Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

— Три голоса за, один воздержался. — констатировал Второй, гладя на недовольных Первого и Третьего. — Благодарю всех за участие. Решение принято.
— Посмотрим, как вы попробуете заставить его принять лигу. — усмехнулся Первый, поднимаясь.
— Учитывая обстоятельства, это будет несложно. — ответила Пятая. — Миру нужен мир. Любой ценой.
— Поздравляем, ваше высочество. — улыбаясь от уха до уха произнес Мирослав, встретивший меня на мостике Петра Великого — Пусть об этой победе знают не многие, но для страны это огромное достижение. Мы уже получили распоряжения, и готовы принести вам клятву.
— В таком случае я с удовольствием ей приму, как только взойду на престол. — ответил я. — Самое важное что вы стали свободны от устаревших клятв и вольны действовать, по совести, и на благо родины.
— Вы правы, ваше высочество. Полностью. — кивнул Багратион-старший. — Регалии уже были возвращены в императорскую сокровищницу зимнего дворца. Все договоренности выполнены. Остались только несколько формальностей. Но…
— Но? — я искренне удивился, услышав это слово.
— Да, ваше высочество. Я не советую вам восходить на престол в ближайшие полгода. Или по крайней мере до закрытия Польской зоны. — со вздохом проговорил Леонид. — В противном случае, может выйти так, что у нас не окажется достаточных аргументов на мировой арене.
— Да что ж такое-то. — пробормотал я, прикрыв глаза. — Хорошо, я вас понял.
— Индусы заявили протест о размещении массированных иностранных сил в своей стране, сейчас идут переговоры, но уже ясно что проходят они не слишком гладко. — заметил Мирослав. — Мы должны будем держать флот в регионе, для стабилизации ситуации на возможном фронте.
— Из-за поломки логистических путей Англии и Штатам придется искать другие точки снабжения. — весьма довольно прокомментировал Леонид. — Возможно, они попробуют перераспределить флот и разместить его в Пакистане, но пока это не точно.
— Что с Персами? — уточнил я.
— Мы не можем вторгаться на их территорию без поддержки населения и местных правителей, а те в свою очередь должны вначале поддержать Вахамеди. — заметил Мирослав. — Остается только полагаться на разведку и диверсионные группы.
— Ещё одно, ваше высочество. В капитанской каюте вас ожидает вызов по шифрованному каналу. — проговорил Багратион-старший. — Думаю ответить на него в первую очередь в ваших интересах.
— Понял, благодарю за сообщение. — кивнул я. — В таком случае прошу составить план, учитывающий изменение в мировой политике и обстановке на фронтах.
— Всё сделаем, ваше высочество. — поклонились Мирослав и остальные из старой гвардии, а я наконец вернулся в свою каюту.
— Поздравляю с победой. — сухо проговорил Борис, стоило мне усесться перед экраном. — Хотя представление вы разыграли знатное.
— Это было не представление, а борьба до последнего. — ответил я. — Чудо что он выжил. И я.
— В таком случае поздравляю вдвойне. — безразлично сказал Борис. — Я выполняю своё обещание, Мирослав, Петр, Леонид и остальные свободны от своих клятв, ценности переданы, как и верительные грамоты.
— Что на счет нашей последней договоренности? — спросил я. — Стихийные конструкты.
— А, да… — Борис замолчал, на несколько мгновений, обдумывая слова. — Для начала тебе нужно знать одну простую вещь — никаких стихийных конструктов нет. Более того, никаких конструктов вообще нет. Ни плоскостных, ни объёмных и прочего бреда, который на воображали себе наши исследователи. Они пытаются копать не в ту сторону.
— И что в таком случае есть? — не понял я.
— Резонанс. — ответил Борис, будто это всё объясняло. — Степень раскрытия врат, их форма и место куда они ведут. Всё что мы называем резонансом — лишь способ твари из вне открыть врата в наш мир. Осознай это, и ты с легкостью освоишь всё остальное. Врата — место, интенсивность и форма. Ничего более.
  
