Обещай мне навсегда (ЛП)

— Знаешь что? Почему бы нам не пойти на второй обед, — ответила я, — и дождаться ответа твоего отца. Затем мы можем пойти в Home Depot и купить все, что нам нужно.
— Хорошо, — согласилась Пейсли.
Мы спустились вниз, и я сделала тосты с ее любимым сыром.
— Они такие вкусные, — сказала она.
— Да, и я умираю с голоду.
— Почему ты не пришла на завтрак? — спросила Пейсли.
— Я проспала.
Она улыбнулась. — Правда? Я не знала, что взрослые умеют это делать.
Я засмеялась.
— Ну, мы тоже это делаем. Никогда не случалось этого с твоими родителями?
Она пожала плечами. — Я не знаю. Он здесь каждое утро готовит завтрак. Я никогда не заходила в его спальню и не будила его.
Вау. Это был единственный папа, который преуспевал в прелюбодеянии. Я не могла проспать учебу в течение учебного года, потому что занятия начались в восемь, но лето было мое время для расслабления, так что я обычно даже не ставила будильник, который был именно тем, что разбудило меня сегодня.
Мне не помогло даже то, что мне снился сексуальный мужчина. Этот человек странно на меня влиял, но я списала это на то, что я очень много думала о нем.
Когда мой телефон оповестил о сообщение, мое сердце екнуло.
Тейт: Конечно. Как ты себя чувствуешь?
Мой пульс ускорился.
Лекси: Отлично. Мое ухо больше не болит. Я должна не забывать про капли и антибиотики.
После нескольких сообщений с Тейтом, я объявила Пейсли, что ее отец абсолютно не против изменений в комнате.
Она хлопнула в ладоши. — Я же говорила.
— Я знаю. Я хотела убедиться. Давай доедим тост, и тогда мы сможем пойти за покупками.
Ее волнение по поводу украшения ее комнаты было заразительным, и я с нетерпением ждала конечного результата.
Тейт владел двумя автомобилями, Mercedes и BMW, и я возила Пейсли куда угодно на последнем. Я была осторожна за рулем, потому что это был совершенно новый внедорожник, намного больше, чем подержанный Мини Купер, которым я владела и редко пользовалась. Я больше полагалась на Uber и общественный транспорт.
Я любила проводить время с Пейсли. Она была хорошим ребенком и не воспользовалась ситуацией, я была поражена, что она не просила ничего другого, кроме гирлянд. Мы купили их намного больше, чем нам было нужно, но я подумала, что они смогут использовать их где-нибудь по дому во время рождественского времени.
Как только мы вернулись, мы направились прямо в ее комнату, чтобы все украсить ими.
— Где ты хочешь их повесить? — спросила я, оглядываясь.
— Везде, — воскликнула она, рассмешив меня.
— Хорошо, у меня есть несколько идей. Почему бы нам не повесить одну вокруг твоих окон? Нам нужно место, где мы сможем подключить их, так что это немного ограничивает нас.
Пейсли вытянула нижнюю губу. — Хорошо.
— Это все равно будет похоже на сказку, — обещала я ей.
Мы потратили целый день на установку гирлянд, в основном потому, что Пейсли не могла решить, где ей их поставить. У нее было много розеток в комнате, так что у нас было несколько вариантов. В конце концов, у нее была одна гирлянда вокруг каждого окна, одна вокруг ее кровати, и одна на полке для игрушек. Мы все их включили и встали в дверях, осматривая нашу работу, пока я заплетала ей волосы.
— Я думаю, что мы проделали большую работу, — сказала я.
— Мне нравится это. Я как принцесса, — сказала она, убегая к своей кровати, прежде чем я закончу ее косу. Она тут же растянулась, когда прыгнула на матрас и, оглядываясь, улыбнулась.
Я сфотографировала ее на фоне огней. Ее улыбка осветила ее маленькое личико. Я послала фотографию Тейту, который сразу же ответил.
Тейт: Кто-то счастлив. Могу я также получить твою фотографию?
Почему он это спросил? И почему мое сердце так забилось?
Тейт произвел на меня такой эффект. Просто вспоминая его слова и то, как его губы ощущались на моих, было достаточно, чтобы разжечь огонь внутри меня.
— Давай сделаем селфи, Пейсли, — сказала я. — Но подожди, дай мне доплести тебе косу.
— Хорошо.
