Четвертый поцелуй (СИ)
Он повертел головой и не обнаружил с нами Леськи. Я кривовато улыбнулась и едва ткнула пальцем в сторону загона, робко указывая, куда делась пропажа. Мужчина заспешил к двери, я бросилась следом. Он выглядел несколько взволнованным, словно подружка вошла в клетку к тиграм, а не к безобидным птицам. Может не таким и безобидным? — мелькнула мысль. Я вспомнила, что страусы вроде как трусы, голову в песок прячут. О том, что это больше миф, чем реальность узнала чуть позже.
Рама сетчатой двери хлопнула за спиной, я вздрогнула и уперлась в спину ветеринара.
— Вернитесь назад! — строго окрикнул он Леську. — Я приказываю вам вернуться!
Невесть откуда взявшиеся требовательные интонации милого с виду «научного работника», напугали меня. Сам он разволновался не на шутку, покраснел и призвал подружку ещё раз. Но подобным её не пронять, если ей что-то втемяшилось… впрочем, я уже говорила. Леська даже ухом не повела. Хотя, расстояние между нами было приличным и насчет ушей я не уверена, может и повела. Однако внешне она абсолютно спокойно продолжала следовать заданным маршрутом, направляясь в сторону скопившихся в дальнем углу птичек.
Страусы же, напротив, внимание на крик ветеринара обратили и повернули маленькие головы на длинных шеях. Несколько из них, завидев Леську в досягаемой близости, бросились врассыпную, трое невозмутимо паслись на своих местах. Сейчас, глядя на их размер относительно подруги, я испугалась по-настоящему: ростом страусы превосходили мелкую Леську почти в два раза.
— Господи, убогая, вернешься ты уже, нет?! — прикрикнула я.
Та махнула на меня рукой, сделала ещё пару шагов и потянула к ним руки, подзывая словно цыплят. Идиотка, мать твою! Анатолий Степанович велел мне оставаться на месте, а сам направился к Леське. В этот момент один из страусов беспокойно повел головой, взмахнул крыльями и кинулся к визитерше. Леська недолго думая развернулась и бросилась наутек. Сшибет, — подумала я. Страус Леську.
Далее происходящее напоминало забавный видеоролик с одного популярного канала. Мчавшаяся со всех ног вдоль забора (не спрашивайте, почему она бежала не к нам, а вдоль ограды, возможно, надеялась найти лазейку) блондинка, оглядывающаяся позади себя, и бежавший за ней страус. Страус делал вид, что он прогуливается, а не преследует глупую девицу и всякий раз, когда Леська оглядывалась, замирал и косился в сторону. «А я че, а я ниче», гласил его вид в такую секунду. Стоило подружке повернуться спиной и ускориться, птица взмахивала крыльями и продолжала преследование. Бегать Леська не приучена, а на огромных танкетках подавно, страус нагнал бы её сразу, если б не эти «переглядки» с паузами. Похоже, птичка и сама опасалась подружку, но это не мешает ей со страху покалечить преследуемую.
Анатолий Степанович бежал к ним наперерез, заполошно махал руками и призвал Леську остановиться. Призывал, кстати, напрасно Леська похоже ничего не слышала вокруг, да и услышала не думаю, что остановилась бы. В какой-то момент ветеринар повернул ногу и упал. Поднялся тотчас же, продолжил бежать, потирая ушибленное колено, но значительно сбавив скорость.
Закончилось всё это «представление», устроенное Леськой, не менее эпично. Подружка выдохлась, остановилась, повернулась лицом к своему страху, зажмурила глаза и завизжала. В этот момент через забор перемахнул взявшийся, словно ниоткуда, Помещик. Перепрыгнул ограду лихо, уверенно, будто это вовсе для него не преграда, и встал аккурат между Леськой и страусом, заслонив её своей статью. Смотрелось впечатляюще. Я буквально открыла рот, ветеринар остановился, выдохнул и схватился за сердце, а Леська перестала визжать, и обалдело уставилась на спасителя.
— Цыц, Гоша! Тьпру… — ласково успокоил хозяин птицу и добавил ещё пару слов.
