Цельняпушистая оболочка. Том 3 (СИ)

Пуля, попавшая в колено, заставила мурзилку припасть к земле и забавно ойкнуть. Правда, через долю секунды еще один свинцовый гостинец, угодивший в лоб, завершил эту неожиданную комедию. Со вторым прошло быстрее. Разорванная грудь и вся недолгая. Еще несколько одиночных и одна вспышка пара, как от уханье снарядов наконец смолкло. Быстро перезарядив оружие и осторожно пристав с земли я оглядел поле где только что окончилась ожесточенная перестрелка. К своему облегчению я обнаружил что все нападающие спокойно валяются на земле, наслаждаясь ранениями несовместимыми с жизнью. Красивая осенняя полянка зияла черными ранами и воронками снарядов.
— У-у-у, пидарасы… — сквозь зубы прошипел я и, не прекращая испуганно озираться, потянулся к сигаретам.
С пару секунд повозившись с зажигалкой, я с наслаждением вздохнул такой мерзкий, но родной сигаретный дым. Со смесью и облегчения и удивления отметив что табак перестал напоминать по вкусу перебродившее дерьмо динозавра, я еще раз жадно затянулся и перекатившись на спину уставился на Бэйри.
Журналистка трясущаяся от страха, продолжала отчаянно закрывать голову руками и жмурить глаза. С аккуратного, разбитого носика щедро капала кровь, напоминая о вынужденной встрече с землей.
Еще раз затянувшись и осторожно оглядевшись, я, кряхтя, поднялся на ноги.
— Давай-давай, вставай уже. Всё хорошо, всё уже кончилось, плохие дяди ушли и всё такое… — засюсюкал я, осторожно приподнимая поскуливающую девчонку заставляя ее встать на ноги.
С трудом заставив журналистку принять устойчивое положение, я потащил её в сторону города.
— Давай родная, шевели задницей! — подбадривал я хромающую Бэйри, едва ли не толкая её вперед.
Мне не особо хотелось торопить и без того натерпевшуюся мурзилку, но помирать хотелось еще меньше. Я, конечно, не особо разглядел снаряжение нападавших, но баллонов с газом у них вроде не было. Так что по лесу шарится как минимум еще и химический расчет. Ну или что у них там? Впрочем, из леса мы вышли уже без особых приключений. То ли эти пидарасы были тут одни, то ли услышав пальбу, «химики» по быстрому свалили. А может сейчас они заходят на нас сзади и уже заряжают своё непонятные, но очень даже мощные пушки. Проводить расследование мне не особо хотелось.
И так сильно повезло, что фосгеном нанюхаться не успел. Может ветер переменился, а может эти тупые котейки не смогли прикатить сюда достаточно баллонов, чтобы достичь нужной концентрации. В любом случае, при этой температуре газ уже наверняка улетучился. Летом он всего полчаса держится, по-моему…
С секунду поколебавшись, я повел малявку в сторону станции, решив что в городок соваться нам не стоит.
— Я в номере шарфик оставила… — как-то по детски пожаловалась она, видимо еще не отойдя от шока.
— Я тебе новый куплю… — заверил я пострадавшую кошатину и не обращая внимания на шмыганья окровавленным носом, быстро потащил её дальше.
Шарфик, блин… Мы тут чуть свои лёгкие, а то и головы не оставили, а она про шарфик… Походу от шока бредит.
Я сам не заметил как тихонько захихикал дебильным голосом. Понимая всю неуместность и беспочвенность своего веселья, я всё равно не мог остановится и продолжал тупо гыгыкать, как умственно отсталый. Даже настороженный взгляд журналистки в мою сторону, не смог заставить меня заткнутся. Нервы, блять…
— Да прекрати ты уже! — сердито потребовала Бэйри, когда мы уже подошли к станции.
— Ладно, извини… — икнув, извинился я.
Быстро осмотревшись и не обнаружив ничего подозрительного, я молча повел ее в обход платформы.
— Мне кажется что сидеть на лавочке и ждать поезда у нас получится недолго… — уклончиво ответил я, на недоуменный взгляд рыжей мурзилки.
Честно говоря, шансов сесть на поезд, у нас маловато. Мало того что сюда толком никто не ездит, так еще и эти мудаки могли отрезать путь к отступлению. Хотя… Оставить кого-нибудь возле платформы у них мозгов явно не хватило. Иначе я бы не топал сейчас вдоль рельс, а пытался собрать свои мозги обратно в черепную коробку.
