Жизни немертвых важны (СИ)

Кстати, пресса! Хотя нет, хреновая идея...
Если бы в Сузах имелось достаточное количество умеющих читать, то и до меня нашлись бы предприимчивые умы.
А это не так уж и просто — додуматься до выгодного предприятия, которое обязательно принесёт много-много денег. Пока что мне на ум пришло только заняться тем, что умею лучше всего.
— Внимание, — тихо сказал я.
Несмотря на то, что у меня нет даже вшивой кольчужки, я вызвался идти первым, на что не последовало никаких возражений.
Спереди раздавались шорохи, похожие на те, которые издают ноги, намеренно трущиеся о камень. Так ходят не очень умные мертвецы.
Я увидел в конце штольни, начавшейся в естественной пещере, отчётливые фигуры, но виду не подал, чтобы не «палить» своё особое отношение с тьмой, а также дабы не нервировать временных коллег по опасному бизнесу.
Всего их там около сорока голов, но хорошо экипированных только четверо, явно, из бывших воинов. Возможно, предыдущий отряд наёмников.
— Вон они! — чуть нервным голосом произнёс Белян, когда в неверном факельном свете стали видны нечёткие силуэты.
Перехватываю копьё и бросаю его. Ну, знаешь, по-леонидовски, будто там впереди Ксеркс стоит и ухмыляется. Понравился мне этот эффектный жест, хотя без копья в узком тоннеле неудобно.
Копьё ворвалось во внутренний мир самого шустрого мертвеца, наглухо уничтожив его мозг. Звякнула о камень кирка, а затем неприятно скрипнул наконечник копья, шкрябнувший о пол.
— В атаку! — выкрикнул Ярополк.
— Не ори, — попросил я его. — Ещё не все мертвецы в пещере знают, что мы здесь.
Вынимаю спату из ножен и иду в наступление. Тут самое удобное — угроза может быть только спереди и сзади, никаких тебе хитрых фланговых обходов и эффекта численного превосходства.
Мертвецы, ничтоже сумняшеся, пошли в лобовую атаку.
Начинаю рубить их спатой, для которой едва-едва хватает места. Заточка говённая, я её поправил, как смог, но добился лишь того, что она стала просто говённой, а не крайне говённой, какой была. Нужно поправлять у профи, а то моего навыка не совсем хватает, чтобы вернуть примерно приемлемое состояние лезвия.
Мертвецы пытаются блокировать удары своим ржавым и не всегда предназначенным для блокирования оружием, но очень высокое развитие «Пляски смерти» позволяет использовать потенциал старенькой спаты на все деньги.
+10 единиц опыта 
+25 единиц опыта 
+20 единиц опыта 
+20 единиц опыта 
+15 единиц опыта 
+10 единиц опыта 
Отрубленные конечности с глухими звуками падают на пол, хлещет нигредо, вызывая у меня смешанные чувства. Отделённые головы хлопают глазами и беззвучно разевают рты, катясь по слегка наклонённому полу штольни.
Все эти негромкие звуки раздаются в тишине, потому что никто не кричит, не вопит, ведь и мертвецы, и я, находимся в боевом режиме. Когда ты в бою, нельзя зазря раскрывать варежку.
За спиной я чувствую пристальное внимание своих временных соратников. Они не вступают в бой, что очень странно. Бросаю мимолётный взгляд и вижу, что они смотрят на меня испуганными глазами.
+15 единиц опыта 
+15 единиц опыта 
+30 единиц опыта 
— Особое приглашение нужно? — спросил я, продолжая рубить мертвецов.
Под моими ногами растекается тонкий слой нигредо и лежат трупы. Я продолжаю давить на мертвецов, чтобы они даже думать не смели о перегруппировке и не рискнули бежать.
Сейчас им понятно, что я пришёл их убить и они делают, что могут, чтобы не позволить мне этого. Как и везде в этом мире, друзей нет ни у кого. Нет такого сообщества, где невозможна ситуация, когда взаимное уничтожение между членами этого сообщества невозможно. Мертвецы не являются исключением.
+20 единиц опыта 
+5 единиц опыта 
«Простите, ребята, но мне очень нужны деньги», — подумал я.
 
Тут оставшиеся мертвецы резко подались назад, а затем бросились в бегство вглубь штольни. Я мог бы убить их всех, применив магию, но нельзя палиться перед ребятами. Они и так начали что-то подозревать...
— И ты согласился идти сюда за такие малые деньги? — вдруг спросил меня Светозар.
Этот всю дорогу помалкивал, я даже начал думать, что он либо немой, либо очень не любит болтать. Оказалось, что второе.
— А в чём проблема-то? — повернулся я к наёмникам.
Я точно знал, что на метров пятьдесят вперёд нет никого ни живого, ни мёртвого.
— Ты показал себя сильным воином, — произнёс Светозар. — Такие наёмники стоят очень дорого.