Глава 12
 
Легко сказать — ничего более. Хотя, чем дольше я сидел, анализируя сказанное, тем отчетливее понимал, что Борис прав. Вот только использовать это «сакральное» знание привычным способом у меня не выходило. Слишком я привык к шаблонному мышлению, выученному ещё в училище и закрепленному в академии и сотнях боев.
 
Проще всего было с интенсивностью, количество вложенной энергии — это то, что я мог контролировать до капли, благо это мало отличалось от умений распределения энергии в меридианах тела.
Второй аспект — форма. Тут тоже более-менее понятно. Тот же щит, или огненный клинок… Не даром нас учили начиная с самого простого — плоскости, всё усложняя механизмы работы с резонансом. Хотя, если брать, например ледяные иглы — то, что это за форма? Тысяча дырок?
А вот с последним всё оказалось совсем плохо — место… даже если знать, что стихия пламени — это открытие врат в какое-то очень горячее место, а стихия камня — в гранитную скалу, то как можно специально настроится на эти места? Если даже предположить, что пламя это вход в вулкан или ядро планеты, то что такое лёд? Арктика? Недостаточно холодно, впрочем, если брать куски ледника… Как можно включится в чужие стихии… нет, места резонанса? Места для Врат?
Хотя это объяснение снимало один из моих главных вопросов — почему конструкты резонанса наносят повреждение искаженным тварям и пожирателю. Если принять слова Бориса за истину и немного дополнить, то всё становилось максимально просто — Пожиратель всего лишь существо, пусть и размером с планету, или даже сама планета. Но даже планета может сгореть если её поглотит солнце, расколоться если в неё попадет гигантский метеорит, или замерзнуть если её светило погаснет.
Можно даже было сказать, что объяснение ближе к науке, чем к магии. Тварь хочет есть. Тварь дает человечеству инструмент для раскрытия врат. Тварь ждет пока какой-нибудь дурак-одаренный, в попытках освоить новый конструкт не откроет по ошибке путь в свой мир и вуаля — врата раскрыты, образуется зона.
А теперь главный вопрос, что с этим делать? Вся экономика, все боевые подразделения, весь флот — в конце концов, всё работает на резонансе. Начиная с автомобильных резонаторов заканчивая корабельными реакторами и даже теплоэнергостанциями обеспечивающими некоторые города.
Отказаться от резонанса вообще, в данный момент, невозможно! Это же как отказаться от нефти, газа и угля разом. А учитывая, что ядерная энергетика в этом мире нереализуема и опасна даже в виде реакторов — переводить всё человечество на новые технологии не выйдет. Единственный вариант снизить общий фон диссонанса — закрыть все зоны и постепенно переходить на китайские технологические схемы. Так что я крепко задумался над следующими шагами.
— Ваше высочество, принц Атамаль прибыл. — раздался голос Василия, вырывая меня из раздумий.
— Хорошо, через пять минут буду. — ответил я, откладывая бумаги, на которых пытался расписать закономерности. С момента моей последней схватки прошло уже три дня, и ситуация в мире начала медленно, но, верно, меняться. И в первую очередь это касалось флотов недружественных стран.
Для меня стало полной неожиданностью, что не только японцы, но даже индусы решились выйти из военного альянса лиги наций. Учитывая предыдущие договоренности и затраченные ресурсы, мы и подумать не могли что Индия объявит о запрете нахождения на своей аудитории иностранных войск.
Больше пятнадцати тысяч тыловых служащих занимались сбором и уничтожением оборудования, которое невозможно вывезти. Из-за резкого высказывания раджи, были разорваны соглашения об участии военнослужащих в совместных операциях и учениях. И политическая обстановка не могла не сказаться на экономике. Тут же начались запреты на торговые операции, отток инвестиций и многое другое.
Самая существенная опасность для Индии заключалась в отсутствии собственной зоны диссонанса, и как следствие полном отсутствии проводящего металла и прочих искаженных материалов. Англичане и Штаты запретили ввоз и продажу Индии стратегических товаров, а значит в скором времени им придется обратиться ко мне.