Цельняпушистая оболочка. Том 3 (СИ)
Девушка неловко развела руками:
— И так вышло я оказалась главным зачинщиком гражданской войны… Но, если честно, это Солька так говорит. Я вообще ничего про это не помню. Лишь обрывки. — пожала плечами принцесса.
Вид у повелительницы ночи был такой, будто она извинялась за разбитую чашку.
— И тогда она отправила вас на луну? — ошарашенно спросила Сивира, стараясь не рухнуть в обморок от откровений принцессы.
— Луну? — переспросила правительница, и, широко раскрыв глаза, удивленно посмотрела на подчиненную.
После секундной паузы, темноволосая девушка прыснула от смеха.
— Святая простота! Они думают, что меня на луну сослали!? Я поражаюсь наивности нашего народа! Сивира, ты просто нечто! — смеялась повелительница ночи, отчего лейтенант обильно покраснела, почувствовав себя полной дурой.
— Хотя, в каком-то смысле я действительно была на Луне… Во всяком случае, там было так же холодно. — всё еще хихикая, добавила принцесса. — На самом деле, после тех событий, Солерия изгнала меня на континент, далеко-далеко к востоку отсюда. Крайне мрачное место, если откровенно. Зима девять месяцев в году и повсюду живут угрюмые медведи. А еще там иногда встречались какие-то непонятные, но жутко агрессивные железяки, поющие какие-то странные песни о «Союзе из пепла восставшем» и нападающие на всё живое в поле их зрения… Очень неприглядное местечко, если откровенно. Но там умеют делать неплохие коктейли, кстати. Да и некоторые из косолапых были весьма симпатичными. — проговорила принцесса и вновь закрыла глаза.
Пару минут девушки пребывали в молчании. Сивира пыталась осознать только что открывшуюся истину, а Нолярис, в свою очередь, боролась со сном.
— А почему Солерия вас изгнала? То есть… Да, если вы были виновны то… — заговорила лейтенант, прерывая тишину.
— Почему она и меня не убила? — спросила принцесса, открывая глаза и внимательно смотря на офицера.
Лейтенант смущенно кивнула.
— Я всегда думала, что она всего лишь пожалела свою несчастную, младшую сестренку… Мне ведь всего тысяча лет. Я и маму-то почти не помню… — усмехнулась Нолярис. — Но наверное все немного прозаичней. Похоже, Солерия боялась дракона. Возможно, она опасалась, что когда он проснется и узнает что произошло на самом деле то придет в бешенство. Но как это ни странно, Солерии удалось этого избежать. Она просто не стала изменять наши титулы. Ну а поскольку я ничего не помню про тот инцидент, то, в каком-то смысле, все это можно было назвать несчастным случаем. А меня, как заблудшую мятежницу, она всего лишь отправила в ссылку… Забавно, но это было излишним. дракону, похоже, совсем нет дела до нас, простых смертных. У него, похоже, с головой не всё в порядке… — обиженно закончила принцесса, вспоминая своё знакомство с древним существом.
— Вы совсем не помните что произошло с королевой? — переспросила лейтенант, чувствуя, что еще немного, и проблемы с рассудком заимеет и она сама.
— На неё скала упала. Или метеорит. Не помню, но кажется скала… — коротко ответила Нолярис, не придавая особого внимания резкому приступу кашля, настигшего Сивиру. — Ну а про солнце, луну, звезды и прочее — это уже традиция. Сначала фелениды верили что ими управляет Эква Кладис, затем, королева ну а теперь мы. Солька считает, что это идет только на пользу. А мне просто все равно, если честно. — наконец подошла принцесса к первому вопросу.
В зале снова наступила тишина. Сивира пребывала в благоговейном трепете перед раскрывшимся тайнами, а Нолярис же мирно сопела, распластавшись на троне.
«Святая кочерыжка его подери, а не соврал ведь!» — про себя краснела Сивира, вспоминая Лукина и его откровения. Весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. Принцессы — не непогрешимы, не бессмертны и не являют собой божественные сущности, а Лукин, оказывается, не такой уж идиот!
— Ну охуеть теперь… — буркнула лейтенант и сама поразилась чужой, но одновременно такой родной и близкой фразе.
