90-е: Шоу должно продолжаться 9 (СИ)

Блин, собирался же с мамой поговорить на эту тему! Ладно, еще поговорю. Идей много, все разом все равно не реализуешь.
Я спустился по лестнице. Удивился, что тихо, не слышно, чтобы играли. Хотя было видно, что дверь приоткрыта.
— Здорово, орлы, — сказал я, оглядывая комнату. Кирюха сидел на стуле и тихонько перебирал струны акустической гитары. Бельфегор сидел за столом и торопливо переписывал конспект из одной тетрадки в другую. Бегемот жевал пирожок. Макс читал книгу. Надя смотрелась в крохотное зеркальце. — Какой-то у вас вид загадочный, что-то случилось?
— Астарота ждем, — вздохнул Кирилл.
— Фигассе он опаздывает, — я посмотрел на часы. — Часа полтора ждете? Звонили ему?
— Ага, — не отрываясь от тетрадки, сказал Бельфегор. — Он не берет.
— Да ладно, бывает, — развел руками Бегемот. — Может его мама припахала. Или еще что.
— Может и так, — хмыкнул я. — Но у нас концерт уже завтра, так что неплохо бы быть в курсе, что не так. Ладно, я все равно уже промок, сгоняю до Сани. Если что, к маме тоже загляну.
— С тобой сходить? — встрепенулась Надя.
— Да не, незачем, — отказался я. Хрен знает, что такое с Астаротом. Может он в очередной раз психанул, и тогда будет лучше, если никаких дополнительных свидетелей не будет. Или еще что-то…
Я снова выскочил на улицу, заранее подняв повыше воротник. Погодка все-таки — бррр! Но сам по себе дождь — это неплохо. Быстрее снег растает. Если, конечно, нового ночью не навалит.
Я слышал, как внутри квартиры Астарота надрывается звонок, но больше никаких звуков через дверь не проникало. Блин, вот же дряньство! Реально же, что угодно могло произойти. Астарота запросто могли какие-нибудь гопники избить, и сейчас он, например, валяется в больнице. Или вообще в морге. Случилась бандитская перестрелка, шальная пуля — и адью. Или, реально, он сам на что-то обиделся, заперся внутри и старательно делает вид, что его дома нет. Можно, в принципе, найти его домохозяев, попросить у них запасной ключ… Или слесаря вызвать из ЖЭКа… Кстати, да. Можно же сейчас дойти до квартиры его мамы, внушить ей тревожных мыслей, и она быстро поднимет всех, кого надо, на уши. Или еще можно…
Я еще раз надавил на кнопочку звонка и прислушался. Кажется, пол скрипнул? Или показалось?
Тут глазок с той стороны потемнел.
— Кто там? — раздался из-за двери женский голос. О как… Внезапно!
— Доставка пиццы, — хмыкнул я.
— Сейчас, подождите, тут какой-то сложный замок… — сказала из-за двери незнакомка, и через пару минут возни, дверь распахнулась. — Ой, а я вас знаю…
— Аналогично, — усмехнулся я, в первую же секунду опознав, кто это передо мной. Это была «некрасивая подруга» той девушки из парка ВДНХ. В клетчатом пальто. И пальто это, кстати, тоже висело на вешалке.
— Саня дома, лапуля? — спросил я. Отстранил ее и шагнул в прихожую.
— Они вроде спят еще… — сонно проговорила девушка.
— Они? — я приподнял бровь. — В смысле Астарот и та девушка в клеточку?
— Ну да, Оксана… — рассеянно кивнула «некрасивая подруга». Точно. Оксана. В прошлый раз я даже не потрудился запомнить. А зря, как выяснилось.
Я закрыл дверь и повернул собачку замка.
— А скажи-ка мне, милая барышня, как вы с Оксаной вообще здесь оказались? — негромко спросил я, стягивая мокрую куртку.
— Ну… он позвал нас в гости, а мы согласились… — сказала «некрасивая подруга». Я внимательно ее осмотрел. Вид у нее был помятый, будто она так в одежде и спала. На диване в гостиной. Или вообще в кресле, потому что из скромности диван занять не решилась.
— Пойдем-ка на кухню, лапочка, — я увлек девушку за собой и прикрыл дверь. Огляделся. Заглянул в чайник. Долил в него воды и поставил на плитку. — Давай, детка, время исповедоваться. Излагай подробности.
— А вы, собственно, кто? — спросила девушка, потихоньку просыпаясь. — И каким боком вас это касается?
