Жизни немертвых важны (СИ)

Телеги, в которые были запряжены изрядно нервничающие лошади, были забиты ценностями: инструменты, ткани, медь, бронза, немного железа, некоторое количество зерна, мебель, а также всякая мелочовка, чтобы оживить пустые жилища в Душанбе.
Часа три спустя, когда Солнце уже начало осторожно выглядывать из-за горизонта, они тронулись в обратный путь. В деревне не оставили никого, лишь приколотили к стенам бесполезные для лича трупы.
Скрипящие телеги, стройные колонны немёртвых и понуро бредущие жители деревни — такая процессия покинула деревню и направилась в Душанбе.
/В Серых землях/ 
— Войдите в поместье и ищите, — приказала Эстрид. — Ищите книги, ищите ценности и оружие.
Командир немёртвой нумерии лишь сдержанно кивнул и указал своим подчинённым на вампирское поместье.
Она нашла его. Координаты были получены ею от Алексея, он поделился фрагментом карты.
Если верить ему, там осталось очень много полезного, особенно в неком «вендинге», но войти на территорию поместья сейчас нельзя. Некроэнергетический фон превышен стократно, любой живой, что осмелится туда войти, быстро станет мёртвым. Живой.
Отдав приказ и выставив остальных воинов на охранение, Эстрид пила земной чай и ждала результатов.
«Вот чай...» — задумалась она, отхлебнув из фарфоровой пиалы. — «Я уже жить без него не могу, просыпаюсь утром — надо выпить пару пиал, поела в обед — надо запить чаем, вечером поужинала — без пары пиал уже не усну. Алексей не зря говорил, что на этот напиток можно „плотно подсесть“ и потом страдать, когда его не будет. Но, о Один, как же это приятно...»
— Налей, — приказала Эстрид немёртвой служанке.
Фарфоровый чайник наклонился и излил в подставленную пиалу животворящую жидкость. Алексей говорил как-то, что в его родной стране большая часть населения пьёт чай каждый день.
«Роскошь, достойная знати, там доступна каждому простолюдину», — подумала Эстрид. — «А Алексей ещё жаловался, что у них не всё ладно в стране. Сахара столько, что можно наслаждаться им хоть каждый день, варенье с фруктами и ягодами, чай вот есть, не говоря уже о газировке, о сиротах заботится правитель, всех поголовно учат грамоте и наукам, в армию забирают не на всю жизнь, услуги лекарей доступны каждому, фильмы, музыка, игры — живи и наслаждайся, так долго, сколько сможешь. Что неладно-то?»
Недоуменно вздохнув, Эстрид вновь отпила из пиалы и погоняла чай во рту, чтобы получше прочувствовать вкус этого напитка.
Землян она не поймёт никогда. Странные люди, недовольные своей великолепной жизнью. Здесь даже короли так не живут, как у них обычные простолюдины, а они возмущаются ещё чем-то...
Время шло, чайник пустел.
Когда солнце перевалило условную линию полудня, отправленные воины вернулись.
Они несли всякие вещи, которые издалека не различить, но по мере приближения некромистресс всё разглядела и удовлетворённо улыбнулась.
Во главе отряда шёл командир нумерии, несущий, с гордостью в осанке, большую кипу книг. Ценнее находку и придумать сложно.
Следом немёртвые несут оружие, доспехи из разных металлов, бытовые инструменты, посуду, кто-то даже несёт недешёвую мебель.
— Разрешаю тебе говорить, — произнесла Эстрид, обращаясь к командиру нумерии. — Много там ещё?
— Очень много, госпожа, — ответил немёртвый.
Трофеи были пропитаны некроэнергией, но это пройдёт через пару-тройку недель вне поместья или даже быстрее, если Эстрид использует их в качестве источника энергии для ритуалов или заклинаний.
«Надо зарядить рации», — вспомнила она. — «Они сильно пригодятся при осаде».
Отряд немёртвых всё так же стоял в ожидании команд.
— Сгружайте всё к телегам, — приказала Эстрид. — А затем идите туда снова. Мне нужны также чёрные стержни — они должны там быть, в помещении, где стоит саркофаг, их должно быть очень много. Ещё ищите подземные склады, там должно быть очень много ценностей.
