Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)
— Внутри, оно внутри! Колено! — крикнул парень, и я понял, что медлить нельзя. Выхватив меч я даже не задумываясь окутал его пламенем, а затем отсек штурмовику ногу, вместе с кляксой пытающейся забраться выше. Товарищи тут же подхватили раненого, останавливая кровь, а я выжег оставшуюся в ботинке тварь.
— В центр, сомкнуть ряды. Выжечь всё! — скомандовал я, и сам выпустил огненный конструкт, испепеляющий всю органику на своем пути. С дополнительным реактором архангела мощности мне хватило для того чтобы стена синего пламени дошла до ближайшего угла и осталась там, перекрывая путь тварям.
— Держать щиты! Огонь на поражение! — приказ Тарана пронесся по рядам и в следующую секунду союзников смело концентрированными пушечными выстрелами. Кто-то из них умудрился сдержать напор наших автопушек. Но не даром пятерки переобучались на новые специализации.
Защитники прикрывали товарищей очередями из наплечных пулеметов ПСО, сбивающих подлетающие снаряды и гранаты. Рукопашники разили тварей и пробившихся в ближний бой врагов своими копьями с проводящими наконечниками, не уступающими мечам. Артиллеристы, одиночными выстрелами семидесятимиллиметровых пушек, сносили противников вместе с щитами, если, не убивая с первого выстрела, то опрокидывая и не позволяя подняться.
Мы были готовы к этому сражению куда лучше остальных. И дело было не только в снаряжении. Четвертые номера — бойцы прикрытия, с детищами механоида — управляемыми стальными пауками, расправляющимися с мелкими тварями и выступающими в виде первой линии обороны. И командиры звеньев, с утяжеленной броней, автопушками и огнеметами — они специализировались не столько на людях, сколько на тварях, прущих сейчас из всех щелей.
Слаженные пятерки отбросили врагов в дальние коридоры, не позволяя им даже высунуться. Выжигали и расстреливали монстров, зачищая узкие проходы даже от пятнышек неживой плоти. Но этого хватало лишь для того, чтобы выживать, оставаясь на одном месте. А патроны улетали сотнями.
— Вентиляция! — предупредил один из бойцов, заливая огнём крошечную дыру в потолке, закрытую решеткой. Если бы не он, я и внимания не обратил на эти отверстия. А вот монстры, скованные моим льдом, нашли обходной путь и сейчас из многочисленных щелей буквально текла бурая масса, собираясь в лужи.
— В центр! — скомандовал я, выжигая тварей в зале, и покрывая стены и потолок толстым слоем льда. Фон диссонанса давно уже превысил все разумные пределы, а выжившие задыхались без брони и дрожали от холода, но у меня просто не оставалось другого выхода.
— Они долго не продержатся, нужно выбираться отсюда. — сказал я, оценив состояние прижавшихся друг к другу немногочисленных аристократов. Ещё недавно их одежда и платья были высшим пиком современной моды, объединяющей веянья второго ренессанса и деловой культуры, но сейчас больше напоминали жалкие лохмотья. И всё же, у многих в глазах, кроме страха, я видел решимость и гордость.
Смотреть на женщин, прикрывающих своими телами мужчин и подростков, было по крайней мере странно, но амулеты резонанса на их шеях лучше всего говорили о принадлежности к одаренным. Пусть и слабеньким, на уровне девятого, может восьмого ранга. В то время как даже рядовые бойцы первой роты имели не ниже седьмого.
— Единственный выход заблокирован. — сказал Таран, показав на толстую гранитную плиту, которой канцлер отсек нас не только от ложного императора, но ещё и от спасения. Вот только, когда для меня камень, даже инопланетный, был преградой? Очень, очень давно.
Подойдя к стене, я ударил по ней огненным клинком, и с удивлением понял, что на гладкой поверхности осталась лишь неглубокая царапина. Это вам не тонкая заслонка, возведенная Борисом во время нашего спора. Дотронувшись, я попытался оценить размер преграды, и чуть не выругался. Фон диссонанса откликался на много метров в глубину.
— Проще прорубить новый выход в бронебетоне. — поморщившись проговорил я, и, сверившись с интерактивной картой, составленной ассистентом при спуске, вонзил огненный клинок в подходящем месте. Окутанное стихией проводящее лезвие с небольшим усилием вошло на всю длину, но до параллельного коридора не достало.