— Я, собственно, продюсер группы «Ангелы С», — усмехнулся я. — У которой, кстати, завтра концерт, за который уже заплачено. И если кое-кто там облажается, то его будут бить. И возможно даже ногами. Я доступно изъясняюсь?
 
— Ой, — виновато насупилась девушка. Имени ее я до сих пор не знал, но знать, в общем-то, и не хотел. — Я ей говорила, что не надо…
— Ей — это Оксане? — уточнил я.
— Ну да, — кивнула девушка и пригладила растрепанные волосы. Модный тренд сезона — начес, залитый фиолетовым лаком, и в своем идеальном виде смотрится по-уродски. А уж если лечь с такой прической спать, то утром на голове и вовсе уж какое-то воронье гнездо получается. Ладошками точно не пригладить.
— Так, — кивнул я. — И что же не надо?
— В общем, она мне вчера сказала, что мы же знаем, где Астарот живет, — сказала девушка. — И предложила его подкараулить, с понтом мы случайно тут гуляем, и вот встретились.
— И судя по тому, что вы здесь, этот план-капкан сработал? — хмыкнул я.
— Ага, — кивнула девушка. — Ждали мы только долго, у меня руки отмерзли, я перчатки дома забыла… А потом она говорит: «Наська, вон он идет!» А мы договорились, что мы вроде как ходили навещать бабушку. У нас даже с собой сумка была, с соленьями и домашней наливкой. У нее мама такую наливку делает из черной смородины, просто конфетка…
— Не отвлекайся, пожалуйста, — перебил ее я. — Итак, вы увидели Астарота. Что было дальше?
— Ну… — смутилась девушка. — Я поставила сумку на скамейку и сделала вид, что завязываю шнурки. А Оксанка с понтом меня подгоняла, мол что я копаюсь. А потом как завизжит: «Наська, смотри, это же Астарот!» Я чуть не оглохла, она прямо в ухо заорала!
— А он что? — хмыкнул я.
— А он нас сразу узнал, — сказала девушка. — Тогда Оксанка его спрашивает, что он тут делает. Типа, это же дом ее бабушки. И типа не знает, что он тут живет. А он говорит: «Ты че, ты же у меня в гостях была!» А она, такая: «Ой, точно! Я была такая пьяная, что забыла, прикинь?» А он тогда говорит: «Вы же у бабушки были, чего у тебя подруга такая замерзшая?» А она ему: «Наська на улице ждала, пока я банки эти все заберу».
Больше я не перебивал, слушал во всех подробностях, как Астарот сначала просто стоял с ними болтал, потом предложил зайти к нему погреться и попить чаю. Потом в дело пошла черносмородинная наливочка. Как Оксана полезла к нему целоваться, а он сначала говорил, что у него есть девушка, но после еще двух стопок и уговоров, что, мол, да никто не узнает, твоя девушка тебя не ценит, а я тебя по-настоящему люблю… Астарот сдался, и они с Оксаной удалились в спальню. А Настю оставили одну. И она заснула уже только под утро. И спать ей пришлось в кресле, потому что диван был мокрый, они на него пролили воду из вазы, пока танцевали.
— Понятно, — кивнул я задумчиво. Что ж, когда-то что-то подобное всяко должно было произойти?
— Сколько сейчас времени⁈ — девушка вдруг с ужасом посмотрела на часы. — Эти часы правильно идут?
— Половина второго, — сказал я, глянув на свои наручные. — Отстают минут на пять, а так да, правильно.
— Мне же срочно нужно бежать! — сказала девушка. — У меня же… Пожалуйста-пожалуйста, скажите Оксане, что мне правда срочно было надо уйти, а то она обидится!
— Обязательно, — хмыкнул я. И девушка выскочила из кухни как раз в тот момент, когда на плите закипел чайник.
Я задумчиво его выключил, слушая, как в гостиной, стараясь не шуметь, собирается «некрасивая подруга». Потом хлопнула дверь, и стало тихо. Я снова вышел в коридор и закрыл замок. Потом неспешно направился в спальню.
Картина маслом. В позе морской звезды частично прикрытой одеялом, дрых Астарот. Здесь же на кровати валялась его козырная косуха. Видимо, как элемент сексуальных игр использовался. А на его плече безмятежно посапывала эта самая Оксана.
Я придвинул к кровати стул. Намеренно прогрохотав его ножками по полу. Сел и деликатно откашлялся.
— А? Что? — Астарот дернулся, приподнялся на локте и продрал глаза.
— Ну Астароооот, давай еще поспим… — промычала Оксана.