Вершители порядка (СИ)

Я пытаюсь сделать шаг, но нога подкосилась, и я с болью и криком падаю на колено.
— Он тебя чуть не разорвал…, - Исаил протягивает ко мне свой посох и с его вершины в меня втекает свет, тёплый оживляющий свет, который изгнал из тела останки энтропийной магии. — Милостью Творца, ты исцелён. Вставай на бой.
— Спасибо, говорю я мы возвращаемся в бой, который стал ещё ожесточённее.
Враг напирает с новой силой — на стенах кипит бой, хранители и лучники топят в крови неримцев, которые забираются по лестницам, и белая поверхность укреплений стала багровая. Стражники Арка медленно, один за другим «засыпают» вечным сном под грады ударов неримцев. Магия чародеев иссякает и через гору обожжённых и обмороженных тел неримцев, который скопились на ступенях, прорывается всё больше воинов, но им всё равно приходиться встретиться со смертью. У ворот «стена щитов» постепенно отходит назад, теряя пространство и людей, но заставляя заплатить за него врага кровью.
— Держаться! — кричит Велисарий, пронзая очередного неримца. — Стоять насме-е-ерть!
Перед воротами всё завалено мертвецами, а запах… вонь горелой плоти, железный смрад крови и «амбре» от распоротых тел — всё это тошнотворным ореолом повисло ад полем боя, но сдержав себя и вспомнив о долге, я возвращаюсь в бой, встав с магами и принявшись перезаряжать «громыхатели».
Велисарий отбил удар, после резким движением насадил неримца на меч и спустил его. Второй его жертвой стал воин с щитом, которого он отпихнул, затем ударил между ног и всадил меч в плечо. Рядом с ним храмовники, продолжая прятаться за щитами, то и дело отпихнут и уколют, порежут молниеносными движениями, врагов, да снова спрячутся за «укрытие», продолжая воевать в строю.
Я выбираю себе цель и жму на крючок. Раздался оглушительный хлопок и два неримца упали на плитку, присоединившись к куче тел у ступеней. Рядом со мной Исаил сотворил одно длинное ледяное копьё и с ненавистью направил его в строй противников, пронзив одного и поранив второго. Их крики и рёвы не были слышны под общий звук стенаний, агонии и лязга металла.
— Похоже, — выдыхаясь, стал говорить Мерраджиль, готовясь отправить во врагов огненный шар. — Это наша последняя ночь.
— Тогда мы сделаем так, чтобы она вошла в легенды, — сказал рядом стоящий чародей.
— Если вы сконцентрируетесь на бое, — решил позанудничать я, выискивая новую цель. — То сами сможете их рассказывать.
Когда скопление врагов в Храме достигло предела и кажется, что они вот-вот прорвут оборону, разорвут стену щитов, Велисарий пошёл на хитрость, использовав оружие, о котором давно задумывался:
— Используйте масляные бомбы!
Часть храмовников отбежала назад и сорвав с пояса какие-то глиняные горшки, чиркнули их фитилями и о зажигающую поверхность и швырнули в толпу неримцев. Там, где ворота стали грудами камня мгновенно вспыхнула стена огня. Масло, улучшенное алхимиками разлилось по доспехам врагов, растеклось по полу и одной искры хватило, чтобы толпа превратилась в пылающие факелы. До меня громозвучной волной дошли нестерпимые вопли, разрывающие сердце крики агонии — солдаты, «наряженные» в огонь стали бежать кто куда, в сторону своих и на храмовников, где встретились с непроходимой стеной щитов.
Вскоре, через минут пять, всё закончилось и мне только с ужасом и тошнотой остаётся смотреть за полем боя, которое завалено обугленными телами. Изуродованные и искалеченные неримцы завалили всё собой, и ступени, и место, где раньше были ворота и чуть дальше… раньше на них были табарды, а теперь только оплавленная кольчуга и куски ткани, поднимающиеся в небеса опалёнными лоскутами. Я не знаю сколько их погибло… сотня или больше… меня поражает та фанатичность с которой они напирали и количество смертей. Небольшая передышка, которую кто-то использовал для лечения ран, подготовки оружия, я потратил на разглядывание поля боя, и мысли — «почему неримцы так фанатично настроены? Что мог им пообещать Коарек, что они превратились из воинов в смертников?», когда меня не вырвал из раздумий крик:
 
