Ошибка, которую я совершила (ЛП)
Все это я к тому, что я не была возмущена новым предложением Кита, и совершенно искренне собиралась выслушать его до конца.
Он промокнул глаза.
— Сейчас мои строители вытряхивают из него весь старый мусор.
— И что вы собираетесь с ним делать?
— Офисы, — сказал он. — Я думал, может, вам понадобится один?
Я ждала.
— Не в долгосрочную аренду, — сказал он. — Только помесячная плата. Все счета, кроме телефона, включены. На нижнем этаже будет туалет, а в коридоре кресла для ваших калек.
— Сколько?
— Семьсот в месяц. Но я пропущу первые два месяца, чтобы дать вам встать на ноги, а вы за это будете лечить меня бесплатно.
— Вы серьезно?
— Я с вами всегда серьезно, Роз. И я знаю, вам не нравится, что этот пучеглазый стукач все время стоит у вас над душой.
— Вы имеете ввиду Уэйна?
— Вы снова сможете работать на себя, дорогая, — продолжал он. — Будете сама себе боссом. Что скажете?
Я произвела быстрый подсчет в уме. С учет предложения Кита и за вычетом накладных расходов, я могла увеличить свою заплату процентов на тридцать. Если, конечно, снова не облажаюсь.
— Я скажу спасибо, Кит, — мой голос дрогнул, когда я произносила его имя. — Спасибо. Спасибо. Спасибо.
И Кит широко улыбнулся.
— Вот и ладушки, — сказал он.
Он нежно коснулся моего плеча, когда увидел, что я плачу. А затем крепко похлопал по спине, как любимого валлийского пони.
— Молодец, девочка. Через месяц у вас будет свой кабинет.
*
ГЛАВА 22
Мой телефон зазвонил примерно в середине утра, во время перерыва на чай. Я сидела на солнышке и с интересом наблюдала, как певчий дрозд пытается разбить раковину улитки о кусок черепицы. Повторяющееся постукивание привлекло мое внимание, это был так похоже на стук мелких камушков, которые Уинстон швырял мне в окно, когда поздно возвращался из паба.
— Роз Туви?
— Да, — ответила я. — Вы можете говорить?
Судя по фоновому шуму, звонивший находился за рулем.
— Мне сказали позвонить вам. Моя сестра Надин, помните ее?
— Ах, да, — я поморщилась.
Жаль, что нельзя было прервать звонок, Петра бы меня не простила.
— Итак, — сказал он, — я вам звоню. Немного неловко, правда?
Я вздохнула:
— Надин объяснила, почему хочет познакомить нас?
Короткий смешок.
— Да. Вы хороший человек, и она считает, что нам может быть интересно друг с другом.
— Она так и сказала?
— Конечно, нет. А вам нужна правда?
— Почему бы нет?
— Она сказала, что дружит с вашей сестрой, которая отчаянно желает свести вас с приличным парнем. И Надин сразу вспомнила обо мне. Честно говоря, ей надоело слушать жалобы вашей сестры.
— Что еще она обо мне рассказала? — спросила я насмешливо.
— Хорошая фигура, но немного небрежная в одежде. Она то же самое говорит и обо мне, так что я воспринимаю ее оценку критически. И еще вы относитесь к типу людей, которые время от времени нуждаются в приключениях. А что она сказала обо мне?
— Что вы определенно не неудачник.
— Нет, я не неудачник — сказал он.
— Что ж, это хорошо.
— Я так понял, что мы можем сходить куда-нибудь в четверг. Вам удобно? — спросил он.
— Вполне.
— Ваши пожелания?
— На ваше усмотрение, — сказала я. — Удивите меня.
— Хорошо, Роз Туви, — пообещал он. — Удивлю.
Закончила разговор я уже с улыбкой. И только позже, когда лечила локоть Скотта, я поняла, что забыла спросить имя.
— Его зовут Генри, — сказал Скотт, пристально глядя на меня.
Я придерживала его предплечье одной рукой, а другой надавливала на запястье, чтобы растянуть мышцы-разгибатели. Его локоть был почти в порядке, и это был последний сеанс.
— Итак, ты собираешься встретиться с ним?
Я прекратила свое занятие и сделала шаг назад.
— Ты бы предпочел, чтобы я этого не делала, — сказала я.
Без вопросительного знака.
