На благо чужого мира. Выходец (СИ)
Но больше всего ему понравилось на конюшне. Она была просторной и чистой, рассчитанной на сорок мест, как он насчитал. Денники располагались с двух сторон широкого прохода, с двух концов которого были входные ворота. Все животные содержались в порядке и, как он заметил, каждый ухаживал за своей лошадью, а за общим порядком и запасными лошадьми следил конюх. Этот пожилой ворчливый дядька и его подросток племянник были не против его общества и частых посещений.
Благодаря пареньку Николай даже запомнил несколько слов и фраз на их местном, как он думал, диалекте. Чаще всего он посещал невысокого рыжего конька, на котором прибыл в деревушку. От своего рациона он порой приносил ему кусок хлеба.
Заметив интерес чужака к лошадям, паренек назвал ему имена тех, что находились в конюшне. Запомнил Николай не всех, но имя рыжего не забыл – Фурм. Иногда выглядывающий из-за пазухи Зонтик не противился его общению с другой живностью и, складывалось впечатление, что рептилия вполне наслаждалась сытой жизнью и катанием на парне.
За то время, что студент успел насмотреться на местных, он не раз замечал у солдат деревушки таких же ящериц, как и у него. Разве что размером и цветом они отличались. Котов и собак тоже хватало, только они не сидели на плече человека или тулье его шляпы. Первое время поведение ящерок Николая забавляло, а потом уж и сам привык.
Попытки заняться каким-либо полезным делом днем немного отвлекали Николая от грустных мыслей. Он не мог понять, почему ж так долго никто за ним не приезжает и худощавый мужчина, который оказался главным тех встреченных им всадников, перестал пытаться поговорить с ним. Каждый раз, замечая его в коридорах двухэтажного здания, на заднем дворе, или на улочках деревушки Кукушкин все надеялся, что этот Пиррэт Гролс подойдет к нему и сообщит, что за ним приехали или сообщили в надлежащие инстанции о его местонахождении.
«Ничего, каникулы пока не закончились. Куда уж занесло, там и придется отдыхать. Узнать бы какой период они реконструируют и можно в своем блоге разместить статейку по истории». И утешая себя мыслями и надеждами о скором возвращении домой (уж нагулялся, так нагулялся по Европе!) Николай с любопытством поглядывал по сторонам и примечал интересные детали быта жителей поселения.
На стенах, ограждающих деревушку и в последующие после его приезда дни всегда кто-то караулил. И зачем в деревушке «лив хистори» держать настоящий караул? Вот возле ворот оно понятно – показательная стража. Ну ладно, пусть отыгрывают.
А высоченная башня, построенная на искусственной насыпи во дворе казарменной части не очень была понятна Кукушкину. То ли она выполняла функцию пожарной каланчи, то ли являлась обзорной вышкой. И там постоянно кто-то дежурил.
Как-то студент от нечего делать где-то полчаса наблюдал за дозорным на этой вышке. Он там сидел не просто так, наверху размещался прибор, снизу очень напоминающий громадный бинокль, которые часто устанавливают на смотровых площадках, чтоб туристы и гуляющие люди могли за небольшую плату наслаждаться видом местных достопримечательностей или просто красивым пейзажем. Конечно, дозорный монетку не бросал, он просто с периодичностью поворачивал устройство во все стороны и осматривал местность.
Заинтересовавшись, и надеясь, что ему разрешат залезть наверх и посмотреть на пейзаж, Кукушкин жестами объяснил своему очередному стражнику, что он хочет. Но, к его разочарованию, стражник дал понять - наверх ему нельзя. После этого студент перестал интересоваться вышкой. Пусть сами смотрят на свой лес, все равно наверно кроме верхушек деревьев ничего б он не увидел.
Камень у колодца также вызывал его интерес. Когда на кристалл падали лучи солнца, он сиял как маленькая звезда. По вечерам же кто-то из военных или писарь зажигали там лампадку.
