Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая (СИ)_
Но мне не спалось — приняв быстрый душ, я вышла на просторную террасу и, усевшись в удобном кресле, открыла учебник немецкого — учитывая разницу во времени, мои языковые занятия на неделю перешли в режим письменных заданий. Однако, долго заниматься мне не пришлось — не прошло и пяти минут, как я услышала всплеск воды в бассейне.
Встав с кресла, я подошла к перилам и увидела, как Барретт, подобно торпеде, рассекает водную гладь.
“Решил снять усталость после суеты рабочего дня и перезагрузить мозги…” — подумалось мне, и в ту же минуту пришла еще одна неожиданная мысль. Она была рискованной, как всегда, когда это касалось Барретта, на грани фола, но мой Черный Лебедь уже встрепенулся и вытянул тонкую шею.
Распустив и немного распушив волосы, я сбросила с себя все лишнее и, обмотавшись шалью, отправилась на кухню. Открыв холодильник, я нашла то, что искала — так и есть, бутылка открытого красного вина была в моем распоряжении. Улыбнувшись, я подхватила холодный сосуд и вышла к бассейну.
Наблюдая, как Ричард, оттолкнувшись от бортика, разрезал водную гладь, я села на край бассейна в позу полулотоса и поставила запотевшую бутылку вина перед собой между ног в ожидании, когда он остановится.
Барретт доплыл до противоположной стены и прежде, чем он ушел под воду, я окликнула его по имени. Он обернулся и внимательно посмотрел на меня.
— Иди спать, — коротко бросил он и вновь занырнул под воду, давая понять, что на сегодня я свободна, а я, памятуя о его видеоконференции, до которой осталось меньше получаса, наморщила нос.
Как Ева, я понимала Ричарда — ему нужно было сосредоточиться на какой-то мысли или перезагрузить мозги перед важной видео-встречей. Это было сродни подготовке к бою, перед которым не рекомендовалось заниматься сексом.
“Секс расслабляет и отвлекает от цели”, — тихо твердил разум, но моя темная ипостась уже заполняла душу и плоть, не желая подчиняться доводам рассудка.
“Ну уж нет! Пусть это время он будет с тобой, а не ныряет по бассейну! Ты тоже можешь его сосредоточить и настроить на правильный бизнес-темп”, — зашипел мой Черный Лебедь, и я, поведя бровью, решила бросить вызов прежде всего себе. “Почему бы нет?” Понимая, что добром подобное неподчинение не кончится, с мыслями “где наша не пропадала” я все же осталась сидеть у бассейна.
Барретт в очередной раз вынырнул в нескольких ярдах от меня, и сейчас, наблюдая за его лицом, покрытое каплями воды в отблесках подсветки, я откровенно любовалась своим мужчиной.
Я сидела в одной красной шали и нежно прикасалась к бутылке, проводя по ней вниз и вверх, как обычно любила ласкать его член. Но и это было не главное — горлышко бутылки было обмотано моими шелковыми трусиками, давая понять, что сейчас я сижу перед ним совершенно раскрытая, отгородившись лишь бутылкой вина и тонким алым шелком.
Он бросил на меня недовольный взгляд, а я, давая понять, что не слушаюсь его, поднесла ко рту сосуд с темным рубином, тем самым открываясь своему Дьяволу.
Глава 35
— Иди спать, — недовольно бросил он, но мой Черный Лебедь лишь выгнул спину и тихо прошептал мне на ушко “Разбуди в нем Дьявола”.
Я, не задумываясь, сняла с бутылки свои трусики и бросила их в бассейн, прямо на плечо Барретта.
— Это уже становится традицией — мое белье в воде, дрейфующее рядом с тобой, — улыбнулась я, намекая на тот случай, когда вывалила всю одежду в бассейн резиденции, пока Ричард тренировался.
— Блядь, ты мазохистка? — тихо спросил он и поплыл в мою сторону.
— Нет, я просто не понимаю, чем я хуже бассейна? — улыбнулась я и, продолжая игру, отпила еще немного вина из бутылки, вновь открываясь перед своим Дьяволом.
В его глазах блеснула злость с темными подпалинами похоти, и я понимала — сейчас он утащит меня под воду, где я буду совершенно беспомощна.