— Нет. Ты можешь встречаться с кем хочешь, — ответил он. — Неважно, что я предпочитаю. Просто, как я уже сказал, Генри довольно ограничен.
— Ограничен? Он не кажется глупым.
— Не кажется, — повторил Скотт.
Он словно выплевывал слова изо рта.
— Послушай, Скотт, — я теряла терпение, потому что мне надоели его игры, — что ты предлагаешь мне делать? Это твоя жена все затеяла, не я. Она почти взяла меня за горло. Я пыталась отказаться. Я несколько раз сказала «нет». Может быть, если бы ты вчера не раздражал ее, мы бы не оказались в такой ситуации.
— Ты думаешь, она нас подозревает?
— Думаю, что нет. Она решила настоять на своем, потому что ты был так категорически против. Потому что ты так придирался к ее брату. Со стороны это выглядело очень странно. Я видела, что Петра не понимает, как ей себя вести…
— К черту Петру, — внезапно рявкнул он. — У Петры нет ни одной собственной мысли в голове.
Я снова отстранилась. Тихо, но твердо я попросила:
— Прекрати, Скотт. Достаточно.
Я опешила. Он никогда раньше не был таким.
— Прекратить что? — потребовал он.
Спокойно и стараясь не провоцировать, я сказала:
— Я не понимаю, почему ты так себя вел. Как будто ты хотел, чтобы тебя заподозрили. Или ты действительно хочешь, чтобы все знали о нас?
— Конечно, нет. Не смеши меня.
— Тогда в чем дело?
Это выглядело так, словно он наткнулся на стеклянную стену. Я замолчала, потому что его лицо внезапно изменилось. Он поднял руку и потер лоб. Затем наклонил голову и медленно выдохнул. Затем поднял ладонь, как бы говоря: «Дай мне минутку».
И вот его глаза стали нежными и полными раскаяния.
— Извини, просто мне было трудно это вынести, — тихо сказал он. — Когда мы снова увидимся? Ты мне нужна.
*
Верный своему слову, Скотт перевел мне четыре тысячи, как только мой счет поступил в его офис. И я начала мечтать о будущем. Ничего фантастического, способного одним махом поднять меня из финансовой бездны. Никаких лотерейных билетов и внезапных наследств. Я вернулась к планированию расходов на ближайшие несколько месяцев. Конечно, я не могла так скоро вернуть деньги родителям, но с помощью Кита Холлингхерста, я начала бы зарабатывать достаточно, чтобы откладывать некоторую сумму каждый месяц.
Я пока не знала, как долго продлятся отношения со Скоттом. Конечно, это было не навсегда, и его внезапная смена настроений от агрессивного до цепкого несколько встревожила меня. Но когда вы видите деньги на своем счете и уже без страха заглядываете в почтовый ящик, трудно отказаться от такого простого решения проблем. Еще две ночи со Скоттом, и долг по моей кредитной карте будет равен нулю.
А если держать все в секрете, то никто и не пострадает от наших действий. Я никого не грабила, и не разрушала ничьи жизни. Я не причиняла никому вреда. Я даже собиралась заплатить налоги со своего заработка. Моя совесть почти замолчала.
И все же я не могла воспринять происходящее, как норму. Как бы я себя ни убеждала.
Кроме того, во мне росло беспокойство, что наше деловое соглашение — а для меня этот секс оставался в значительно мере деловым соглашением — для Скотта начало приобретать иное значение. И конечно, у меня возникало тошнотворное чувство вины, стоило только вспомнить о Надин.
Меня ожидала третья встреча, и я собиралась получить представление о том, как мне вести себя дальше.
На этот раз нам не понадобилась целая ночь. Скотт очень хотел встретиться, но я сказала, что смогу освободиться только на часть дня. Я объяснила, что сейчас Джордж стал очень ранимым. Скотт согласился, и мы договорились о полутора тысячах за несколько приятных часов после полудня.
Итак, во вторник утром, без навязчивого контроля Уэйна, я смогла сделать то, чего обычно не делала, а именно отменила дневных пациентов. Я переместила их в графике под расплывчатым объяснением, что мне самой нужно обратиться к врачу. Мои пациенты обычно слишком беспокоились, что со мной может случиться что-то зловещее, поэтому воспринимали перенос без жалоб. А если, в худшем случае, Уэйн вернется во время моего отсутствия, я скажу, что делала рентген головы. Это точно заставит его замолчать.