 
— Как думаешь, а на Виталия тоже напали? — как-то тихо спросила журналистка, видимо, наконец-то осознав всю глубину задницы в которой очутилась.
— Хер его знает… Если и напали, то наверняка пожалели об этом. — проговорил я, вспоминая полутораметровый пулемет, больше похожий на зенитку.
Малявка смущенно остановилась и высморкавшись кровавыми соплями на землю, укоризненно посмотрела на меня.
— Мог бы и просто сказать… — недовольно сказала она и прихрамывая, пошла дальше.
— Я тебе, между прочим, жизнь спас! — обиженно проворчал я и перехватил цевье автомата поудобнее..
Нет, на самом деле я себе жизнь спас. О Бэйри я, как-то, в тот момент не думал. Да и сейчас, в общем-то тоже. Но ей об этом знать не нужно. Пускай думает что я весь такой добрый, крутой и вообще — герой их сраной «Кошколяндии». Может медаль подарят? Хотя, чую что Солярке мне скорее башку открутит. Интересно, а как дела в этом говяжьем городке обстоят? До них-то газ не дошел?
— Спасибо, конечно, но всё равно мог бы и просто сказать, а не прыгать на меня… — сердито фыркнула журналистка, даже не смотря в мою сторону.
Я хотел послать её куда подальше и уже по настоящему обидется, но вдруг услышал знакомый звук. Примерно в километре позади нас, громко гудел паровоз. Так, либо эти пидарасы гораздо умнее чем я думал и умудрились где-то скомуниздить целый состав, либо мне в очередной раз жутко везет и это обычный пассажирский состав.
Почувствовав как мои яйца неожиданно сморщились, я остановился и потянулся к нагрудному карману.
— Ты чего? — удивленно спросила Бэйри, глядя как я разворачиваюсь в сторону гудков трясущимися руками закуриваю сигарету.
Крепко затянувшись и проигнорировав вопрос мурзилки, я снял автомат с предохранителя.
— Погоди, ты собрался прямо здесь поезд останавливать? — неуверенно проговорила она, настороженно глядя на меня.
— А ты предлагаешь мне пешком до столицы пилить? Пару недель угробим! — огрызнулся я.
Даже если бы это было безопасно, я всё равно бы не дошел. Тут и так холодно, а по ночам так вообще пиздец… Из-за деревьев возле поворота, показался гудящий и фыркающий дымом, паровоз.
— Блять… — недовольно выругался я, обнаружив что это обычный мелкий лесовозик.
Ладно, хрен с ним. Какая мне разница какой поезд угонять? Лишь бы до столицы доехать! Или все-таки до скалы? Ладно, потом решу!
— Он ведь не остановится! — испуганно воскликнула малявка, глядя как я спокойно становлюсь на путях.
— Да куда он нахуй денется!? — недовольно буркнул я, чувствуя как трясутся руки.
Блин, а если он и вправду не остановится? Но, к моему облегчению, машинист не особо хотел отмывать мои ошметки от своего паровоза. Немного погудев и сообразив что я не собираюсь никуда уходить, он послушно начал торможение.
Подождав пока поезд полностью остановится, я нарочито медленно пошел к кабине машиниста.
— Вы кто вообще?! Совсем с ума посходили?! А если бы я груженный был?! — злобно кричал пожилой кот, непонимающе глядя то на меня, то на Бэйри.
— Пассажиры, блин… — буркнул я, буквально запихивая журналистку в кабину.
Удивленно поглядев на разбитую мордочку девчонки, ушастый нервно икнул и расплылся в дружелюбной улыбке, всем своим видом показывая что готов везти нас хоть на северный полюс, лишь бы угля хватило…
— Куда едем?
Осмотревшись по сторонам и опять не обнаружив ничего подозрительного, я спокойно ткнул пальцем прямо.
— Туда… — добавил я для пущей понятности и кряхтя и чертыхаясь, залез в кабину.
Тесно, блин… Зато бесплатно!. Посмотрев на мрачную морду журналистки и выкинув пустую пачку сигарет, я обратился к машинисту.
— Таможни ждём? Поехали уже… — буркнул я, садясь прямо на пол и щелкая предохранителем на автомате.
Ни запаха сена, ни рева водяных пушек до меня не доносилось. Вроде можно наконец-то выдохнуть. Надолго ли?