Осколки. Книга 2 (СИ)
— Она была после восстановительной процедуры, но характер повреждений, — врач замялась, оглядела застывших парней, остановила взгляд на строгом ректоре, продолжила, — это был грубый половой акт.
— О каких повреждениях идет речь? — ужасающе спокойно произнес ректор, Анна не отрывала недовольного взгляда от врача.
— Трещина на ключице, перелом ребер и внутренние кровотечение, удалена матка…. — Миссис Хуас снова молчаливо заплакала, осознавая масштаб скрытого ей преступления.
Ректор Ди Синтра встал из-за стола сжигая своих студентов злым взглядом и сжимая кулаки, Анна резко встала перед ним, прикрывая свою команду.
— С чего ты вообще решил, что это кто-то из команды?! Что за истерика на пустом месте?
— Пустом? Пустом?! — ректор буквально взбесился, Анна даже не дрогнула, спокойно стоя перед ним. — Ты вообще осознаешь, что происходит? Что твой отец сделает, когда все это узнает?! Ты же не совершенолетняя!
— Так ты за что переживаешь? За меня или за отца? — ледяным тоном ответила Анна, скрестив руки на груди.
— Не придирайся, — со стоном он снова упал в свое кресло, — это было на вашей первой совместной тренировке на полигоне, ты была бледная. Анна, тебе же было всего 15… — Он рассуждал вслух, миссис Хуас согласно кивнула, подтверждая. — И кто это?
— Я думаю, это никого не касается, — уперлась Анна.
— Что будет с моим сыном? Она же, — врач уже заплакала в голос, — она же, скажет на него…. Но это не мой мальчик!
Ректор растерянно смотрел на истерику врача Академии, Анна, громко хлопнув по столу, воскликнула.
— Заткнулись! Бесите! — Таким не хитрым способом прекратив истерику, она привлекла внимание, — Света! — секретарь в тишине заглянула в кабинет, — номер входящей корреспонденции по этому отчету и номер этого врача.
— Да, мисс, — Света исчезла и вернулась буквально через несколько минут, под тихие всхлипывая миссис Хуан.
Анна вытащила из кармана своего капитана его фон и быстро набрала номер.
— Мистер Эйн, добрый день, это с Академии, видите ли возникла ошибка во входящей корреспонденции, вы нам не прислали отчет на одну девушку. — Она замолчала, вслушиваясь в ответ собеседника, — Розанна Оливая Зигель, — даже врач перестала всхлипывать, — конечно ошибка. Да, мы уверены. Что вы, конечно я вам укажу, видите ли, согласно пункту 3.5, чтобы выслать заключение, вам необходимо письменное согласие опекуна. А мы его, какая странная вещь, не видим, что ведет нарушение по пункту 6.85. Поэтому я и указываю, что совершенно точно у нас нет этого отчета. — Снова молчание, — и да, когда снова пришлете, то прошу выполнить строго по регламенту Академии, не нужно проявлять никакой самодеятельности. Номер и дату я вам вышлю. Благодарю, до свидания.
На глазах, всех находящихся в кабинете, она разорвала документ на мелкие куски и выкинула в утилизатор. В оглушающей тишине она повернулась к ректору.
— Ты доволен?
— Анна, что ты творишь?
— Все исключительно в рамках действующих требований Академии. Это их личная инициатива указывать подобное, а не требование.
Врач согласно закивала, Анна строго посмотрела на нее.
— Все, концерт окончен. Никакого разглашения, вы же сами не хотите повторных разборок, — миссис Хуан, сперва закивала, потом отрицательно мотнула головой и быстро покинула кабинет. — Вы тоже идите уже отсюда, — Анна указала на дверь и парням. Ректор кивнул им, Павел тихо отдал приказ покинуть кабинет ректора. Анна и Отавиу остались наедине.
— Так кто? — Отто не выдержал первым.
— Тебя это не касается, — Анна спокойно улеглась на диван, закинув одну ногу на спинку, — и опережая твои вопросы, все было добровольно. — Анна села перед Отто на стол, устало продолжила, — Отто, совершеннолетие признано с 14. То, что Артур с отцом решили признать меня несостоятельной, это лишь ограничивает мои финансовые возможности и передвижение по Городам. Но никак не влияет на интимную жизнь.
— Ты под опекой, — возразил ректор, — ты не может отдавать себе отчет….