— Неримцы снова наступают!
— Вперёд, за Эндерал! — воззвал Велисарий. — За нашу родину. Грядёт новый штурм!
— Эндерал! — ответили солдаты. — Свободный Эндерал!
Я с усталостью поднимаю свой меч и смотрю в сторону Обители, где расположен лазарет. Вдохнув поглубже смрадного воздуха, я внимаю словам Исаила:
— Крепитесь духом братья и сестры, ибо Господь смотрит на вас! — пламенно заявил он. — Встаньте плечом к плечом, мои любимые. Господь силён в брани, Он поможет нам!
В проходе появились новые враги — это схваченные в стальные панцири воины, на их груди символ орла, а под бронёй чёрно-жёлтая юбка. В руках они тащат громоздкие прямоугольные щиты.
— Командующая вражескими силами — Альма! — закричал Велисарий, когда увидел, что их ведёт высокая девушка, чьё лицо не скрыто барбютом шлема. — В атаку! Все на неё.
Альма врезалась в ряды храмовников. Резким ударом она разрубила ключицу первого. Затем она тыльной стороной топора проломила лоб следующего воина и мгновенно вогнала лезвие в живот третьего.
Две армии встретились с офицерским составом вражеской армии, скрестив мечи и ударившись щитами. Я же, убрав заряженные «громыхатели», беру лежащий под ногами посох и решаюсь покончить с наступлением. Сжав как можно сильнее посох и меч я втиснулся в кучу своих воинов и прямо со второй линии пустил неримцам в лицо охладительную струю вымораживающего морозного ветра. Это вам не обычная вьюга, а концентрированный холод, доводящий до обморожения и частички льда, впивающиеся в кожу. Воины, получив порцию магического хлада в лицо завопили и попытались снять накалённые шлемы, тут же получив мечи и копья в горла.
Велисарий остался с Альмой один на один. В её руках большой покрытый позолотой изящный топор несётся к командиру, но он умело уходит от удара, а затем парирует её нисходящее движение.
— Остановись Альма! — кричит мой полководец. — Твои воины мертвы, не присоединяйся ты к их числу.
— Никогда! — ответила она серией ударов, которые все уткнулись в щит Велисария.
— За что ты бьёшься!?
— Коарек показал нам будущее! Прекрасное будущее без религии и веры!
Велисарий прекратил все разговоры, ибо это бесполезна и атаковал. Его меч незаметной линией вошёл в щит сбоку, а затем ударом ноги в живот командир выбил из неё воздух и тычковым выпадом щита склонил. Он попытался ей проколоть восходящим тычком горло, но она резко выпрямилась и едва не разрубила подбородок Велисария, но тот ловко ушёл, заставив её открыться.
Я же протянув древко магического посоха выпустил всю магическую энергию в неё — лютый холод объял её тело серебристо-белым облачком, броня и одежда морозом «укусили» кожные покровы и она, взвизгнув, едва не упала и попятилась назад. Раненная, но живая, Альма не стала испытывать судьбу и закрыв себя массивным щитом попятилась прочь, пока её воины отдают жизни под редкими выстрелами лучников.
Мы окончили этот и готовились к новому бою и тучи врагов не оскудевают, но тут произошло то, что мало кто ожидал — мельком пронеслась фигура высокого человека, в котором я признал великого магистра, который несётся со всех ног к светочу. Меня что-то или Кто-то заставил обратить внимание назад, словно внутреннее наитие. Я, отстранившись от боя, кинулся за ним, ибо не вижу в его руках того самого пресловутого нуминоса.
— Леора, — зовет мой командир. — Командуй. Арантеаль! — кричит Велисарий, который так же покинул бой.
Я, несясь во весь опор и настолько хватало сил, смог обогнать его и встал на его пути по сенью каменной крыши Храма, держащейся на множествах колоннах. Арантеаль остановился и смог разглядеть — вся его броня исцарапана, его лицо запятнано грязью и кровью.
 
— Где остальные? — спросил Велисарий, вставая рядом со мной. — Почему ты пришёл один?
— Некогда объяснять! — крикнул Арантеаль. — Мы не смогли добыть нуминос. Я… я включу светоч и завершу всё это.
— Но это разрушит весь Эндерал! — возмутился Велисарий, а я сжал сильнее клинок, предчувствуя возможность боя. — Да, я тоже разговаривал с магами. Подожди… скоро…