Возьми мою душу

Дверь приоткрылась, и в просвете показалось лицо Магнуса Балдвинссона.
— Здравствуйте, Магнус. Меня зовут Тора. Мы хотели бы поговорить с вами. Вы не против?
— Зачем? — хрипло спросил он. — В смысле, кто вы?
— Извините, сразу не представилась. Я адвокат, веду дела Йонаса, владельца отеля. А это мой ассистент. — Тора подавила острое желание просунуть в щель ногу и распахнуть дверь. — Мы к вам ненадолго, всего на пару минут. Прояснить кое-какие детали.
— Пожалуйста, входите.
— Благодарю вас, — сказала Тора и немедленно уселась в кресло. — Мы не отнимем у вас много времени, обещаю.
Магнус воззрился на нее.
— Я не занят, так что можете не торопиться. Как я выяснил из собственного опыта, время имеет ценность, только когда человек молод. Ну, вы и сами когда-нибудь это поймете.
— Не уверена, что разделяю вашу философию, — вежливо отозвалась Тора. — Однако мы пришли к вам поговорить о Бирне, архитекторше, которую нашли мертвой на берегу, неподалеку отсюда. — Она впилась взглядом в Магнуса, следя за его реакцией.
Лицо его осталось спокойным.
— Да, я слышал. Ужасная трагедия, — произнес он бесстрастно. — Говорят, ее убили. По крайней мере ходят такие слухи. В этом случае трагедия становится еще ужасней.
— Да, похоже на убийство, — подтвердила Тора и с мягкой улыбкой продолжила: — Вот мы и пытаемся узнать, кто мог хотеть ее смерти.
— И в свой список включили и меня? — сухо спросил Магнус.
— Вовсе нет, — торопливо возразила Тора. — Насколько нам известно, вы ее знали, вот мы и надеемся на вашу помощь.
— Знал ее? — удивился Магнус, не скрывая своего раздражения. — Кто вам такое сказал? Это неправда.
— Да, это, наверное, преувеличение, — согласилась Тора. — Однако вы справлялись о ней у администратора. Я всего лишь предположила, что вы были знакомы.
Магнус немного помолчал.
— Не помню такого, но память меня в последнее время сильно подводит. Если я и расспрашивал о ней, значит, мог всего лишь где-то заметить ее имя — например в перечне гостей, он всегда лежит на стойке администратора. Мы с женой ищем архитектора. Нет ничего странного в том, что я обратил на нее внимание. Теперь я припоминаю: о ком-то я действительно расспрашивал администратора, но не обязательно о Бирне. Она, случайно, не ошиблась?
Тора могла поклясться, что Магнус лжет. «Интересно, сколько ему лет? Наверное, не меньше восьмидесяти. И в таком возрасте вести поиск архитектора? — недоумевала она. — Моим родителям под шестьдесят, так их машину сменить не заставишь, а уж дом переделывать — и подавно».
— Вы строите дом?
— Что? О нет, — неуверенно ответил Магнус. — У нас есть старенькая дача, на озере Тингваллаватн. Сейчас мы живем там только летом, но недавно решили переоборудовать под круглогодичное жилье. И хотели бы проконсультироваться относительно своих планов с архитектором. — Он посмотрел на Тору ничего не выражающими глазами. — Долго искали, но так никого и не нашли. Экономика сейчас на подъеме, повсюду идет строительство, все архитекторы заняты.
— Разумеется, сюда вы приехали не на поиски архитектора? — Тора не собиралась позволить старику так легко сорваться с крючка.
Магнус, наморщив лоб, изучающее посмотрел на нее.
— Естественно, нет. А вот почему я здесь нахожусь — вас абсолютно не касается. И на этом я предпочел бы закончить беседу. — Он замолчал, ожидая ее ответа.
Все продолжали сидеть не шевелясь и не меняя выражения лица: Мэтью ни слова не понимал, Тора не хотела больше задевать старика. Сказать им было нечего. Магнус понял это и снова заговорил. Ярость, поднявшаяся было в его душе, улеглась.
— Хорошо, я сообщу вам, зачем сюда приехал. Может быть, тогда вы оставите меня в покое. Мне абсолютно нечего скрывать, хотя, как я полагаю, вы считаете иначе. В этом случае вы очень далеки от истины.
— Мы так не считаем, — дружелюбно возразила Тора. — Всего лишь хотим докопаться до причин случившегося, — улыбнулась она Магнусу. — Простите, если наш тон показался вам агрессивным или обвинительным. У нас нет намерений в чем-то подозревать вас. Наша единственная цель — восстановить ход событий.