Подплыв ко мне, он забрал бутылку вина, отвлекся на то, чтобы поставить её на кафельный пол, и я в одно движение отстранилась от него так, чтобы он не смог достать меня рукой.
— Ты знал, что на корриде быкам заостряют рога? Так они становятся чувствительными к малейшему прикосновению… — я облизнула губы, как обычно делала после минета и, раздвинув перед его лицом ноги, тихо прошептала: — Твоему члену очень нравится, когда я его целую. Он реагирует на мой язык и горло так же, как заостренный рог быка на прикосновение мулеты.
Глаза Барретта потемнели, а в следующее мгновение я вскочила на ноги, и моя красная шаль взвилась ярким огнем. Подтянувшись на бортике, Барретт в одно движение выпрыгнул из бассейна и пошел на меня танком. Вернее, Быком. И сейчас я, как никогда, чувствовала себя то ли матадором, который задевал кончиками своей мулеты остро заточенные рога Зверя, то ли дочерью финикийского царя Европой, которую похитил Зевс, превратившись в Быка. Правда моим Зевсом двигали совсем не страсть и вожделение, а желание наказать за то, что нарушила его планы и помешала сосредоточиться.
Увидев недовольство на лице моего Дьявола — то редкое проявление эмоций, мы с моим Черным Лебедем растянули рот в довольной улыбке и я, быстро развернувшись, побежала в дом.
“В спальню или в библиотеку?” — на секунду задумалась я и, бросив взгляд на большие старинные часы в зале, поняла, что времени у меня было совсем немного — чуть меньше десяти минут до начала включения рабочего режима Барретта.
“Он пойдет в спальню, чтобы элементарно одеться перед началом конференции”, — пронеслась правильная мысль, и я побежала вверх по лестнице на последний этаж, где находились наши с Ричардом спальни.
Расчет был верен — уже через минуту я услышала приближение Барретта и, распахнув тяжелые шторы, вышла на террасу, прихватив с собой пульт от музыкального центра.
Барретт спокойной походкой зашел в зал, а я, улыбнувшись, включила музыку — какая-то радиостанция крутила нон-стопом испанские хиты.
Комнату и террасу залили современные биты в симбиозе с фламенко, и грудной голос пропел “Malamente”*.
И моя Феерия началась. Под низкий грудной голос хитаны, под ритмичные хлопки ее рук, мой испанский лебедь с красными крыльями кружил по комнате, словно матадор по арене, и сейчас я, выпустив эмоции наружу, совсем не стеснялась выражать свою женскую силу, яркость и экспрессию. Мои волосы развевались пышными волнами, следуя ритму моего тела, а я, подняв руки вверх, выписывала бедрами красивый узор в такт “muy mal — muy mal — muy mal”**, отчего моя шаль колыхалась не хуже мулеты. Барретт не останавливал меня и не ходил за мной по кругу, он наблюдал за шоу моего Черного Лебедя с красными подпалинами на крыльях, но я чувствовала его тяжелую волну. Поймав в очередной раз его недовольный взгляд, я, как никогда, ощутила себя на арене перед разозленным Зверем и понимала, что из этой битвы у матадора не было шанса выйти живым.
Чувствуя, что песня подходит к концу, я сделала очередной оборот, щелкнув пальцами, словно кастаньетами, очертила красивый арабеск бедрами и, покружив вокруг Ричарда, словно матадор, дразнящий быка, остановилась между ним и колонной.
Под завершающие аккорды песни я, растянув губы в усмешке Черного Лебедя, развязала на затылке узел своей шали, глубокий голос хитаны пропел “Malamente”, и платок легким кружевом упал к ногам, полностью обнажая меня перед Дьяволом.
___________________________________________________________________________________
*Malamente — плохо (перевод с испанского)
**Muy Mal — очень плахой/очень плохо
Глава 36
Я не отводила взгляда от глаз цвета ртути и, восстанавливая дыхание, ждала когда Ричард подойдет ко мне. Я понимала, что за всплеск Черного лебедя меня по голове не погладят, и ждала от своего Дьявола резких слов или действий. Мне почему-то казалось, что сейчас он пригрозит наказанием или, пока оставалось несколько минут, займется со мной жестким сексом, не дав мне кончить, и я не боялась этой расплаты. Таким образом я бы его взбодрила и подпитала своей энергией не хуже тренировки в бассейне.