Красная дорама (СИ)

Все бы ничего, для бодрого старта вверх самое дно — как раз то, что доктор (не У) прописал: есть от чего хорошенько оттолкнуться. Беда в другом: я абсолютно не в курсе здешних правил игры. В местных реалиях ориентируюсь, как свинья в апельсинах. И при первом же серьезном проколе снизу мне в это мое «дно» постучат — а затем твердь разверзнется, и кану я уже и вовсе в бездну. Цацкаться со мной никто тут не станет — это все-таки Северная Корея! Пока мне просто невероятно везло — ни простодушный Пак, ни «Весельчак» У, ни тот полицейский лейтенант «колоть» меня всерьез не пытались. И то пару раз я прошел по самой грани! Что же будет, если дам кому-нибудь повод взяться за меня по-настоящему? А я его рано или поздно дам, тут к бабке не ходи!
К бабке я, впрочем, тоже уже сходил. Ох и устроила мне бабка…
Короче, вопрос лишь в том, что произойдет раньше: я заполучу нужную мне как воздух информацию — или благополучно засыплюсь. А значит, задача номер один: по максимуму набраться знаний. Вот только как это сделать?
Нет, есть один действительно реальный вариант: когда время здесь подойдет к моменту моего расставания с Цой, авось, мудан сообразит, что вышла незадача, соблаговолит ответить на мои ментальные потуги — и все как-нибудь наладит. Например, даст-таки мне обещанную память прежнего Чона.
Случись так — даже прощу ей эту голимую подставу с Севером вместо Юга! Вот честное слово, прощу!
Может все подобным образом сложиться? Вполне может. Хотя это было бы, конечно, слишком хорошо. Надеяться на такое — нормально, но полностью полагаться, не имея в запасе какого-никакого плана «Б» — глупо. Цой уже допустила минимум два сбоя — ну или даже повела себя недобросовестно: первое — Север, второе — временной сдвиг. Захочет исправить свои оплошности — отлично, но вот захочет ли? И даже захотев — сумеет ли?
Поэтому переходим к фантастическому варианту: я нарою насущную инфу сам.
Ага, в информационно закрытой стране. И так, чтобы не сойти за шпиона. Пустяки-то какие!..
Хотя, если задача стоит не интегрироваться в местный социум (была бы охота!), а по-быстрому из него на фиг свалить, ключевых данных требуется значительно меньше. Но зато — куда более деликатного характера. Чтобы бежать из страны, знать дату пресловутого Дня Солнца, наверное, необязательно — а вот, скажем, контакты контрабандистов и система охраны границ — нужны позарез…
Хм, а тут вообще есть контрабандисты? Впрочем, они везде есть, и в СССР имелись, и на Кубе — надо только знать, где искать.
А вот с последним-то как раз и главный затык. В даркнет я отсюда точно не залезу. Да что там — в обычный-то интернет…
Стоп, а точно все так плохо? Может, это очередной миф? Какие-то неопознанные приложения мелькали в телефоне — а вдруг одно из них как раз…
Я вытащил из кармана гаджет, наугад потыкал пальцем в иконки на экране — и чуть до потолка не подпрыгнул с футона: мне показалось, что третьим или четвертным кликом я и впрямь наткнулся на интернет-браузер! К сожалению, вскоре выяснилось, что радовался я рано: на поверку это оказалась не вожделенная «всемирная паутина», а всего лишь крупная локальная сеть под названием «Кванмён» — своего рода интранет национального масштаба. Местечковый и наверняка абсолютно прозрачный для властей…
Но хоть что-то! Да чего уж там — берясь за смартфон, всерьез я и на такое не рассчитывал!
Следующие несколько часов я безвылазно провел в этой самой «Кванмён». И не безрезультатно! Значительная часть доступной там информации, конечно, сводилась к безыскусной пропаганде, но временами из-под ее густого слоя вполне получалось ненавязчиво (со всей возможной осторожностью в запросах) выудить крупицы объективных фактов. Не всегда, правда, важных с практической точки зрения, но худо-бедно заполнявших пустоту моих представлений о стране.