Она едва могла стоять на месте, как и я, а потом мы поменялись местами. Это было немного хаотично, но мне нравилось видеть, как ее уверенность растет, как она заплетала мои волосы снова и снова, становясь лучше в этом каждый раз.
  
Я подняла телефон, улыбнувшись в камеру, когда Пейсли оттянула мою косу в сторону, чтобы она была видна на фото. Ее зубастая ухмылка была бесценной. Она так гордилась собой. Я отправила это Тейту подписав.
Лекси: у нее получается все лучше и лучше заплетать.
Он не ответил, поэтому я убрала свой телефон, сфокусировавшись на Пейсли.
— Спасибо, что помогаешь мне с гирляндой, — сказала она. — Я сфотографирую это на телефон и покажу своей подруге. Она сказала, что только мамы могут украсить комнату, я сказала, что ты тоже можешь это сделать.
Мое сердце замерло. Я внимательно посмотрела на Пейсли. Ее улыбка немного померкла. Я не знала, что сказать.
— В любое время, когда ты захочешь сделать что-то, что другие могут сделать со своими мамами, ты можешь спросить своего отца или меня.
— Я могу обратиться к тебе? — сказала она, глядя на меня с улыбкой.
— Да, конечно же.
— Хорошо. Я собираюсь поговорить с мамой позже сегодня. Я покажу ей гирлянды. Я знаю, что у нее нет на меня времени, но я думаю, что они в любом случае могут ей понравиться.
Мое сердце болело за нее. Я понятия не имела, каково это — расти без мамы. Мысли о том, что Тейт рассказал мне о провальном отпуске с Норой, разозлили меня. Желая поднять настроение Пейсли, я спросила:
— Хочешь, чтобы мы посмотрели комнаты принцессы онлайн? Это даст нам больше идей о том, чтобы сделать с твоей комнатой.
Она вся засияла. Пейсли села на кровать, скрестив ноги.
— Мы можем это сделать?
— Да, — нерешительно сказала я, гадая, открываю ли я ящик Пандоры.
Просматривая Pinterest, я периодически меняла что-то в своей квартире. Был ли девятилетний ребенок не слишком опытным партнером вопросе о ремонте? Я надеялась, что нет, потому что у меня было чувство, что Пейсли собирается следовать моим указаниям.
Мы сидели бок о бок на кровати, и я открыла свой телефон, зайдя в приложение Pinterest. Пейсли сразу вооружилась крюком, леской, и грузило. Она кричала и кричала почти на каждом фото.
— Я хочу это, — сказала она, указывая на белую кровать с лебедями в качестве четырех столбов.
— Я не уверена, что мы можем это найти где-то ты если честно, — сказала я.
Боже, я все таки открыла ящик Пандоры.
— И я хочу розовую комнату, — заявила она, стоя на кровати, оглядываясь вокруг.
Затем она легла на кровать, и я поспешила к ней. Она еще раз улыбнулась мне. Я обожала эту маленькую девочку. Если бы у меня была дочь, именно так бы я проводила всё своё свободное время: придумывая способы, чтобы рассмешить её.
— Я хочу покрасить эту стену и ту стену, и, возможно, потолок тоже, — воскликнула Пейсли.
О, Господи.
— Мы должны поговорить об этом с твоим отцом.
***
Тейт
Когда я вернулся домой, я услышал голос Пейсли. Она хихикала. Я направился прямо наверх, но не сразу дал понять о своем присутствии; вместо этого я стоял и смотрел на них через открытую дверь. Они обе лежали на кровати, смотрели на потолок, и что-то зашевелись у меня в груди. Пэйсли так легко смеялась, а Лекси выглядела так, будто она часть этого места. Я сфотографировал их на свой телефон. Лекси была такой чертовски домашней и милой, что это чуть не убило меня. Она была особенной, и мне предстояло убедить ее в этом. И в том, что она нужна нам.
Что она нужна мне.
Я нанял много людей, которые присматривали за Пейсли, но сейчас все было иначе, потому что Лекси действительно заботилась. Она пробудила во мне то, что я уже давно забыл. Я знал, что она тоже чувствовала притяжение, влечение и связь, которые у нас были.
После развода, я чувствовал себя опустошенным внутри, и я был полон решимости ничего не менять в своей жизни. Альтернатива казалась слишком опасной. Это все еще ощущалось так. Это может плохо кончиться. Моя дочь однажды пострадает. Я бы не стал рисковать. Но я не могу отрицать, что Лекси не заставила меня чувствовать, и это само по себе было чертово чудо.