Возьми мою душу

— Буквы? — удивился Бергюр. — Я не помню никаких букв. Что за буквы?
— Похожие на РЕР. Вам они о чем-нибудь говорят?
Бергюр покачал головой.
— Нет. Я ни разу их там не видел и не знаю, что бы они могли означать.
По выражению лица фермера Торольфур определил, что тот говорит вполне искренно. Тем не менее в процессе разговора его первоначальное ощущение переросло в уверенность. «Этот чертов селянин определенно что-то скрывает, — подумал детектив. — Но что?»
— Не будь я таким голодным, предложил бы поехать в другое место, — сказал Мэтью, открывая дверь и пропуская Тору вперед. Ресторан, в который они попали, специализировался на вегетарианской пище. Листки с восторженной рекламой и перечнем блюд, облепившие дверные стекла, оставили Мэтью, мягко говоря, равнодушным.
— Пиво, в сущности, тот же овощ, — улыбнулась Тора. — Потому что производится из овощей.
Мэтью изумленно воззрился на нее.
— Не знаю, откуда ты черпаешь свою информацию о пиве, но, поверь мне, это не так. В большинстве случаев пиво — зерновой продукт.
— Зерновой продукт — опять же овощ, — отозвалась Тора и оглядела зал в поисках официанта, который проводил бы их за столик. — Хотя ладно, не важно, — бросила она, заметив у стойки бара знакомую женщину, и толкнула Мэтью локтем в бок. — Посмотри на ту даму. Она работает в отеле. Имеет смысл переброситься с ней парой слов, как ты считаешь?
— Я не двинусь в бар, пока не увижу меню и не сделаю заказ, — заупрямился Мэтью. — Да и то при условии, что у них есть соленый арахис.
— Договорились, — согласилась Тора и улыбнулась подошедшему официанту. — Сначала мы пройдем в бар, если можно, но заказ нам хотелось бы сделать побыстрее. Пожалуйста, принесите меню. Хорошо? — прощебетала она и под руку с Мэтью направилась к бару. По сравнению с залом ресторана он оказался совсем маленьким. Тора опустилась на стул рядом со знакомой, Мэтью устроился возле большой чашки с арахисом.
— Привет, — сказала Тора, наклоняясь к женщине, чтобы та ее заметила. — По-моему, вы работаете в отеле у Йонаса.
Дама была уже изрядно навеселе. Перед ней стояли высокий недопитый бокал с зеленоватой жидкостью и блюдечко с вишенками из коктейлей на тонких пластмассовых шпажках. Несколько секунд она постигала смысл вопроса, пытаясь сконцентрировать взгляд. Глаза ее, казалось, разбегались в разные стороны. Однако заговорила она абсолютно твердым голосом. Не видя ее, Тора никогда бы не определила на слух, что женщина абсолютно пьяна.
— Постойте, я тоже вас, кажется, знаю, — заметила она. — Мы знакомы?
— Нет, но несколько раз сталкивались в отеле. Меня зовут Тора. Я выполняю небольшую работу для Йонаса. — Она протянула руку, и женщина вяло ее пожала.
— Понятно. Теперь я вас припоминаю, — ответила она и представилась: — Стефания, сексопатолог. Тружусь в отеле, как вы уже знаете.
Тора постаралась сдержать удивление, понимая, что собеседницу это не порадует.
— Вот как? Беспокойная, наверное, работа?
Женщина пожала плечами и отхлебнула коктейля.
— Когда как. Иногда — беспокойная, иногда — не очень. — Она поставила бокал на стойку и облизнула ярко-красные губы. — Йонас говорит, все образуется, но я ему не верю. Сказать по правде, дела идут неважно. Как бы вообще бизнес не рухнул.
— Подумать только, — сочувственно проговорила Тора. — Но все равно, работать здесь — одно удовольствие. Место чудесное.
Женщина фыркнула.
— Вот уж точно. Очаровательное местечко. — Она покосилась на Тору, с трудом удерживая ее в поле зрения.
— Вы намекаете на привидение? — поинтересовалась Тора. — Оно вас сильно беспокоит?
Стефания покачала головой:
— Нет. Я, к счастью, вечерами ухожу из отеля. Привидение появляется там ночью, когда меня нет. Ни разу не слышала, чтобы привидение являлось днем. — Она поправила выпавший из прически локон. — Нет, беспокоят меня не призраки, а женщины, — вздохнула она. — Все проблемы от них. Вот было бы здорово, если бы в отеле работали одни мужчины! — хихикнула Стефания. — А из женщин — только я.
