90-е: Шоу должно продолжаться 9 (СИ)

— Это можно, — кивнул Стас.
— О, а это придаст кадру определенную интригу, так даже лучше! — сказала Алена.
С одной стороны — весьма раздражающая девица. Никакого тебе понятия о субординации. Лезет, когда не просят. С другой… Она ведь реально дело говорит! Так что я подавил в себе сиюминутное желание выгнать наглую соплячку вон. Даже наоборот, стал внимательнее к ней приглядываться.
— Я поняла, — Рита кивнула.
— Главное, когда задаешь вопрос, не смотри в камеру, смотри на Леонида… На Лео, поняла? — сказал Жан.
— Попробую, — Рита пожала плечами и села на диван. — А можно сразу вопросы? Или нужно сначала зрителей поприветствовать?
— Начинай с вопросов, — сказала Ирина. — Стас, давай. Мотор!
— Кадр один, дубль два, — невозмутимо проговорил Стас и снова уткнулся в глазок своей камеры.
Рита повозилась, устраиваясь поудобнее, оперлась на подлокотник и поджала под себя ногу. Улыбнулась смущенно.
— Лео, у меня вот какой вопрос, — сказала она и бросила быстрый взгляд в камеру. — Как назывался ваш первый фильм, и как вы искали для него актеров?
— Ох, это не те вещи, о которых хотелось бы вспоминать, — усмехнулся Леонид Карлович. — Но раз уж у нас с вами тут откровенный разговор, то так и быть, расскажу. Дело было так. У одного моего приятеля, волею судеб, оказалась кассета с немецким порно. Там была история про водопроводчика и домохозяйку, если вы понимаете, о чем я…
Рита покраснела, захихикала и прикрыла лицо руками.
— Ой, извините! Давайте заново!
— Вы продолжайте, продолжайте! — сказал Стас. — Это все равно пока черновик.
— Можно, да? — Леонид Карлович приподнял бровь. — Так вот, мы с приятелями выпивали и смотрели эту самую кассету. А я, надо сказать, киносъемками с детства увлекался. Сначала у меня была кинокамера «Спорт», мне ее на десятилетие подарили. Потом сменил ее на «Лантан». А когда появились видеокамеры… Так, но речь не об этом. В общем, тот самый мой приятель и говорит: «Жалко, что непонятно ни черта, что они там гавкают! Вот бы на русском говорили!» Ну и как-то слово за слово, медленно, но верно, все повернулись ко мне. А мы тогда были уже подогретые изрядно, так что я им и говорю: «А давайте! Кто из вас готов сниматься?» И что-то такой нас всех азарт разобрал, ты знаешь!
— А актрису где нашли? — Рита смотрела на Леонида Карловича, или, пожалуй что, уже на Лео Махно, практически не мигая и приоткрыв рот. Щеки пунцово полыхали.
«А неплохо… — подумал я. — Надо еще на видео посмотреть, но Рита прямо милашка…»
— Да была у нас заводная соседка, — Леонид Карлович смущенно рассмеялся. — Как говорится, разбитная разведенка. Мы к ней пришли всей делегацией, обсказали ситуацию. А она говорит: «У вас крыша что ли потекла, мужики⁈» Мы давай убеждать, что это для искусства. Костя за шампанским сбегал. И коробку конфет притаранил. Фильм ей показали тоже… В общем, согласилась она.
— Достаточно! — сказал Стас. — Давайте посмотрим, что получилось…
— Эй, так нечестно! — возмутилась Алена. — На самом интересном месте же!
— Не волнуйся, детка, я эту историю еще раз расскажу, — засмеялся Леонид Карлович.
Стас вывел картинку на экран телевизора. Мы просмотрели отснятое, чуть не столкнувшись лбами.
— Я же вам говорила! — Алена выдула победный пузырь из своей жвачки.
— Ой, я не думала, что я такая толстая… — смущенно проговорила Рита и закрыла лицо руками.
— Ничего ты не толстая! — Алена обняла журналистку за плечи. — Ты какая надо!
— Да, лицо и правда надо прикрывать… — Леонид Карлович задумчиво почесал подбородок.
— А может сразу маску надеть? — неожиданно раздался голос Наташи. — У нас там валяются детские картонные. Зайчик, лисичка. Даже лев, кажется есть. Лев — Лео, отлично же!
— О, это как я тебя не заметил⁈ — дядя Вова, который из творческого процесса устранился и не мешал, тут же вышел из своего угла. — Ты сюда с другой планеты телепортировалась?
— Ага, прямо с Альфа Центравра, — Наташа дернула плечом. Она была сегодня очень ярко накрашена и одета в длинное черное платье, в котором она как-то уже выступала в «Фазенде».
 
