Плохой парень (ЛП)
— Нет. Давай, ты будешь сопровождать меня на танцах. А потом я угощу тебя десертом.
Похоже, именно так я и проведу День Святого Валентина в этом году: с моим простым, несексуальным, определенно-не-возбуждающим-меня — платоническим приятелем Йеном… ох, и парой сотен старшеклассников.
Глава 6
Йен
Я решил, наконец, преследовать Сэм, но у меня не хватило смелости на самом деле добраться до преследующей части. В течение нескольких дней я колебался в выборе наилучшего плана действий. Ты не можешь просто дружить с кем-то в течение трех лет, а затем обратиться к нему однажды за обедом и пригласить на свидание. Сэм рассмеется и решит, что я шучу. Моя гордость этого не вынесет. Нет. Я должен проявить такт, должен соблазнить и соблазнить ее органично, как в тот день на кухне, когда она красила мне волосы. Я знал, что там что-то было, мы оба были слишком напуганы.
— Думаю, я собираюсь пригласить Сэм на свидание, — говорю я маме по телефону в среду вечером.
— БОЖЕ МОЙ!
Она в шоке роняет телефон, и экран разбивается вдребезги. Она не может мне перезвонить. Вот почему я ей ничего не рассказываю. Через несколько минут мне звонят с папиного номера. Очевидно, она украла его телефон, чтобы мы могли продолжить наш разговор.
Мама всхлипывает, и когда я заговариваю об этом, она признается, что плакала.
— Я просто так счастлива. Вы двое танцуете вокруг друг друга уже много лет, и я действительно не могу представить себе более совершенную женщину для тебя.
— Она еще не сказала «да». На самом деле, я даже не спрашивал ее.
— О, так и будет. Поверь мне, она скажет «да», и кто знает?! К этому времени в следующем году у меня может появиться невестка! И ВНУКИ!
Очевидно, было ошибкой посвящать маму в мой план. Обычно я держу ее в строгости от необходимости знать, так как это значительно облегчает мою жизнь. Пытаясь быть лучшим сыном, решил рассказать ей о Сэм.
На следующий день она не перестает писать мне.
ПАПА: В магазине Apple! Они заменяют мой экран. Кстати, это мама. Ты уже пригласил Сэм на свидание? Дайте мне знать, как это происходит! *конфетти эмодзи* *сердце-глаза эмодзи* *шампанское эмодзи* *невеста эмодзи* *жених эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
*младенец эмодзи*
Я не отвечаю ей. Она настаивает.
ПАПА: Ты можешь себе это представить? Надеюсь, дети получат ее волосы!!!
ПАПА: Опять мама. Что касается волос, твои дети тоже будут хорошо смотреться с твоими волосами, я бы просто очень любила маленькую девочку, похожую на Сэм.
Проходит несколько минут.
ПАПА: Теперь мне стыдно это говорить. Ты тоже симпатичный. Действительно.
ПАПА: Сынок, это твой отец. Мне нужен мой телефон. Пожалуйста, скажи маме, что перезвонишь ей, когда у тебя будет свободная минутка.
ПАПА: Кроме того, какого черта ты ждешь?
И он тоже. Интересно, стоит ли их заблокировать, но они, скорее всего, просто получат новые номера. Я испытываю искушение позвонить в AT&T (AT&T — Крупнейшая в мире телекоммуникационная компания и один из крупнейших медиаконгломератов. Является крупнейшим поставщиком как местной, так и дальней телефонной связи в США, а также вторым по величине сотовым оператором в США) и попросить их вырезать текстовые сообщения из моего контракта. На самом деле, я бы так и сделал, если бы сейчас не разговаривал по телефону с Сэм. Мы обсуждаем программу занятий по сексу, которая будет завтра утром. Большая часть этого заранее спланирована для нас, но Сэм хочет быть дополнительно подготовленными.
— Почему бы тебе просто не прихватить из дома пару презервативов для демонстрации? — спрашивает она. — О, подожди, они все еще будут разворачиваться, если все они просрочены и высохли? Не хочу ставить себя в неловкое положение перед детьми.
