Аскатон. Возвращение домой (СИ)

Один из гномов подался вперед, готовясь метнуть в зверя копье…
– Стойте! – Закричала Ксенерва.
Она бежала, прорываясь через кольцо окружения, расталкивая удивленных гномов.
– Не убивайте его! – Просила, запыхавшаяся Ксенерва, того что собирался кинуть копье.
– Он опасен, нельзя его просто отпустить гулять по городу. – Растерянно проговорил гном и вопрошающе посмотрел на подошедшего Аймона.
– Не трогайте зверя. – Сказал он. – Беру всю ответственность на себя.
Ксенерва выдохнула и мысленно сказала Аймону спасибо, надеясь, что тот услышал.
Она повернулась к волку. Он был очень крупным, а густая шерсть добавляла объема. Он не показался Ксенерве устрашающим, он был красив и благороден, а глаза его светились умом и выдержкой. Он больше не рычал, и не выглядел враждебным. Ксенерва подошла к нему поближе и опустилась на колени.
– Я не обижу тебя, доверься мне. – Сказала она волку. – иди ко мне.
И волк пошел Кеси навстречу, настороженно озираясь и недоверчиво косясь на длинные копья, которые гномы держали наготове. Самый молодой из гномов не выдержал и поднял копье, чтобы в случае чего запустить в животное. Волк занервничал и оскалился.
– Уберите оружие. – Сказала Ксенерва. – Вы, что не видите, что пугаете его.
Один из гномов отвесил парню подзатыльник и забрал у него копье.
– Иди сюда малыш. – Обращалась Кеси к волку.
– Тоже мне малыш... – Услышала девушка чье-то ворчанье.
Волк расслабился и уверенно потрусил к девушке. Подойдя к ней, он в знак доверия и благодарности лизнул ей руку и уткнулся холодным носом девушке в шею. Ксенерва осторожно приобняла его и услышала удивленные вздохи толпы. От волка пахло травой и дикими ягодами.
– Откуда он здесь? – Спросил Аймон у предводителя отряда, глядя как Ксенерва наглаживает волка, словно домашнего пса.
– Проскочил, когда мы возвращались с охоты. – Ответил седовласый гном. – Что ему здесь понадобилось не пойму. Ладно бы от голуров прятался, но их давно в округе не видно. Нужно поскорее выпроводить его, и так забот хватает.
– Нельзя его выгонять. – Подала протестующий голос Ксенерва. – Он останется здесь.
Гномы возмущенно загудели. Девушка встала.
– Он будет жить у озера... – Пыталась она перекрикнуть толпу.
– Ага и лопать нас по одному. – Послышалось из толпы.
– Он никого не тронет. – Уверенно сказала Ксенерва. – Обещаю.
– Откуда столько уверенности? – Поинтересовался Аймон.
– Я просто это знаю и все. Просто поверьте мне. – Попросила Ксенерва.
«Помоги мне», – попросила она Аймона.
Тот оценивающе посмотрел на нее и волка. Для него зверь не был проблемой, свернуть ему шею в случае чего будет проще простого.
– Волк останется. – Тихо, но твердо сказал Аймон. Толпа замолкла. – Я сам лично буду отвечать за животное. А теперь расходитесь.
Возражать темному повелителю никто не стал. Они молча стали расходиться, но на их лицах читалось неодобрение.
– Пойдем дружок. – Позвала Ксенерва волка и направилась к входу в тоннель, ведущий к озеру. – Ты останешься здесь. А я буду навещать тебя.
Зверь послушно вошел в тоннель, обернулся, махнул на прощанье хвостом и исчез за поворотом пещерного коридора.
Девушка обернулась к Аймону.
– Спасибо! – Поблагодарила она.
Аймон одарил ее полуулыбкой и направился к городу.
– Скажи, а почему ты все-таки не дал его убить? – Спросила Ксенерва, стараясь поспеть за даймоном.
– Ну, раз вы так приглянулись друг другу, то я решил не прерывать вашу дружбу так скоро. Волки не подпускают к себе ни людей, ни даймонов, ни кого-либо другого. Они встречаются очень редко, а когда это происходит – чаще всего нападают. А тебя не только не загрыз, когда ты подошла, но еще и позволил себя трогать. Так кто знает, может этот волк станет твоим кадехо.
– Что значит кадехо?
– Адский зверь. Опасный для всех, кроме одного единственного даймона, которого он выберет в качестве хозяина или скорее друга, которого будет защищать ценой своей жизни. У меня вот, например Деркус. Он верен мне, а ему до самой смерти. А умрем мы, как бы это не звучало лирично – в один день.
 