Частенько на заднем дворе казарменной части люди устраивали тренировки или спарринги на различном оружии. Как студент понял, единого стандарта в вооружении военных не было, каждый использовал, что ему удобней. Возможно, поэтому поединки были очень интересными. В его голове как-то не укладывалось, что все эти показательные бои могут быть специально для него, но ведь и в его отсутствие на дворе был слышен звон оружия, значит, они тренируются для своего же развития.
А вот за стены поселения там, где начинались поля и лес, его не пускали, но и тут есть на что посмотреть.
И только когда наступал вечер, студенту становилось совсем тоскливо. С первого этажа доносились разговоры и смех отдыхающих солдат, где-то в дальнем конце деревушки слышались звуки местных музыкальных инструментов и гомон немногочисленной молодежи. Он же был чужим здесь. Лишь общество ящерки Зонтика не позволяло ему опуститься до разговоров с самим собой. В такие моменты он открывал окно и не желая спускаться во двор (чтоб лишний раз не чувствовать присутствие стража за своей спиной) смотрел на звездное небо через решетку своей комнатушки.
А ночное небо здесь такое удивительно красивое! Всю свою жизнь прожив в городах, он редко смотрел на звезды, ведь огни цивилизованного мира затмевали их красоту. Кукушкин не был знатоком астрономии, и поэтому его нисколько не настораживало отсутствие знакомых созвездий и звезд – он их просто никогда не различал. Вот так и получалось, что телевидение и интернет в этой незнакомой и как бы отгороженной от остального мира деревушке ему заменяло звездное небо.
[1] Текториумная ящерка или инги – ящерица-радар, по внешнему виду очень похожа на земную плащеносную; в этом мире она чувствительна к аномалиям, что помогает при выяснении направления следования к аномальной зоне.
[2]Necesito llamar por teléfono (исп.) – Мне нужно позвонить.
[3]«Южный парк» (англ. South Park) — американский мультсериал
Глава 3
Ирк, один из основных приморских городов Империи и главный торговый порт Иркского моря каменными террасами поднимался над бухтой. Его единственные ворота открывали путнику мощеные камнем узкие улочки, дома из ракушника и горных пород поднимались будто из скалы, на которой примостился город.
Когда-то это был лишь один из немногих гарнизонов приморской линии. Но мирная жизнь, близость островов Куорто и развивающаяся торговля превратили крепость в быстро разрастающийся город. Тысячи трудолюбивых рук, тонны обработанного камня сделали возвышающуюся над морем скалу величественным городом с большим портом, складами, двухъярусным торговым рядом и вечно спешащими носильщиками. Крепкая высокая стена, единственные ворота, крепость, возвышающаяся над остальным городом и хорошо защищенная с моря бухта, делали Ирк мощным оплотом Риосской Империи на асмском побережье.
Этот портовый город с его ни с чем несравнимой атмосферой Бертону Алессоро всегда нравился больше, чем Райволас, имперская столица. Уже чувствуя свежий морской воздух, Бертон со своей группой чистильщиков въезжал в ворота Ирка.
Близился вечер. Их работа на мысе О’Мхрис закончена, следовало заехать в ближайшую почтовую контору узнать новости и, возможно, следующее задание. И, конечно же, прогулявшись по Нижнему ярусу зайти в «Рыбий Хвост» отведать свежеприготовленной морской рыбы.
Когда они проезжали пригородную таверну, со двора вышел невысокий щуплый мужчина и не спеша последовал за группой людей к воротам. Впереди себя он толкал небольшую тележку. Со стороны складывалось впечатление, что это возвращается грузчик из портового яруса, которому поручили доставить груз в таверну.
Перед въездом в город им, как и всем приезжим предложили за небольшую плату оставить лошадей в пригородных конюшнях или же заплатить «лошадиный налог» на уборку мостовых от навоза. За воротами «Аглицкие чистильщики», как их прозвали в сослуживцы, спешились и пошли друг за другом, держа в поводу лошадей, - ширина Иркских улиц не позволяла ехать как им угодно. И, хотя служащим СОУП наравне с аристократией позволялись верховые прогулки по этому приморскому городу, они не особо любили обращать на себя излишнее внимание.