Страус замер, поглазел на Помещика и сделал несколько шагов в сторону. А потом и вовсе принялся шарить клювом в земле, словно это не он только что участвовал в марафоне. Дмитрий Сергеевич повернулся к Леське и завязал разговор, подозреваю, справился о самочувствии, но я могла только догадываться. Тон он значительно сбавил, а расстояние, разделявшее нас, не позволяло мне услышать в полной мере. Подружка выглядела слегка шизанутой: лыбилась и молчала. Ноги её подкашивались толи от бега, толи от красоты спасителя, она пыталась держать равновесие и смотреться при этом «леди», это её любимый образ. Помещик попробовал ещё раз, но видя всю бестолковость затеи (Леська не отвечала), подхватил её на руки и понес к нам.
Тьфу ты, зараза! Ещё и в шею вцепилась, да ноги красиво свесила! А босоножки действительно хороши…
А следом язва, сидевшая внутри, заметила: «Какого хрена ты не сунулась к этим страусам?!»
Глава 17
С ума сойти, вот это поворот! Думаю, говорить о том, что он нёс свою ношу, словно пушинку, излишне. И так понятно, раз уж Леська не особо удалась ростом, да и лишними формами, к моему теперешнему сожалению, господь не наградил.
— Привет! — улыбнулся мне Помещик и поставил передо мной Леську, будто передавал целехонькую из рук в руки. Леська слабо охнула, а он добавил: — Не знал, что у нас гости.
Я поздоровалась в ответ и не удержалась:
— А если б знал, то что, с караваем бы встретил?
— Таких гостей караваем не удивишь, тут что-то более особенное нужно, — хитро сощурился он.
Как далеко заходит его фантазия, в погоне за оригинальностью, осталось для нас загадкой: подоспевший ветеринар вклинился в разговор. Мужчина по-прежнему держался за область сердца, но больше, как мне показалось, для проформы.
— Тысяча извинений, Дмитрий Сергеевич, экскурсия немного вышла из-под контроля. Обещаю…
— С вами всё в порядке? — перебил его Помещик, не позволив расшаркиваться. Ветеринар заверил, что у него всё отлично, а хозяин строго поинтересовался: — А Марат где?
— День рождения супруги, отпустил пораньше. Вы не беспокойтесь, я сам всё сделаю. И загоню, и покормлю.
— Тогда вам следует поторопиться, Анатолий Степанович, — глянув на часы, заметил Дмитрий. — Что ж, не станем вам мешать, девушек я сам провожу.
Помещик подхватил нас под руки и повел к выходу. Ощущения сложились двоякими: вроде и деликатно взял, галантно, но в тоже время выводит со своей территории. Нечего, дескать, тут бродить посторонним, да ещё чересчур активным личностям. Правильно, решила я, пора и честь знать. Заявиться сюда — плохая идея, которая изначально мне не приглянулась, а сейчас и вовсе виделась нелепой.
Оказавшись за воротами страусятника, Помещик притормозил, отцепился от нас и окинул поочередно взглядом. Остановился на Леське и весело спросил:
— Будем знакомиться?
Та встрепенулась, расправила плечи и со значением уставилась на меня. Тоже мне аристократка, могла бы, и сама представиться!
— Это Олеся, — брякнула я, зачем-то вспомнив знаменитое: «Дегтем её вымазать стерву!». Леська, заслышав имя по паспорту, скривилась, не жалует она его, а я продолжила: — Олеся моя подруга и коллега по совместительству. А это Дмитрий Сергеевич Щуров, местный предприниматель. Хозяин заводов, полей, пароходов, страусов и всех этих владений.
Брови Щурова поползли вверх, он издал легкий смешок в кулак, сделав вид, что закашлялся, и напустил в глаза тумана.
— Что же ты, Женя, нас так официально, мы вроде с тобой вполне сдружились, — с укором заметил он.
«Как подружились, так и раздружимся», — хмыкнула я сама собой, проигнорировав замечание. Новоиспеченный «дружок» протянул Леське руку. Та протянула свою в ответ, не забывая лыбиться самой пленительной улыбкой.
— Женечка временами включает зануду, а вообще она очень милая, — порадовала его подружка и кокетливо добавила: — Для друзей просто Леся.
— На Митю не обещаю отзываться, — в тон ей ответил мужчина, — но на Диму вполне.
Боже, какая прелесть! Вы только посмотрите, и кто тут у нас «милый»? Вот бы Гошу на них натравить… И что это за кличка такая дурацкая — «Гоша»? Попугайская. Я поискала глазами страуса — возвращался в стаю. А и рядом бы пасся, какой мне с того резон? Сомневаюсь, что птица станет действовать по указке, тем более, я для неё — чужак. Интересно страусы поддаются дрессировке?