— Смешно. Не забудь взять с собой пятидесяти пяти галлонную (примерно 200 мл.) бочку смазки.
— Ха. Почему я, разве у тебя нет? — спрашивает она, по-настоящему озадаченная.
— Обычно мне это не нужно.
— О, потому что женщины, которые добираются до твоего дома, — это просто маленькие фонтанирующие Ниагарские водопады двадцать четыре на семь?
— Двадцать четыре — это натяжка. Я бы сказал, что это только во время акта, так что три, обычно четыре часа.
— Оооокей, Казанова, будем надеяться, что ты поддерживаешь этих мифических влажных девушек должным образом увлажненными. Господи, надеюсь, ты предлагаешь им «Гаторейд» на обратном пути, — Сэм фыркает.
Я откидываюсь на спинку дивана и улыбаюсь, глядя в потолок. Подшучивание над Сэм — моя любимая часть дня.
— Что еще, по-твоему, мы должны принести? Какие-нибудь из твоих мощных вибраторов?
— Чтобы сэкономить место, я возьму только маленький. Я назвала его Иэн — просто совпадение, никакой связи.
Мы шутим, но мысль о том, что она назвала вибратор в мою честь (даже если он анатомически неправильный), заставляет мой желудок сжиматься. Обычно я отступал и вел нас обратно к территории дружбы. Сегодня вечером решаю подтолкнуть ее. Это называется распознавать возможность, когда ты ее видишь.
— Как часто ты им пользуешься? — Я слышу, как она шумно втягивает воздух.
— Ха-ха. Йен, давай, нам нужно сосредоточиться, иначе утром нам будет нечего сказать детям. До сих пор мы просто собираемся развернуть презерватив на банане — что, несмотря на то, насколько распространенным это кажется в секс-поп-культуре, я никогда этого не делала. Что, если он сломается? Парни навсегда откажутся от безопасного секса.
— Просто позволь мне с этим разобраться.
— Как ты думаешь, мы должны сочинить рэп или что-то в этом роде, просто чтобы урок легче усвоился?
— Абсолютно, — невозмутимо отвечаю я. — Я собираюсь рискнуть и предположить, что ты уже что-то придумала.
— О, да. Я имею в виду, ничего особенного.
И она незамедлительно зачитывает его.
Меня зовут Сэм, и я здесь, чтобы сказать,
секс может быть веселым и здоровым.
У тебя есть презервативы, смазка и кое-какие игрушки,
но просто скажи «нет» этим беззащитным мальчикам.
— Это все было в твоей голове?
Она ни капельки не смущается, когда отвечает:
— Я сделала это на четвертом уроке. Кроме того, скажем так, я не зря выиграла конкурс талантов в шестом классе.
— Мне нужны эти кадры.
— Пфф. Ты хочешь. К счастью для меня, у моего отца все время была крышечка на объективе видеокамеры.
В разговоре наступает пауза, и мои мысли на цыпочках возвращаются к ее вибратору. Я хочу знать, говорила ли она правду.
— Как давно у тебя Йен?
— А почему тебя это волнует?
— Назови это скукой.
— Если тебе так скучно, у меня есть кое-какие бумаги, которые ты можешь проверить.
— Ладно, тогда назовем это любопытством.
Наступает тишина. Ее шаги эхом отдаются в трубке. Интересно, она сейчас в своей комнате? Дверь закрывается, и она вздыхает.
— Несколько лет.
— Значит, ему, вероятно, нужна замена?
— Я не так уж часто им пользуюсь.
— Бедный маленький Йен.
— Не волнуйся за него, с ним все в порядке.
— А как же ты? У тебя все в порядке?
— Йен... — упрекает она.
— Сэм… — насмехаюсь я.
Клянусь, я слышу, как она открывает и закрывает ящик прикроватного столика. Ухмыляюсь и представляю, как она выскальзывает из пижамных шорт и трусиков. Теперь я хочу сказать, бедная маленькая Сэм. Использовать вибратор вместо настоящей вещи? Она заслуживает лучшего.