 
— Хорошо, допустим, — сдержанно произнес Магнус. — Раз уж пошел такой разговор, я открою вам цель своего визита. Я болен и решил немного отдохнуть в одиночестве. Опыт научил меня главной истине: одиночество — лучшая пища для души. Сейчас человек редко остается наедине с собой. В современном обществе слишком много сумбура и суматохи.
— Почему вы выбрали именно этот отель? Тут практикуют гомеопатию и спиритуализм, а насколько мне известно, ваше поколение не склонно ни к тому ни к другому.
Магнус улыбнулся, в первый раз с той секунды, как открыл им дверь.
— Совершенно верно. Я не верю в чепуху, которой они занимаются. А приехал я сюда, потому что здесь прошло мое детство. Я воспитывался на ферме неподалеку. Как говорится в одной поэме: «Сильна связь, манящая людей к земле, которую пахали их отцы».
У Торы округлились глаза.
— Неужели? Следовательно, вы знали прежних владельцев фермы?
Магнус замялся.
— В общем, да, но какая разница?
— Возможно, никакой. Однако мне известно, что Бирна очень интересовалась историей фермы. Ее гибель может быть как-то связана с проявленным любопытством. Это всего лишь моя версия, и подтвердить мне ее пока нечем.
Лицо Магнуса внезапно побледнело.
— Не слишком ли далеко вы зашли в своих предположениях? — спросил он чуть дрогнувшим голосом.
Тора решила разыграть невозмутимость.
— Да, наверное, я немного погорячилась, но все равно это просто здорово, что вы знакомы со здешними местами. Не поделитесь с нами какими-нибудь легендами или поверьями? Вы, кстати, рассказы о местных привидениях не слышали?
Магнус помялся, затем долго откашливался. Торе показалось, будто он специально тянет время, чтобы успокоиться.
— Видите ли, о привидениях я слышал, да и сам болтал, когда был маленьким мальчиком. Да, подобные истории у нас циркулировали довольно долго. Правда, о них вам лучше расспросить других. — Магнус ссутулился в кресле, но тут же выпрямился и продолжил: — Я не историк и в то время не интересовался генеалогией, не выискивал деталей давно ушедших событий. Боюсь, вы не многое почерпнете.
— Но вы же знали фермерскую семью, жившую здесь, не так ли? Как ее там… Постоянно забываю фамилию… — Тора попыталась вспомнить имена, прочитанные на обороте фотографий. — Бьорн…
Магнус сидел неподвижно, как статуя.
— Бьярни, — поправил он ее. — Бьярни Торольфссон с фермы «Киркьюстетт».
— Точно! — обрадовалась Тора. — А его брат жил по соседству, так?
— Да, брат Бьярни, Гримур, жил на ферме «Креппа». — Магнус скривил губы. — Гримур сдал экзамен на врача, он был старше Бьярни. Судьбы их сложились трагично, но, как гласит сага, богатство и счастье не всегда идут рука об руку.
— Вот как? — заинтересовалась Тора. Рассматривая фотографии, она почти физически ощущала влияние злого рока на семью, но связала свои эмоции с фактом ухода людей в небытие, со всеми их победами и поражениями. Она чувствовала себя неуютно, разглядывая черно-белые свидетельства быстротечности человеческой жизни. Хотя, возможно, за ее реакцией скрывалось нечто большее. — Что с ними произошло?
Магнус тяжело вздохнул.
— Отец их был одним из самых крупных владельцев шхун на полуострове. Имелись у него и причалы для рыбацких лодок, которые он сдавал напрокат. Он был очень богат. Конечно, не чета нынешним банкирам и директорам брокерских фирм, но по тогдашним стандартам он считался человеком весьма зажиточным. Не помню, сколько шхун у него было, но много. Основная база его находилась в Стиккисхольмюре.
— Братья не участвовали в его бизнесе? — спросила Тора.
— Нет, — ответил Магнус. — Не успели поучаствовать. Он продал все до того, как они достигли совершеннолетия, а деньги вложил в землю. Купил громадный кусок сельскохозяйственных угодий в южной части полуострова. И поступил весьма благоразумно, поскольку кустарный рыбацкий промысел вскоре сошел на нет. Пришли рыболовецкие траулеры, и местные компании, сдававшие внаем шхуны, разорились.