Так, первым, на что я наткнулся в местной сети, стало объяснение красных звездочек на борту старого троллейбуса. Оказалось, что такие рисуют за каждые 50.000 километров пробега без капремонта. Можно было бы и самому догадаться, кстати.
  
Полезно? Именно это — не особо. Но параллельно я кое-что понял об организации пхеньянского общественного транспорта в целом. Сведения, конечно, пришлось цедить по капле и самостоятельно складывать в общую картину, методом проб и ошибок, как хитрый пазл. Но за это — аналитику при дефиците исходных данных — мне, вообще-то, и платили деньги «в прошлой жизни», так что…
Еще я узнал про День Солнца. Как выяснилось, к движению небесного светила эта дата имела лишь косвенное отношение — так здесь называли главный государственный праздник, в честь дня рождения Великого Вождя Ким Ир Сена. Приходился тот, кстати, на 15 апреля — то есть, что называется, близился.
Если что, именно от рождения Великого Вождя, оказывается, велось летоисчисление по календарю Чучхе. Но поменялся только год, числа и месяцы остались прежними — то есть полусуточный сдвиг назад при переносе моего сознания и впрямь имел место.
Замечу, что день рождения сына Ким Ир Сена, Любимого Полководца Ким Чен Ира, отмечался как День Сияющей Звезды — но в этом году оная звезда уже сполна отсияла — второй высокопоставленный именинник появился на свет в феврале.
Удалось мне наскрести кое-что и о «народных группах» инминбан. Судя по всему, ими были охвачены абсолютно все граждане страны. В каждую «народную группу» входили от 15 до 50 семей — в домах, типа нашего, это могли быть один-два подъезда.
Судя по всему, организовывались инминбан государством, властями же назначались инминбанчжан — вроде нашей тетушки Мин. Как я понял, подбирались на эту роль исключительно женщины-домохозяйки, по возможности — члены партии.
По сути, главы «народных групп» были низшим уровнем здешнего надзорно-полицейского чиновничества. В круг их обязанностей входила, например, регистрация в специальной книге любых чужаков «не из нашего подъезда», заглянувших в гости к местному жителю хотя бы на минутку. Что же касается подопечных, то в их отношении инминбанчжан буквально вменялось «знать, сколько в каждой семье палочек для еды».
Ну и уборка мест общего пользования вкупе с прилегающей территорией возлагалась именно и исключительно на инминбан — дворников, мол, при социализме не бывает! Ну да, помню: «У нищих слуг нет!»
Но это — насчет общественно-полезного труда — я и без всяких «Кванмён» уже знал.
В общем, с «народными группами» прояснилось. А вот с двумя другими походя вброшенными мне Паком загадками — секретным «ингредиентом»- сонбун и «проверкой ночующих» сукпак комёль – разобраться мне пока не удалось. Делать же выводы из буквального значения слов — про те же «проверки» они напрашивались — я не спешил. Чтобы не вышло как с Днем Солнца: корейцы — великие мастера иносказания…
Но это все пока была присказка, а главное — я наметил маршрут бегства! Понятно, тоже сугубо по косвенным данным — но, думаю, в целом верно.
Теоретически покинуть эту страну — как, собственно, и почти любую другую — можно было тремя путями: по воздуху, по морю, благо оно омывало полуостров с двух сторон, и по суше. Чтобы законно пересечь границу КНДР, гражданам требовалась выездная виза, так что авиаперелет я сходу отмел — в аэропортах наверняка надежный контроль. Да и билет на самолет явно стоил дороже доступного мне килограмма риса — как такового, прейскуранта я в сети не нашел, но опосредованно картинка складывалась именно такая.
Потенциально вариант с уходом по воде смотрелся уже перспективнее, но тут я столкнулся с полным информационным вакуумом: кроме местных названий Японского и Желтого морей (первое здесь именовалось Восточно-Корейским, а второе — сюрприз! — Западно-Корейским), ни грана сведений мне нарыть не удалось. Да и предшественники мои, похоже, в массе своей предпочитали пробираться за границу по суше — понятно, ни намеком ни о каких беженцах в «Кванмён» не упоминалось, но иногда умолчание красноречивее тысячи слов, надо только уметь читать между строк…