90-е: Шоу должно продолжаться 9 (СИ)

— Вот здрасьте, — засмеялся я. — А чего не решался-то? Мы же договорились!
— Ну… — парень замялся и прижал к себе объемную спортивную сумку. Наверное, из-за нее я на него внимания и не обратил. Был бы кофр видеокамеры, понял бы, что это и есть наш оператор.
— Кстати, хотел спросить, — я оглядел парня с ног до головы. Выглядел он как типичный такой «ботан». Разве что без очков. — Почему ты хочешь работать бесплатно?
— В общем… — замялся Витя. — У нас чтобы сдать зачет, нужно снять и смонтировать как бы телевизионную передачу. Чтобы было интервью, игровые вставки и…
— А, это как Стас в прошлый раз снимал, да? — обрадованно воскликнул Бельфегор. — Когда мы «монаха» в лесу снимали?
— Да-да, — закивал Витя. — Его теперь нам в пример приводят. И я подумал, что…
— Ясно, — кивнул я. — Ну что, потопали?
Попасть на в новокиневский парк ВДНХ можно двумя путями — по пологой дороге, если до ее начала доехать на каком-то мифическом автобусе с неизвестным графиком движения. И по крутой эффектной лестнице со стороны центрального рынка. Она мне всегда нравилась, почти как на алматинском «Медео». Именно этим путем мы и пошли, ясен пень. Я подумал, что съемки можно оттуда и начать как раз. Во-первых, у этой лестницы очень эффектные площадки. А во-вторых… Да никакого во-вторых, просто лестница классная, и мне всегда нравилась.
Правда, чтобы на нее попасть, пришлось у подножия холма пролезть через дыру в заборе, потому что ворота были закрыты, а будка кассира рядом с ними — намертво заколочена.
Официально парк был закрыт, но никакой охраны или чего-то подобного там не было. И, судя по продуманно выломанному штырю в решетчатом заборе и протоптанную к этой дыре тропинке, горожане отсутствием охраны регулярно пользовались.
— А я слышал, что ВДНХ построили на месте старого кладбища! — заявил запыхавшийся Бельфегор, когда мы преодолели лестницу почти до половины. — Там хоронили преступников или кого-то вроде. И когда Советская власть пришла, то сказала, что хранить память об убийцах и ворах незачем, вот кладбище и упразднили…
— А я слышал, что там сатанисты собираются! — с заговорщическим видом сообщил Бегемот. — И ночью устраивают жертвоприношения и танцы!
— Голыми пляшут? — деловито полюбопытствовал Макс.
— Задницы отморозят голыми-то сейчас плясать, — фыркнул Астарот. И тряхнул волосами.
Сегодня кроме меня, «ангелочков», Вити и Ляли, никого не было. У Евы и Кристины началась очередная сессия в их психологической академии, Лариска была в школе, а у Светы было чем заняться и кроме нашей беготни по тающим сугробам и заброшенным памятникам советским достижениями.
— Давайте отсюда поснимаем? — предложил Витя, поставив сумку на лавочку на предпоследней площадке. — Вот если я там встану наверху, а ребята будут подниматься по лестнице…
На меня свесили сумку, кофр, чехол от фотоаппарата, и я, чтобы не мешаться под ногами, поднялся на самый верх и присел на металлические перильца. Ну поглядим, что получится у этого оператора… В общем-то, это такой же студент, как и Стас. Да и сейчас нужно скорее не суперкачество с точки зрения операторской работы, а количество. Чем больше «ангелочков» будет в инфопространстве Новокиневска, тем лучше. Какой-то клип у этого ботаника-Вити все равно получится.
«Ангелочки» внизу хором заржали, снова сбежали по ступенькам до предыдущей площадки и стали медленно подниматься наверх.
От ближайшего к лестнице павильона раздалось девичье хихиканье. Я оглянулся. Ага, не только нам пришла в голову идея сходить погулять на ВДНХ в этот теплый весенний день.
Скамейку между прудом, по которому летом скользили лодочки, и стеклянной витриной центрального павильона ВДНХ оккупировала компашка молодежи. Старшие школьники или младшие студенты, фиг их разберешь. Преимущественно девушки, но парни там тоже были. Радостные все такие, солнечные, как и погода сегодня. Наверное, пару прогуливают, поддавшись весеннему настроению.
— Ребята, можно я скажу свою идею? — робко сказал Витя, когда лестницу снимать закончили и поднялись на верхнюю площадку.
 