– Что если, умрет твой конь, то и ты умрешь? – Спросила Ксенерва.
– Нет, но если умру я, то и он умрет.
– Несправедливо. – Тихо сказала девушка.
– Возможно. – Согласился Аймон. – Хочешь, покажу тебе рудник?
Не сказать, что Кеси горела желанием посмотреть, как кучка гномов носятся с вагонетками и кирками, но почему бы и не взглянуть на жизнь подземелья изнутри, коль уж она здесь. Ксенерва молча кивнула, и они вновь запетляли по подземным лабиринтам.
Когда Ксенерва увидела масштаб шахты, то ахнула. Огромная пропасть, именуемая шахтой, уходила глубоко вниз и была пронизана сетью железной дороги, по которой гномы перевозили на вагонетках добытые сокровища. Здесь одновременно трудилось не меньше тысячи шахтеров. Из одного из тоннелей показалась группа гномов, которая тянула какие-то веревки. И какого было удивление девушки, когда она поняла, что это вожжи. Из непривычно широкого для подземелья тоннеля, показался необычный зверь размером с танк. Он чем-то напоминал броненосца гигантских размеров. Только голова была не такой вытянутой, скорее приплюснутой, напоминала больше черепашью, и была покрыта лохматой рыжей шерстью, которая контрастировала с черными как бусины глазами. Лобовую часть головы защищал костный щит. Хвост животного был защищён, как чехлом, сросшимися друг с другом костными кольцами, снабжёнными шипами.
На спине животного к панцирю было приспособлено кресло для наездника. К нему же крепились тяжелые цепи, за которые животное тянуло за собой, внушающих размеров повозку, к которой гномы подставляли огромный железный щит, выполняющий роль пандуса. По нему-то они и возили на тележках добытое добро и скидывали в повозку. Когда та оказалась наполненной, по веревочной лестнице на спину животного забрался наездник. В нем Ксенерва узнала одного из сыновей Таидора, кажется Эрик. Тогда она вспомнила, как Таидор хвастал, что его сыновья управляют...
– Как называют это животное? – Спросила она у Аймона.
– Глиптодон. – Ответил он.
«Точно. Именно так он и сказал» – подумала Ксенерва, чувствуя, как в груди снова жжет.
– Думаю, на сегодня с меня хватит впечатлений. – Сказала она Аймону.
– Тогда пойдем домой. – Ответил он.
Но там девушка надолго не задержалась. Навестив дочь, та поспешила на озеро, прихватив с собой угощения для волка. Ей срочно требовалось искупаться в успокаивающей ледяной воде, чтобы вновь не отключиться от боли, ведь тогда снова последуют видения с сумасшедшим Рагулом.
Волк выбежал девушке навстречу, как только заслышал вдали ее шаги. Но гордо остановился в полуметре от нее и стал ждать, когда та сама подойдет к нему. Угощения принял почти сразу, но предварительно тщательно их обнюхал.
Ксенерва нетерпеливо сорвала с себя одежду и бросилась в холодную воду. Волк, скорее всего, кинулся бы за Ксенервой, но чуял, что эта вода для него опасна, поэтому топтался у воды, неодобрительно поглядывал на Кеси и тревожно поскуливал. Выбравшись из воды, она натянула теплое платье с длинным рукавом и подумала о том, что нужно поблагодарить Лейкаса за благоразумно прихваченные им вещи, подаренные ей эльфами.
Она села на мягкую траву, покрывающую небольшой бугорок у кромки воды, вытянула ноги, позволила волку положить на колени свою голову, и стала наслаждаться полуденным солнцем, пробивающимся через небольшой просвет в нише пещеры.
– Как же мы тебя назовем? – Потрепала она животное за уши. – Может быть просто Ульв? – Вспомнила она имя, обозначающее у скандинавов волк.
– Ну, раз молчишь, то так и будет.
Волк покорно лежал, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями.
  
Глава 13. Испорченный праздник
 
Вернувшись в дом Таидора, Ксенерва узнала, что вечером гномы будут отмечать праздник, устроенный королем гномов в честь дня рождения своего старшего сына.