— Да, что за бред! — психанула Анна, спрыгнув со стола, заметавшись по кабинету, — я, именно я, готовила Артура, всю его команду. Тебя, Отто. Я вела проект «Хлорофиллипт», благодаря мне команда Артура вообще смогла управлять кораблем. И сколько мне лет было? Сколько, Отто?
— Семь, — Отавиу отвернулся от взбешенной девушки к окну и вглядывался в небольшие волны на академическом озере. — Ты гениальна, Анна. Я с этим даже не спорю…. Твой объем знаний, невероятен. Но именно поэтому, ты совершенно не социальна. Твои приступы…. Ведь после последнего не прошло и года.
— Ну, да, — Анна рассмеялась, — именно поэтому меня постоянно определяют то в психушку, то отправляют в очередное «социальное» заведение, в надежде, что я научусь быть как все.
— Канцлер Дориан любит тебя, он желает тебя нормальной жизни. Думаешь, ему нравиться в очередной твой приступ отправлять тебя в это заведение?
— Отец больше не хочет огорчать Жозе, — раздраженно отмахнулась Анна, — он уже второй десяток скрывает свою связь с ней.
— Анна, я видел, как его растравило, когда ты оказывалась в лечебнице….
— Я видела, — Анна замерла рядом с Отто, — его страх, ее страх, — резко схватив его за пиджак с силой, не подходящей такой девушке, притянула к себе, — а ты? Ты боишься?
Отавиу смотрел в ее блеклые глаза, расширенный зрачок и чувствовал, как дрожат ее пальцы. И да, в этот момент, он чувствовал настоящий страх, ведь он видел какой она может стать…
— Молчишь…, - Анна дерганным, резким движением отшатнулась от него и отвернулась, сгорбившись, глубоко и громко дыша. Отто молчал, внимательно всматриваясь в каждое ее движение. — Все нормально. Со мной. Это не приступ. — Ее голос звучал привычно ровно и холодно. В нем не было эмоций.
— Прости. Твои приступы стали реже, Дориан решил, что в команде ты приобретешь привязанность….
— Да и выжить у тренированной команды в случае моего срыва больше, — Анна оборвала речь ректора. — А эта практика? Как ты мог на такое согласиться? Я даже не могла с собой препараты взять, они все содержат наркотические средства.
— Все было под контролем. — Анна скептически на него посмотрела, Отто замялся, — волков не было, стая обходила ваш сектор. Они вернулись неожиданно. — Признал свою ошибку он. Они замолчали, Анна присела на диван, закинув ногу на ногу и нервно дергая ей.
— Как только мне исполниться 18, я смогу через суд оспорить вашу опеку и получить полную самостоятельность.
— Я знаю. — Он прикрыл глаза, признавая поражение, — твой желает тебя счастья, он надеялся, что здесь ты найдешь себя мужа….
— Отто, — Анна рассмеялась, — я маниакальная сумасшедшая, какая семья? Какой муж? Какие дети? Я могу порезать горло своему ребенку и даже не вспомнить этого. Если бы мой отец был не канцлер, меня просто закрыли навсегда в лечебнице. Хватит строить иллюзии. — Она замолчала, а затем неожиданно тихо призналась, — я специально сказала врачу вырезать матку.
Отто сел перед ней на корточки и сжал холодные подрагивающие пальцы. Не к чему были вопросы как ей это удалось. Ведь не в официальную клинику она пошла, а в подпольную. И точно были лишние вопросы про деньги. Она действительно была невероятно гениальна.
— Прости.
Его извинения тяжестью повисли в кабинете. Анна погрузилась в себя, молчаливо и безучастно глядя перед собой. Ректор сжал ее тонкие ладошки еще сильнее, стараясь привести ее чувство. Анна встрепенулась и рвано сделала глубокий вдох.
— Мне пора…. — Анна стремительно покинула его кабинет, пробежав приемную и выскочив в коридор. Перевела дыхание. Куда идти? Где скрыться от них всех и просто взять себя в руки. Ей впервые не хотелось пить. Тошнило от мысли об алкоголе. Анна усмехнулась своим мыслям. Что ж, последнего удовольствия в жизни уже лишиться может. Оглядев пустой коридор в обе стороны, оттолкнулась от двери приемной и пошла наугад.
Проходя мимо пустых аудиторий, ее резко подхватили под локоть и затолкнули в пустую аудиторию.