— Ну? — Астарот вопросительно посмотрел на него. — Что замолчал-то?
— В общем, я слушал ваш альбом, там есть одна песня про каменных истуканов, про идолы… — осторожно заговорил Витя.
— Да, есть, — кивнул Кирилл. — «Жертвоприношение».
— Когда Велиал предложил снимать на ВДНХ, я сразу вспомнил про одно место, — Витя начал быстро-быстро тараторить. — Там в дальнем конце, почти на обрыве, есть такая площадка, где шесть статуй. Они такие страшные, облезлые, туда никто почти не ходит, даже дорожка заросла.
— Да, я тоже видела! — воскликнула Ляля. — Там еще звезда на асфальте, большая такая…
— Ну и вот я подумал, что статуй шесть, и вас тоже… — Витя замялся. — Можно это обыграть. Ну, вот как бы идет Астарот, подходит к статуе и растворяется в постаменте… Я смогу так смонтировать!
— Прикольно, — Бельфегор оживился. — Такая магия получится! Давай, показывай дорогу, где там твои статуи! Я никогда их не видел, мне интересно!
— Простите! — кто-то подергал меня на рукав. Я оглянулся. За моей спиной стояли две девушки из той самой компании, которая заседала на скамейке.
— Чем могу служить, дамы? — я снял с головы воображаемую шляпу и изобразил поклон.
— А это же группа «Ангелы С», правда? — громким шепотом спросила одна, в короткой юбке и клетчатом пальто.
  
Глава 18
 
— А можно еще, как будто они в царя горы играют!
— Да-да, точно! Если вот ты, Витя, такой снимаешь сначала у себя под ногами, типа бежишь вперед, а потом такой вид сверху, а остальные внизу!
— А потом вон из-под тех деревьев, издалека — сугроб, на вершине Астарот, в снизу все остальные, типа мертвые тела валяются.
— А потом все сидят и смеются!
— Нет, лучше такой кучкой обнимаются не вершине и прыгают!
«Можно ли заниматься сексом на площади Советов? — подумал я. — Можно, но советами замучают!»
Съемки клипа превратились в задорную и шумную тусовку. Компания действительно оказалась студентами-первокурсниками из педа. Препод заболел, у них образовалось окно, и девчонки с парнями решили не упускать хорошую погоду и погнали на ВДНХ. А тут мы со своими съемками. Да еще и в весьма веселом и общительном настроении.
Началось все, конечно же с «ой, а можно мы тихонько постоим и посмотрим, а?», но постепенно переросло в непрекращающийся поток свежих идей для очередных кадров. И не сказать, что плохих идей. Во всяком случае, у нашего оператора Вити их столько точно не было, когда он эту съемку планировал. Его бледное робкое лицо окрасилось румянцем азарта, руки подрагивали, а в ход пошла уже третья кассета.
— Ооо, какие же вы офигенные! — та самая девушка в короткой юбке и пальто в клеточку с восхищением смотрела исключительно на Астарота. Как и ее подруга, невысокая и пухленькая. За врем курсирования по парку мы успели познакомиться, ясен пень, но имен их я запоминать не стал. Они были какие-то обычные такие, повседневные. Лена или Света… В будущем, если пойдут по выбранной профессиональной стезе — Елена Ивановна и Светлана Петровна.
— А можно с вами сфотографироваться? — робко спросила пухленькая. — Слава, у тебя же еще остались кадры на пленке?
Бравый парень Слава с готовностью расчехлил свой «Зенит», девчонки встали по обе стороны от Астарота и синхронно сложили головы ему на плечи. Слава присел и прицелился своим объективом.
— Замрите! — скомандовал он. Девушка в клетчатом обхватила Астарота за талию и прильнула еще ближе.
Щелк.
— Готово! — сказал Слава.
Но девушки не торопились отходить от нашего фронтмена.
— Скажите, Астарот, а что когда будет ваш новый сольный концерт? — спросила она, все еще прижимаясь к нему всем телом. — Мне не досталось билетов на прошлый, я теперь очень жалею…
— Пока не знаю, — Астарот пожал плечами. Вид он имел счастливый и самодовольный. К парочке самых активных подружек присоединились еще три девчонки и парень. Они засыпали Астарота кучей противоречивых вопросов.