 
— Ну разумеется, — согласилась Тора. — Но кто из них вам особенно досаждает? Их там не так и много. Я разговаривала только с Вигдис, администратором.
— Вигдис, пигдис, — пробормотала Стефания. — Первая сука. Сука из сук.
— Да что вы говорите?! — изумилась Тора. — Я, конечно, близко ее не знаю, но мне она показалась нормальной. Хотя допускаю, что могу и ошибиться.
— Вот именно, — прошипела Стефания. — Она терпеть меня не может, хотя я ничего плохого ей не сделала. — Ее взгляд стал вдруг серьезным. — Я часто анализировала ее поведение, пыталась узнать, что с ней происходит. — Она сделала театральную паузу и продолжила: — И в конце концов все поняла. Она меня боится. Я представляю для нее серьезную угрозу. Сексуальную, — торжествующе оглядела она Тору.
— Как это? — спросила та, искренне не понимая смысла сказанного. — Почему она вас боится? Думает, вы ее изнасилуете?
Стефания расхохоталась. Смех ее был мелодичным и непритворным — полная противоположность состоянию.
— Нет, дело совсем в другом. Она видит во мне сильного конкурента, более привлекательного. Потому и опасается. Я сексуальнее, и это понятно безо всякого рентгена. — Стефания поднесла к губам бокал и сделала несколько глотков. — Я нутром чувствую, как ко мне относятся женщины. И поведение их знаю как свои пять пальцев.
Мэтью тихонько потянул Тору за рукав.
— Может, сделаем заказ? Пойдем обедать, я умираю от голода.
Тора посмотрела на стоявшую перед ним опустошенную чашку.
— Сейчас пойдем. Минутку. Можешь позвать официанта.
— Себе я уже выбрал. А ты что будешь есть? — Мэтью протянул Торе меню, но та отстранила его.
— Выбери на свой вкус.
Мэтью замахал официанту, а она вернулась к разговору со Стефанией.
— Раз уж мы заговорили о женщинах… вы знали Бирну? Архитектора?
Выражение лица Стефании мгновенно изменилось.
— О Господи, — с трудом проговорила она. — Кошмар.
— Совершенно верно, — кивнула Тора. — Так как насчет Бирны? Она тоже вас раздражала?
— Нет. Она не раздражала, — ответила Стефания и одним большим глотком допила коктейль, затем выловила в бокале вишенку, кинула в рот и, высосав остатки напитка, церемонно возложила расплющенную ягоду на стойку, рядом с блюдечком. — Трагическая новость просто-таки опустошила меня. Не знаю, как и реагировать на такое. — Она снова повернулась к Торе. — Вообще-то воскресными вечерами я захожу сюда редко. Хотя и живу неподалеку.
— Понимаю вас, — сказала Тора, не уловив связи между заявлением Стефании и их разговором. — Вижу, вы хорошо знали Бирну. Может быть, знаете и того, кто хотел бы причинить ей вред?
Стефания подняла пустой бокал и покрутила им в воздухе.
— Конечно, знаю, — спокойно ответила она.
— На самом деле?! — воскликнула Тора, не сдержав радостного удивления. — И кто же это?
Стефания оглядела ее.
— Я давала клятву не разглашать конфиденциальную информацию. Сексопатологи те же врачи. Или адвокаты.
Тора едва сдержалась, чтобы не расхохотаться, до того невероятной показалась ей аналогия. Однако, поразмыслив, нашла ее отчасти справедливой — ее коллега Браги, большой дока в бракоразводных процессах, нередко основывался в своих решениях именно на свидетельствах сексопатологов.
— Нет правил без исключений. К тому же я адвокат. Ради общественного блага можно и нарушить клятву.
Стефания ненадолго задумалась и в конце концов сдалась.
— Что ж, если вы адвокат, то вам можно и сказать. Я сообщу только имена, а уж вы, будьте любезны, никому их не передавайте. И клятву я нарушаю не ради какого-то общественного блага, а ради вас.
Тора ушам своим не поверила. Она уже приготовилась выдавливать информацию из Стефании по капле, а та вдруг решила открыться, да еще так быстро. «Хотя дамочка уже успела набраться и забыла о необходимости хранить сексотерапевтическую тайну», — усмехнулась она про себя.