— Я на мели, — пожал я плечами. — Идём дальше — это были далеко не все мертвецы, что здесь засели.
Если в этот притон собираются мертвецы с окрестностей, то тут может скрываться что-то существенно сильнее, чем полудохлые крестьянские туловища...
Примечательно, что мертвецы из воинов в схватку не вступили, держась подальше от моего меча. Они смотрели, наблюдали и оценивали свои шансы. Шансов не было, поэтому они ушли. Никогда нельзя отказывать мертвецам в наличии интеллекта. Даже если он низок, это не значит, что они обязаны бездумно переть в лобовые атаки. Хотя иногда Судьба подкидывает столько дерьма в топку, что попросту не остаётся другого выбора...
Впереди точно будет серьёзное боестолкновение с куда большим количеством мертвецов.
— Надо собрать трофеи, — произнёс я, склонившись над телом ближайшего мертвеца.
Здесь люди хранят ценности в кошелях на поясах, а концепция кармана им неизвестна. Маловероятно, но есть шанс, что удастся достать деньги.
Переворачиваю изуродованные трупы и нахожу целых троих богатеньких Буратино. У одного, одетого в одни штаны, в кошеле были медные монеты. Второй «облагодетельствовал» нас целыми двумя силиквами, что я считаю большой удачей. У третьего мертвеца в кошеле обнаружилось два более мелких кошелька с рассыпчатым содержимым. Судя по запаху, это перец. Тоже стоит денег.
Осмотр остальных мертвецов, многие из которых, судя по обрывкам саванов, прибыли сюда из иного мира, не принёс ничего.
Ярополк и Белян приглушенно переговаривались о чём-то на своём языке. Я расслышал только «больно» и «блъдъ» (3) или что-то вроде того. Матерятся полушёпотом или что? А и хрен с ними. Закончим это дело и наши пути разойдутся.
Двигаемся дальше. Очень сильно хотелось мне задержаться и собрать нигредо, но я сдержался. Вообще, впереди обязательно будут более сильные мертвецы, а в них, иногда, накапливаются незначительные количества альбедо, что будет прямо в цвет.
Вот я дурак, конечно. Надо было собрать альбедо с оборотней, сейчас бы вообще ни в чём не нуждался. Но кто ж знал, да? Да и сознание моё тогда было во власти жажды мщения. Контролируемой, но сильной жажды мщения. Что мне за дело тогда было до каких-то там шерстяных пидарасов?
Нет, всё-таки, чувствую большое напряжение со стороны наёмников. Уже что-то подозревают, это точно. Жалеют, наверное, что вообще подписались на это дело...
Штольня закончилась большой камерой, где велась наиболее интенсивная разработка месторождения соли.
Вот тут-то я и понял, что наёмников послали на смерть.
— Ребята, а вам не кажется, что вас сильно облапошили с наградой? — спросил я, не оборачиваясь.
Вся галерея, вроде так называют подобные помещения в шахте, была полна мертвецов, их тут что-то около двух или трёх сотен. Среди них порядочно бронных и, даже по ощущению, сильных. Вот теперь будет жёстко.
Примечания: 
1 — Треба — ритуальное жертвоприношение у языческих славян. Приносились требы, как правило, на капищах, где стоят деревянные и каменные идолы старых богов. Треба необязательно была человеческим жертвоприношением, потому что от человеческих жертвоприношений люди, рано или поздно, склонны отказываться. Свидетельства о человеческих жертвоприношениях у славян есть, но точно не по каждому поводу. Князь Новгородский Владимир I, которого потом окрестили Крестителем, когда сел на престол в Киеве, принёс в жертву Феодора Варяга и сына его Иоанна. По преданию, Иоанн был христианином, чего не скрывал, а батя его, хоть и являлся христианином, держался более осторожно, но когда его сына решили принести в жертву, Феодор Варяг не выдержал и кинулся в защиту родного сына. Князь Владимир I решил, что ему нетрудно и принёс в жертву обоих. Но в историческом итоге князь Владимир стал христианским святым, а Феодор Варяг и Иоанн мучениками за христианскую веру. Вот такие вот замысловатые кульбиты, м-да... Но обычно славянские язычники жертвовали животных, священные растения, зерно, произведения искусства — но мы очень мало об этом знаем, потому что новая государственная религия позаботилась о том, чтобы все нюансы маркетинговой кампании ушедшего с рынка конкурента были преданы забвению. Там происходило настоящее идеологическое противостояние, поэтому до нас дошло несколько сюжетов, где исконно-посконный христианский богатырь Илья Муромец насмерть бьётся против Идолища Поганого, то есть олицетворения язычества, представленного безусловно отрицательным персонажем. Также налицо была адаптация товара под конечного потребителя, поэтому треба сейчас — это церковный обряд, совершаемый по просьбе прихожанина, ну, там, крестины, брак, панихида.