90-е: Шоу должно продолжаться 9 (СИ)

Про гипотетическую личную жизнь Наташи я, конечно, думал периодически. Но никого из местных моих друзей-приятелей рядом с этой безумной девицей представить не мог. А вот дядя Вова…
Хм…
Я еще раз посмотрел на них.
Теперь они уже сидели рядышком на стульях и о чем-то спорили. Друг друга при этом не касаясь. Как будто каждый боялся, что если дотронется до другого, то волшебство исчезнет.
И вот эта самая обстановка — когда двое только что познакомившихся людей «обнюхивают» друг друга, а остальные тихонько забились по углам, чтобы им не мешать, продолжалась до тех пор, пока Наташа не умчалась в институт. Несколько раз оглянувшись в дверях.
— Так, о чем мы тут с вами говорили, мальчишки и девчонки? — дядя Вова запустил пятерню в волосы и шумно выдохнул.
— О нашем телеканале, — живо включилась Ирина, которая последние минут пятнадцать сидела, как на иголках. — Вы говорили, что…
— Ах да, вспомнил! — дядя Вова энергично кивнул. — Короче, мне все нравится! Я опасался, что вы тут просто скопище мечтателей и прожектеров, но уже вижу, что нет.
Фиг его знает, встреча с Наташей его так раззадорила, или еще что. Но выглядел он так, будто готов прямо сейчас расстегнуть портмоне и начать швырять в нас пачки денег.
— Давайте так договоримся, — дядя Вова посмотрел на меня. — Я пока звякну одному человечку, а вы… В общем, там посмотрим, как пойдет, но мне нужно, чтобы вы на низком старте были. И готовы были в любой момент стартовать. Ясно вам?
— Ясно, — за всех ответил я.
— Вот и ладушки, — дядя Вова тряхнул головой, будто ему сложно было сосредоточиться. Потом шагнул к двери, нахлобучил на голову кепку и махнул рукой. — Бывайте, орлы! Завтра позвоню. И это… Наталью вашу берегите, это моя будущая жена, зуб даю!
— … а с Шуриком я вас познакомлю, он отличный, правда, — рассказывала Ирина. — Он друг Стаса, училище уже закончил, но работает сейчас не оператором, а санитаром в больнице, его родители устроили. Но парень правда талантливый.
— Это белобрысый такой парень, щупленький? — уточнил я, припомнив, что вроде он бегал с камерой на «муке».
— Да-да, — закивала Ирина. — За студийные съемки у нас будет отвечать Стас, а Шурик будет на оперативных выездах. Новости снимать, и все такое.
— А ты уже думала про концепцию телеканала? — спросил я. — Музыкальный, как вы тогда с Жаном обсуждали?
— Ну… — замялась Ирина. — Жан считает, что нужно именно музыкальный. Хит-парады, концерты, клипы. А мне кажется, что это как-то… неперспективно. Он вроде тоже сначала хотел сделать музыкальный журнал, но сейчас в «Африке» музыки все меньше и меньше, и все больше личной жизни и всяких проблем. И еще… Это сначала только кажется, что музыка — это неисчерпаемый источник. Но может это где-то в Москве так, но у нас тут уже через месяц придется повторяться. Особенно если мы будем выходить не один раз в неделю, как я сначала хотела, а пять или шесть, как Владимир настаивает…
— И к чему ты в результате пришла? — спросила Света.
— А название придумала? — спросил я.
— Я думала, но сейчас мне кажется, что оно какое-то глупое и даже детское, — нахмурилась Ирина. — И концепция…
— Ириш, ты чего скуксилась? — я подсел к ней поближе и дружески обнял за плечи. — Если тебе нужен мозговой штурм, так и скажи, и мы тут же включимся в работу. Тем более, что тут как-то все ускорилось, низкий старт вон уже требуется.
— Мне страшно, — призналась Ирина. — Раньше я как будто просто мечтала, что вот у меня будет свой телеканал, я все сделаю по-своему, получится обязательно круто. Но оно все было далеко, понимате? А тут — бабах! — пыльным мешком по голове. И чтобы завтра все было готово. А еще лучше — вчера. А у меня из всего готового — только несколько записей в блокноте.
— А чего молчала? — нахмурилась Света. — Мне вот тоже интересно было бы подумать…
— Так вы же все время заняты, отвлекать как-то… ну… неудобно… — замялась Ирина.