— Слышьте чо, телевизионщики? — сказал дядя Вова. — А вы вот ее посадите вопросы задавать! Тогда ваша передача будет ну полный отвал башки!
— Вроде Рита нормально смотрится… — медленно проговорила Ирина. — Хотя что мы теряем? Наташ, ты как, поучаствуешь?
— А что надо делать? Интервью брать? — прищурилась Наташа.
Все заговорили разом, объясняя Наташе, кто во что горазд. Жан тыкал пальцем в свои листочки с записями, Алена что-то говорила на одно ухо, Ирина — на другое.
— Так, все! — Наташа всплеснула длинными руками, стянула теплую кофту, обнажив свои худые плечи. Посмотрела на Леонида Карловича и подмигнула. — Ну что, зажжем?
Они направились к дивану. Отец Евы сел на свое место, сложил руки на коленях. Наташа плюхнулась рядом с ним.
— Главное, не смотри в камеру! — снова сказал Жан.
— Давайте, поехали! — скомандовал Стас и включил запись.
Наташа подалась вперед всей собой, придвинулась к Леониду Карловичу вполтную. И глядя ему прямо в глаза, спросила:
— А вы правда порнограф?
  
Глава 17
 
Я тихонько вышел вслед за Жаном. Никто этого маневра не заметил, все увлеченно следили за интервью Наташи с Леонидом Карловичем.
Когда отсмотрели пробные видосы, некоторое время спорили. Пробы Риты были неплохи, при определенной доработке — очень даже на уровне. Но демарш Наташи был… как бы это… предсказуемо эпатажным. Прямо-таки шок-контент. Так что спор велся между двумя позициями — «о, ужас, так же никто не делает!» и «так никто не делает, и это круто!»
— Замолчите все! — сказала Ирина, схватилась за голову и прикрыла глаза. — Мне надо подумать…
С минуту стояла тишина, потом Ирина открыла глаза и кивнула.
— Наверняка потом скажут, что так нельзя, и все такое… — проговорила она. — Но ведь если сделать все просто хорошо и средне, то ведь и говорить будет не о чем? Мы не первый частный телеканал. И уже даже не второй. Наташа, ты как? Согласна записать интервью?
Все сначала снова зашумели, потом началась деловитая суета, уже вполне осознанная такая. Потом снова врубили прожектора, и в комнате стало жарко.
— Лео, вот ты мне скажи… Ничего, что я на ты, ладно? — Наташа придвинулась к Леониду Карловичу и приобняла его за плечи. — А у твоих актеров как с личной жизнью? Они только между собой женятся?
— Ну, у меня пока что не было возможности провожать кого-то на пенсию, — засмеялся Леонид Карлович.
Жан в жаркой дискуссии участия не принимал. То есть, он в начале пытался поспорить, но как-то быстро сник, замолчал и отошел в сторонку. Когда началась съемка, он стоял у самой дальней стены. Потом распустил узел галстука. А потом тихонько вышел за дверь.
«Задвинули парня», — подумал я и тоже вышел из павильона и плотно прикрыл за собой дверь.
— Расстроен? — спросил я, усаживаясь на подоконник рядом с ним.
— Есть немного, ага, — не стал кривляться Жан. Стянул галстук через голову, посмотрел на узел. Вздохнул. — Сложно стало с Иркой сейчас. Когда она… ну, вот это все. Только про работу думает. Прикинь, на свидание тут ходили, так она в какой-то момент сорвалась с места и побежала к бармену, просить телефон. Позвонить кому-то надо было срочно.
— Держись, — я положил руку ему на плечо.
— Отец говорит, бросай ее, — криво усмехнулся Жан. — Мол, женщина должна борщи варить, а твоя с какими-то толстыми мужиками все время носится.
— Ты же понимаешь, что это все ерунда насчет борщей? — хмыкнул я.
— Понимаю, — вздохнул Жан. — Я и хотел сейчас в эту передачу, чтобы… ну…
— С Наташей трудно конкурировать, — я подмигнул и хлопнул Жана по плечу. — По-моему, ты зря загоняешься. У тебя вообще-то журнал. И газеты еще какие-то выходят, я за новинками даже следить не успеваю. Зачем тебе еще и телевизор? Или с «Африкой» что-то не так?