***
Как оказалось, меня затащили в какой-то, то ли бункер, то ли подвал. Иначе как объяснить что на протяжении всего пути до склада мне на глаза не попалось ни одного окна? Да и общая протяженность коридоров была куда больше, чем вся территория склада вместе взятая. Меня долго везли по каким-то закругленным ступенькам вверх, затем по длинному, узкому коридору и только потом я сообразил, что меня уже подвезли к этому самому хранилищу. Во всяком случае — массивные воротины явно на это намекали. Культя продолжала кровоточить, о чем недвусмысленно говорили повязанные бинты уже ставшие темно красными.
Уж не знаю, от потери крови, шока, боли или переутомления, но окружающий мир я воспринимал как-то отрешенно. Словно всё это не со мной происходит. Правда, боли в левой руке продолжали напоминать, что всё это не сон, а очень даже наоборот. Хорошо хоть обезболивающее вкололи. И на том спасибо.
Чтобы хоть как-то отвлечься от невеселых мыслей по поводу своего будущего, я принялся осматриваться по сторонам, то и дело приглядываясь к своему «эскорту». Двое унылых мурзилок, разодетые в одинаковую серую форму, безразлично толкали каталку сзади. За всю дорогу до хранилища они не проронили ни слова. Даже не почесались ни разу, блин.
То ли у них тут мозги промывают так что Геббельс позавидует, то ли они умственно отсталых набирают. Скорее всего — и то, и другое.
— Полагаю, с тобой хорошо обращались? — услышал я знакомый женский голос, когда каталку со мной завезли в какой-то здоровенный подземный ангар.
— Охуенно. Хочешь поменяться? — коротко буркнул я, осматривая огромное, но почти полностью пустое помещение.
Выпендриваться и орать что-то вроде; «Ублюдки, выпустите меня!» мне не особо хотелось. Да и бессмысленно. Один хрен — не выпустят. Но если мне всё-таки представится шанс слезть с этой вонючей каталки… Замочу. Всех и сразу, а Брейзен её же голову в жопу затолкаю. И плевать, что одной рукой неудобно, изъебнусь как-нибудь.
Лизери расплылась в теплой улыбке, и, оглядев пару своих подчиненных, стоящих позади неё, снова заговорила:
— Не волнуйся, я не задержу тебя надолго. Скажешь пару слов и сразу же поедешь в Кентервилль к своей мохнатой крошке. Или к хвостатой, смотря кто тебе ближе. — весело пообещала малявка, глядя как мой эскорт занимает позиции возле выхода из хранилища.
Пиздит. Она определенно пиздит. Нет, я конечно выгляжу дураком, но не настолько же!? Черт, я даже не знаю что хуже, отрезанная рука или столь низкая оценка моих интеллектуальных способностей!? Может обратно к Брейзен попросится? Черт, походу у обезболивающих есть какой-то побочный эффект. Иначе как объяснить что меня так и подмывает рассмеяться?
Но в ответ я всего лишь молча кивнул, не издав ни звука.
Лизери, видимо, удовлетворившись моим послушным поведением, развернулась и ткнула рукой в сторону какой-то здоровенной бочки стоящей посреди зала. Присмотревшись к «бочке», я с удивлением обнаружил что внизу у неё приделаны небольшие сдвоенные гусеницы, как у старых броневиков. Да еще и пара небольших, но толстых труб, торчащих из закругленных боков…
— Мы с ним уже пять лет мучаемся. Контрабанда с далекого востока… Систему, параметры целей и боевые программы переделали за пару недель. Но вот систему активации перепрограммировать так и не вышло. — со вздохом сказала Лизери, заметив мой вопрошающий взгляд.
Ёпт, это че за фигня? Робот что ли? По-моему я такого же на "шуточном" шевроне видел! Настоящий!? Да еще и боевой!? Ну нихуя себе! Блин, не лишись я сегодня руки, то наверное даже порадовался за достижения отечественной техники. Или не отечественной, хрен разберешь… Блин, да хоть африканской, лишь бы человеческой!
— Я знаю о чем ты думаешь… — хитро навострила уши мурзилка, видимо увидев на моей роже задумчивое выражение. — Приоритеты командования мы тоже изменили. А так же, на всякий случай, вынули все боеприпасы.
Мне так и не удалось подавить короткий смешок. Знает она о чем я думаю… Ага, как же. Подозрительно покосившись на меня, Лизери продолжила более серьезным тоном: