90-е: Шоу должно продолжаться 9 (СИ)

— Ну и что ты молчишь? — Кристина посмотрела на меня исподлобья.
— А что тут скажешь? — пожал плечами я. — Я тебя отлично понимаю. И даже восхищаюсь немного.
— Восхищаешься? — фыркнула Кристина. — Блин, распустила нюни как дура… Но я когда зашла в спальню и это увидела под одеялом эту чувырлу…
— Забирайте ваши коктейли и мороженое, — сказала продавщица. — Официантов здесь нету…
— Момент, — я снова встал, подошел к прилавку. Блин, до сих пор умиляюсь этим металлическим вазочкам, от которых пальцы стынут. Ощущение меня возвращает в детство просто на раз-два. Даже что-то вздрагивает внутри от предвкушения неземного счастья. Я уже и мороженое не то, чтобы очень люблю, но как представлю, как буду собирать ложечкой подтаявшее лакомство перемешанное с шоколадной крошкой, мммм…
— Я же только коктейль просила, — сказала Кристина.
— Есть мороженое в моменты душевных потрясений — это классика! — заявил я и вернулся к прилавку за коктейлями. — Ну а вот и коктейль, собственно. Клубничный.
— А у тебя какой? — спросила Кристина.
— Ванильный, — я заглянул в свой стакан.
— Ага… — Кристина задумчиво покрутила в руках ложечку. — Так что мне делать?
— Как видишь, дорогая, я сижу здесь с тобой, — я развел руками. — Знаешь, почему?
— Потому что тебе меня жалко? — надула губы Кристина.
— Ничуть, — я покачал головой. — Потому что я тебя ценю. И мне с моей колокольни чертовски выгодно, чтобы ты приняла решение остаться, несмотря на… вот это все.
— Кобелей надо сразу бросать, — сказала продавщица. — Он только обещают, что это в последний раз, но все равно будут за каждой юбкой бегать.
— Вот видишь, — хмыкнул я. — Я хочу, чтобы ты осталась, но отлично пойму, если ты решишь, что твой эксперимент слишком дорого обходится для твоего самоуважения.
— Хм… — Кристина провела ложечкой дорожку на шоколадной посыпке. Прочертила белую полосу.
— Кроме того, я до сих пор не знаю, как именно ты относишься к Астароту, — сказал я. — Как к подопытному кролику или…
— Я думала, что как к кролику… — после долгой паузы проговорила Кристина. — Но получается, что нет. Наверное… Наверное, я его даже… люблю. Нет, правда, только не смейся!
— И в мыслях не было! — заверил я.
— Когда только все началось, я думала: «Боже, ну какой же он придурок!» — продолжила Кристина. — Но когда познакомилась ближе… Понимаешь, он же совсем не похож на тех парней, с которыми я встречалась раньше. Он в чем-то как ребенок, а в чем-то… Он так быстро изменился. Как будто шелуха облетела, и он стал настоящим. А настоящий Саша… Блин…
Кристина замолчала опустила голову и принялась задумчиво есть мороженое. Я не лез и не перебивал. Но уважения к Кристине, пожалуй что, еще немного прибавилось. Реально, не так много я видел девчонок, которые так честно рассуждают. Без всяких пафосных «я себя не на помойке нашла» или «вот уйду, и он сам ко мне приползет!» Или «да он без меня ноль!»
Причем последнее было бы не то, чтобы очень далеко от истины.
— И ведь он сто процентов потом задерет нос и будет все время пытаться вытереть об меня ноги… — сказала Кристина.
— Именно так, девочка, — сказала продавщица. — Это к гадалке не ходи! Все они одинаковые! Сунул в кого-то свой стручок — и ходит героем!
— Но ты же не позволишь ему такое? — усмехнулся я.
— Погоди, я еще не сказала, что останусь с Астаротом, — насупилась Кристина.
— А по-моему, ты все решила, — пожал плечами я. — Ты же хочешь увидеть, как он по-настоящему станет звездой, а не только среди Оксаны.
— Эту лахудру Оксаной зовут? — прищурилась Кристина.
— Вроде да, — сказал я. — Я не сразу запомнил.
— Так он еще и не один раз с ней виделся⁈ — глаза Кристины снова полыхнули. — И ты ничего мне не сказал⁈
— Второй, — сказал я. — Они на съемках клипа познакомились. На ВДНХ.
— И? — Кристина прищурила один глаз.
— И ничего, — я пожал плечами. — Там была еще толпа ее однокурсников. А когда спонтанная вечеринка завершилась, я эту девицу выставил за дверь. От греха, так сказать, подальше. Но явно отодвинул недостаточно далеко.
 
Кристина несколько секунд смотрела на меня серьезным взглядом, потом захихикала.
— Какой ты… — она подняла глаза к потолку. — Рядом с тобой просто невозможно долго расстраиваться. Даже… Блин, я вот сейчас просто поверить не могу, что это правда произошло! Я пришла, а там другая телка! Как в анекдоте каком-то!
Кристина нервно рассмеялась и снова принялась за мороженое.
— Знаешь, ты прав, — сказала она. — Никуда я не уйду. Если бы дело было только в моих личных шуры-муры — было бы просто. Но у нас-то с тобой договор, так?
— Так, — кивнул я, улыбаясь.
— Значит ты не будешь возражать, если я немного… отомщу? — прищурилась Кристина.
— Надеюсь, «отомщу» — это не «прыгну в постель первому встречному, чтобы козел приревновал»? — спросил я.
— О, нет-нет, я себя не на помойке нашла, — сказала Кристина. И тут я чуть не прыснул. Едва сдержался. — Я по-другому отомщу, тебе понравится…
На губах Кристины заиграла мстительная загадочная улыбка.
— Есть одна просьба, — сказал я.
— Какая? — Кристина подняла на меня взгляд своих изумительно-прекрасных глаз.
— Отложи свою месть хотя бы до послезавтра, ладно? — сказал я. — Нам желательно завтрашнее мероприятие отыграть без эксцессов. И выйти оттуда живыми и по возможности здоровыми.
— Договорились, — серьезно кивнула Кристина и взяла со стола стакан с коктейлем.
Рокерское гетто в ресторане «Новокиневск» обустроили совсем даже недурственно. Ширма отгородила часть зала левее сцены. Там поставили стол и до краев заполнили его разными яствами. От нарезок колбасы и сыра до бадеек с салатами, декорированными сверху цветами из тонких полосок свеклы, морковки и огурцов. Каких-то особых деликатесов я не наблюдал, все было дешево, сердито и нажористо. Винигрет, оливье, еще какие-то майонезные салаты. Но оформлено в духе ресторанного лоска. Когда я пришел, официанты как раз расставляли на стол бутылки водки.
— Слишком щедро, Боба, — сказал я. — Рокеры, конечно, могут играть в любом состоянии, но я бы не рисковал… Лучше с собой им выдай по бутылке. После.
— Да без проблем, Вован, раз ты так говоришь, значит так и сделаем, — Боба хлопнул меня по плечу. — Эй, гарсоны! Слышали, что Вован сказал? Оставьте на столах чисто символически, остальное тащите в подсобку. Вован, ты же знаешь, где подсобка? Нет?
Суеты в подготовке особой не было. Официанты делали свое дело с меланхоличными и сосредоточенными лицам ко всему привычных людей. Боба периодически мешался у них под ногами, но, в целом, тоже особо не суетил. Судя по количеству выпивки и закуски, банкет планировался прямо-таки космических масштабов.
Мне показали, куда поставили ящики.
— В натуре, всю ночь не спал, репетировал, не поверишь! — доверительно прошептал мне Боба, когда мы снова вышли в зал ресторана.
— Мандражируешь? — усмехнулся я.
— Не то слово, — Боба привалился к колонне и потер пальцами лоб. — Как институтка перед экзаменом! Блин, слово-то какое! Институтка… Хех. Сразу неприличные ассоциации разные в голову лезут.
— Все будет отлично, — сказал я и посмотрел на часы. Десятиминутная готовность…
Гости приходили двумя волнами. Сначала никого не было, пустой зал полностью откупленного ресторана сиял готовностью. Из праздничного декора имелся только длинный транспарант почти в советском духе: «С юбилеем, Француз!» Потом снизу раздались голоса. Мужские и женские. Смех. И по лестнице повалил народ, будто кто-то там внизу открыл портал в ад. Точнее, из ада.
«Время малиновых пиджаков пока не наступило», — думал я, наблюдая, как за столиками рассаживаются бритые громилы с трениках, толстячки в плохо сидящих костюмах, вульгарные дамочки в платьях с блестками, поджарые и опасные даже на вид товарищи в свитерах и джинсах, стройные длинноногие девицы в экстремально коротких юбках и чулках сеточкой…