Бремя крови

– Я бы не хотел продолжать этот разговор, тем более в столь прекрасный день. Велес, вы могли бы посетить представления на площади, сейчас наши земли порадовали своим присутствием бродячие ловкачи и артисты, а вечером все приглашены на праздник – говорят, будут танцы, прекрасные юные леди порадуют всех присутствующих своей грацией и ловкостью, а молодые юноши развлекут нас своим пением.
– Я не могу развлекаться, сир, когда речь идет о моей судьбе! Скажите, что хотели этим сказать ваши братья по оружию? Мой отец должен отправиться в военный поход для короля? Я думаю, я смогу убедить его! Я знаю, сейчас наводят смуту, изобретателей и лекарей избивают, грабят и даже убивают. Быть может, я напишу отцу, он явится сюда и будет служить верным мечом королю столько, сколько потребуется для прощения Орденов?
– Нет! – наставник воскликнул слишком громко и несколько воинов обернулись, – Нет. Ни в коем случае ему нельзя являться сюда. Это наведет беду и на вас, и на вашу семью, и на меня. Ничего хорошего из этой затеи не выйдет.
– Тогда чего же они хотят? – юноша боялся услышать и тем более произнести свою следующую догадку, – Быть может, они хотят… Хотят, чтобы я отказался от своей семьи?
– Вы откажетесь от титула и притязаний на правление землями Лоудбеллов, как только примете обет Братства, мой юный лорд. Все богатства и земли перейдут к вашей сестре и, если она найдет мужа, согласного продолжать род Лоудбеллов и король позволит им, то все закончится благополучно для всех вас.
– Я могу отказаться от семьи сейчас, во всеуслышание заявить, что мой отец предатель и я не желаю иметь с ним ничего общего.
– Если бы вы поступили так до того, – наставник погладил по плечу сына сира Отто, – это бы сработало. Но вы явились под гербом дома Лоудбелл, с другом предателя сиром Леоном, которого прогнали из Серого Ордена и с щитом, что принадлежал вашему отцу – на нем нанесен его рыцарский символ, ни с чем не перепутать. Нет, это уже не поможет.
– Тогда что? Скажите мне, сир Саттон. Сир, прошу вас, скажите же, чего они хотят! Незнание пугает меня, в моей голове возникают все более и более страшные мысли, ужасные, чудовищные, они грызут меня изнутри и мне страшно представить, что будет, когда я лягу спать. Эти мысли не дадут мне покоя! Что успокоит ваших братьев?
– О, бедный Велес, – наставник заключил юношу в объятия и погладил по голове, – Лишь смерть сира Отто смоет позор с вашей семьи. Только она.
Велес, как ему показалось, какое-то время перестал слышать и видеть мир вокруг. Да, эта мысль посещала его голову. Он догадывался, что рыцари могут пожелать чего-то подобного, с первых минут он подозревал, но запрещал себе об этом думать и гнал прочь дурные предчувствия.
Как бы он ни злился, Отто был его отцом. Если бы только он был скверным родителем и творил бы такое, что могло вынудить Лоудбелла-младшего возненавидеть его, если бы только… Но нет, предатель-рыцарь был добр и ласков, в меру строг и бесконечно счастлив проводить с семьей каждую свободную минуту. Их с матушкой союз был счастливым и теплым, они шутили друг над другом, бывало, что они забывали, что вокруг есть слуги и бегали со своими детьми по саду, босиком, плескались вместе с ними в озере, что было близ Ворнингбелла.
Воспоминания давили тяжелым грузом и хотелось спрятаться от них. Смерть отца. Несправедливо! Но также несправедливо и отказываться от своей мечты.
– А моя матушка?
– Велес, мои братья не чудовища! Они не желают уничтожать людей и сеять всюду смерть и горе! Леди Лоудбелл не имеет никакого отношения к счетам между рыцарями и позору. Она не присягала королю служить мечом, она не давала обета безбрачия и не покидала своих братьев по оружию в безрадостные и сложные для них дни. Ваша матушка – достойная женщина, что не побоялась пойти против народа, не испугалась огласки и осуждения. Вам стоит гордиться такой матерью!
– Но мой отец – совсем другое дело... Я понимаю, сир. Но скажите, неужели отец не знал, что может случиться, если я явлюсь сюда? Неужто он не мог помочь мне избежать позора и краха всех моих мечтаний? Он мог убедить меня попробоваться в королевскую гвардию, отправить меня учиться командованию, стратегии и истории военных действий в другие замки и там бы я смог занять должность командующего.
 
