты вырасти успела! — ответил ей дядя Степа.
— Я хочу…
— Хотелка еще не выросла, — перебил дочь мужчина, подъезжая к сельскому клубу. Он весь горел огнями, по крайней мере, теми, которые еще не перегорели. Музыка орала так громко, что было слышно в радиусе тридцати метров.