— Отвлекать, ха! — я засмеялся. — Да мы, можно сказать, мечтаем, чтобы нас отвлекли!
 
— Ну… ладно, — Ирина решительно кивнула. — В общем, я подумала, что хочу… как бы это сказать… чтобы у меня был телеканал про людей. Я много смотрела разных телепрограмм в последнее время, просто чтобы подумать. И в какой-то момент разозлилась. Выходит так, что у нас все крутые личности живут в Москве. И мы здесь у себя тоже смотрим только про них. Вроде бы, у них там жизнь интересная, а у нас…
— В своем отечестве пророков нет, как писал классик, — покивал я.
— Как-то я бестолково все объясняю, — вздохнула Ирина. — В моей голове это все звучало как-то значительнее.
— Ну почему же, нормально объясняешь, — пожал плечами я. — Местное телевидение должно быть о местных, тут я с тобой согласен.
— Да, было бы здорово делать передачи про наших собственных звезд, — согласилась Света. — У меня, например, сосед делает миниатюры. Домики, людей, деревья. Крохотные такие, люди размером с половину спички. Но все как живое смотрится… Но про него никто не знает, даже обидно…
— Ага! — глаза Ирины загорелись. — У меня есть знакомая художница. У нее в Москве уже было три выставки, а еще она в Германию ездила два раза уже. На поезде. От нас, оказывается, можно на поезде до Берлина доехать.
— Ого, — удивилась Света. — А туда же еще вроде виза нужна какая-то?
— Да, там все непросто, — сказала Ирина. — Нужно ехать в консульство, там стоять в очереди, чуть ли не с номером на ладошке. В общем, она у нас в гостях была, рассказывала. А я подумала, что как было бы круто об этом всем передачу снять!
— О, я бы тоже посмотрела! — еще больше оживилась Света. — Слушай, а почему у нас ее выставки не делают?
— Да вот как раз поэтому! — воскликнул Света. — Потому что наши все смотрят только на москвичей! А у нас, вроде как, никого интересного быть не может.
— Слушай, а ведь да… — задумчиво проговорила Света. — С рок-клубом та же история ведь. Женя Банкин как-то жаловался. Что как в стену долбишься. Хочешь концерт организовать, а руководство площадки тебе, такое: «Что? Местная группа? Фи… Вот если бы из Москвы…» А наши играют точно не хуже.
— Но меня кое-что смущает, — сказала Ирина. — Наше государственное телевидение — оно вроде как тоже про местных. Но кроме пары-тройки программ, оно как будто до сих пор советское. Про выполнение плана, надои молока с одного гектара пшеницы и вот это все. И мне вроде бы кажется, что у меня все будет по-другому, но…
— Так, стоп! — я хлопнул Ирину по коленке. — Ты пытаешься дуть на воду, еще даже не начав работать. Понятно, что когда-то наступит какой-то кризис. Но давайте будем решать проблемы по мере их поступления. Миссия понятна, и мне нравится. О людях и для людей. Но чтобы быть готовыми выйти в эфир ко вчерашнему дню, нужна конкретика.
— Да-да-да, — Ирина вскочила и подбежала к своей сумочке. За блокнотом. Вторым, а не тем, с которым она дяде Вове свои идеи рассказывала. — В общем, я кое-что уже себе тут набрасывала, сейчас… Я раньше думала, что ни за что на свете не буду делать новости, но потом поняла, что без новостей вообще нельзя. Просто надо их подавать немного иначе, чем все.
— Например, можно чтобы новости с экрана рассказывал кот, — раздался от входной двери голос Наташи.
— Ты же в институт ушла! — удивилась Света.
— Я передумала, — Наташа скинула пальто и бросила его на стол. — Я в таких растрепанных чувствах, что мне нельзя в институт. Меня выгонят. И отчислят. И… Так, все! Мне нужно срочно занять чем-то мозги!
— Новостями от кота? — усмехнулся я.
— И ничего смешного! — огрызнулась Наташа. — Сейчас тревожные и страшные времена. А кот — символ уюта и покоя. Да блин! Я вчера смотрела телек, а кот пришел и сел перед ним. И я смотрела на кота. И это было даже лучше, чем очкастый диктор, у которого еще улыбка кривая. Так что если посадить кота вместо диктора…
— Новости от кота Бегемота! — воскликнула Ирина. — У тебя какой кот?