– Я не могу знать, Велес. Быть может, лорд Лоудбелл не хотел перечить вам. А быть может, он надеялся, что вы не войдете в пять десятков лучших воинов и тогда просто вернетесь домой, не столкнувшись со всем этим.
– Он поступил как трус! Мало того, что он побоялся предупредить меня и не пожелал отговорить и вступить со мной в вероятную ссору, так он еще и надеялся, что я выступлю недостойно и с позором вернусь домой. Я благодарен вам за честность, сир Саттон, только вы и поддерживаете меня, только вы верите в меня и делаете для меня очень многое! Вы прекрасный человек, сир!
Последующие пять циклов ненависть и злоба понемногу прорастали в сердце Велеса. Он старался угодить наставнику, сердился на отца, на его письма отвечал сухо и скомкано, а на последние и вовсе не соизволил написать ни строчки.
С другими оруженосцами он встречался каждый день и шутки в его адрес звучали регулярно. Он не замечал – одни и те же люди говорят их или разные. Однако, каждая из них ранила все больней и глубже, чем предыдущая. Нервы были уже на пределе, когда произошло решающее событие.
В тот день около десятка рыцарей проводили свои занятия одновременно. Сражаться в одиночку это прекрасно, но Братство – это сообщество людей, воины должны защищать не только себя, но и своих братьев, своих наставников и будущих оруженосцев. Среди десятки по боевым заслугам и способностям было выбрано два командира и каждый выбирал себе по бойцу за раз. В конечном итоге остались Велес и Гион, юноша которого не очень любили брать с собой, так как он болтал без умолку и был довольно рассеянным.
А дальше между командующими произошла настоящая ссора – никто не желал брать себе сына Отто.
– Сын предателя пусть достается тебе, Отис, ты ж вечно хвастаешь как ты силен и хитер, так докажи, что и с ним способен совладать и одержать победу!
– Сиад, ты хвастаешь не меньше моего. Сейчас моя очередь выбора и я предпочитаю Гиона.
– Я не желаю, чтобы предатель был в моем войске. А если он весь в своего отца?
– Тогда я бы советовал тебе не поворачиваться к нему спиной, Сиад!
Дальнейшей перепалки Велес не слышал.
Наставники прикрикнули на своих оруженосцев и те быстро замолчали, но лорд Лоудбелл уже покинул поле и вернулся в свой шатер. Он успел добежать, сдерживаясь, и лишь там, где его не могли увидеть, он позволил себе расплакаться.
Когда у него не осталось слез, и он только беззвучно дрожал, голос сира Саттона позвал его по имени.
– Велес… Велес, мой мальчик, я могу войти?
– Да. Да, сир. Я прошу прощения за свое поведение, сир.
– Я понимаю. Не слушай их, слухи быстро распространяются, а юноши твоего возраста бывают очень жестоки.
– Но почему они невзлюбили меня? Им-то я и вовсе ничего не делал, и мой отец…
– Ты не только талантливее их, но и выше по положению. Пока ты не дал обеты – ты лорд Ветви Лоудбелл. А большая их часть, в лучшем случае, выросла в небольших городах. И им страшно.
– Но почему им страшно?
– Если ты станешь сиром Велесом, то сможешь пойти по стопам отца. Я знаю, ты не станешь, я верю тебе. Но если вдруг допустить такое – ты останешься лордом, и король пощадит тебя. Они не хотят почувствовать себя так же, как рыцари, что сражались бок о бок с сиром Отто. Тебе придется привыкнуть к колким словам, ведь, если все сложится удачно, ты можешь стать их братом.
 
– Мне не позволят жить спокойно, со мной не захотят дружить, меня не посвятят в рыцари, мне не простят грехов отца и мне никогда не станут доверять, – лорд Лоудбелл взял свой заплечный мешок и принялся складывать в него, комкая и без особой системы, свою одежду и походное снаряжение.
– Куда ты собираешься? Велес, не надо сдаваться. Я вынесу вопрос оскорблений на следующем совете. Мальчишки не станут более грубить тебе.