Вампирские технологии и артефакты даже близко не равны земным, потому что земляне ушли от вампиров очень далеко, но у землян в мире случилась беда и теперь неизвестно, удастся ли получить оттуда хоть что-нибудь.
 
Слуги осторожно сложили трофеи и Эстрид принялась за их изучение.
Оружие и брони из бронзы, стали и душнилия, мебель из неизвестных сортов древесины, сразу видно, что не простолюдинская, книги...
Эстрид начала листать книги и вдруг поняла, что большую часть из этого уже читала.
«Конечно же...» — догадалась она. — «Это Алексей „скопировал“ их себе и бросил тут за ненадобностью. Зачем ему было тащить лишний груз?»
Тут из тьмы, окружающей костёр, раздался одинокий волчий вой. В ответ ему никто не ответил, поэтому уже было напрягшаяся некромистресс расслабилась.
Скорее всего, это изгнанный из стаи старый вожак, не оставляющий надежду найти хоть кого-нибудь из сородичей, чтобы не умирать одному. Но он уже смертник, потому что в Серых землях в одиночку не выжить. Никто не примет его в свою стаю, потому что он, скорее всего, слишком слаб и будет бесполезен, но изгнанник продолжает надеяться и выть.
Ограбление поместья продолжалось, а Эстрид, устав ждать, отправилась на боковую.
Завтра, когда с поместьем будет покончено, они пойдут к поселению пустынных скитальцев, торгующих с Таераном мясом и кожей песчаных варанов. Эстрид планировала войти в поселение якобы с целью торговли, но с истинной целью в виде захвата новых тел для своей немёртвой армией.
Таеран отлично укреплён, в его гарнизоне около восьмисот воинов, а также минимум пять боевых магов, не считая магов небоевых, способных на кое-какие смертельные фокусы.
В книгах землян писалось, что укреплённые поселения лучше брать минимум с двукратным превосходством по численности эквивалентных по боеспособности войск, а лучше с троекратным.
Подобного численного превосходства Эстрид создать, несмотря на усердную работу все эти годы, так и не смогла, поэтому штурм города будет содержать в себе некоторые сюрпризы, к которым точно не готовы командиры городской обороны.
Но лишнее мясо для массы не помешает, поэтому пустынные скитальцы станут немёртвыми и примут участие в штурме Таерана.
Город должен быть взят и Эстрид возьмёт его. А потом...
«Наверное, буду править, крепить собственное могущество и множить свою армию немёртвых», — подумала она. — «А теперь надо спать, завтра снова утомительный переход через серые пески...»
/Сатрапия Сузиана, Душанбе/ 
— ... весь открыт солнечной судьбе! — открыл я глаза. — Брат Москвы, юный Душанбе!
Стоп. Какого дьявола?
Мне что, снился сон? Играла такая душевная музыка, а я будто бы стоял напротив какого-то здания из кремового цвета кирпича, с декоративными колоннами и белой башней, на которой изображено что-то вроде герба с большой красной звездой и двумя снопами пшеницы в красных лентах. Ещё под гербом что-то было написано, но я не сумел прочитать, как ни пытался.
А что я сейчас сказал? Я точно что-то сказал, но смысл слов ускользает с каждой пройденной секундой. И в то же время я чувствую, что слышал их. Это песня! Точно!
Уточнение деталей позволило вспомнить больше подробностей: за спиной моей была площадь с памятниками, прямо передо мной подземный переход, автоматы с газировкой, киоск с мороженым, а мимо проезжали красные, жёлтые, зелёные и синие машины, все отечественные, типа «Молги», «Москвича» и «Запорожца».
И атмосфера такая солнечная, тёплая, душевная... Эх...
Сажусь на кровати и оглядываюсь по сторонам.
Я у себя в квартире, только вот не помню, чтобы у меня тут была кровать. Не было!
— Есть кто неживой?! — позвал я громко.
— Звали, повелитель? — донеслось из окна.
Голос незнаком и говорит с каким-то непонятным акцентом.
— Ты кто, мать твою?! — вскочил я и подбежал к окну.