Вздохнув, я сменил огонь на лед, сделав края иномирной стихии тоньше молекулы, и удлинив лезвие ещё на метр, но сопротивление лишь усилилось. Проводящая сетка, установленная в стенах императорского дворца, рассеивала конструкты по всей своей поверхности, в разы снижая их эффективность.
— Командир, выжившие. — отвлек меня от работы Таран, и оглянувшись я увидел, как трясутся, обнимая друг друга, спасенные аристократы. Диссонансный фон, даже без направленного излучения, стал слишком велик, того и гляди они начнут оборачиваться без всякого направленного влияния.
Бойцам, развившим собственное духовное тело, укрепившим меридианы и раскрывшим чакры стихий, ничего не грозило. Их внутренний стержень был сильнее давления снаружи, тем более что на каждом из них были усовершенствованные штурмовые доспехи. А вот выжившие… долго ли они при таком фоне продержатся?
— Вверх? — спросил я, оценивая глубину бункера.
— Пять метров, ваше высочество, даже если вы сможете их прорезать, глубина такая что потолок станет пробкой… да и люди не выдержат… простите. — проговорил Таран.
— За что ты извиняешься? Это я привел придурка, который закрыл нам выход. — отмахнулся я, ещё раз оценивая перспективы. Убрать ледяное покрытие стен и потолка? Тогда давление диссонанса станет чуть меньше, но твари вновь хлынут из всех щелей, грозя обрушиться на нас и проникнуть в доспехи.
— Ваше высочество, уходите. — наконец решился Таран. — Бросьте нас…
— Ты о чем говоришь? Даже не думай. — ответил я, покачав головой, хоть под броней этого и не было видно. — Хотя, это может быть нашим выходом.
Я зажмурился, представляя поверхность. В обычной ситуации я бы до нее не достал. Но здесь диссонанса было уже как на краю зоны. Да и расстояние мне нужно было преодолеть не такое большое, всего каких-то двадцать метров. Может двадцать пять… Выжившие? Слишком рискованно.
— Звено с ранеными, в центр. Остальные отойдите на три метра. Таран, не смейте тут подыхать пока у меня всё не получится. — сказал я, подходя к бойцам, удерживающим на весу раненого товарища.
— Есть, не подыхать. — козырнул граф Рубежный, и подхватив воина я шагнул через пространство. Несколько секунд было ощущение что вот сейчас я окажусь в бетонной стене, заживо замурованный на веки вечные, но затем меня словно выплюнуло на развалины бального зала. Над нами вновь было серое небо, в котором гремели разрывы снарядов, а на горизонте поднимались черные клубы дыма.
— Живы. — удивленно выдохнул я, и осмотрев бойца посадил его на ближайший булыжник. — Гнев, ответьте. Нужна группа прикрытия и эвакуация. На мой пеленг.
— Видим вас! Группа в пути. — тут же отозвался Жеглов.
— Сиди здесь. — приказал я, и вновь шагнул через пространство, обратно в бункер. Промахнулся всего на полметра, а может сам мир не позволял мне выйти в точке, где уже была другая материя плотнее воздуха. — Четверка, ко мне, держитесь за плечи и пояс. Попробуем уйти группой.
Бойцы не смели ослушаться, и уже через пять секунд стояли на поверхности, вместе со мной. Получилось, хоть каждый и получил свою дозу диссонанса во время перемещения, но это было лучше, чем оставаться замурованными в подвале. Отправив бойцов к товарищу и очертив мечом круг, в который нельзя было входить я двинулся за следующей партией.
— Полное звено. Кто? — спросил я, и Таран тут же выбрал бойцов, которых нужно было вывести раньше остальных. И только после пятой ходки, когда я перетащил четверть всех наших сил, окончательно убедившись в безопасности для меня и бойцов шага сквозь пространства, я решился подойти к группе выживших.
— Русский понимаете? — на всякий случай спросил я, и один из парней, лет девяти, кивнул. — Переведи старшим, я буду вытаскивать всех на поверхность. Нужно, чтобы они плотно держались за мой доспех. Ясно?