Папа из Огня (ЛП)

Делос сидел, прислонившись спиной к кирпичной стене, и прихлебывал чай со льдом.
— Вон там, — сказал он, указывая подбородком.
Конечно, кто-то крался по улице напротив станции. На нём был капюшон, словно человек старался не привлекать к себе внимания, но в его шпионстве не было ничего изощренного. Он ходил вверх и вниз по улице, поглядывая на станцию, но не замечая нас двоих, наблюдавших за ним с вершины башни, — по крайней мере, до этого момента. Человек замер, повернулся и быстро скрылся за углом.
— Может быть, это как-то связано с твоим предполагаемым поджигателем? — сказал Делос.
— Я выясню.
Через секунду я взмыл в воздух, и проклятья Делоса за то, что из-за меня он пролил свой чай, стихли, когда я поднялся в небо. Я видел, как человек внизу пробирался по пустой улице через район Дракендаунс, мимо закрытых зданий, уничтоженных пожаром два десятилетия назад, и которое так и не восстановили. Когда-то Дракендаунс был оживленным центром для драконов в Старом порту, но череда пожаров, и отсутствие новых возможностей, заставили многих покинуть наш уединенный городок в поисках более благоприятных мест. Теперь в старом драконьем районе жили, в основном, люди. И мы, конечно.
Я расположился под солнцем, достаточно высоко, чтобы человек не смог заметить меня, если бы посмотрел в небо. Если кто-то пришел с вестями о пожарах, я не хотел напугать его и заставить молчать. Это могло произойти слишком легко. Он двигался близко к зданиям, думая, что скрыт, но ничто с пульсом и температурой не могло скрыться от моих глаз, даже за слоем кирпича. Я осторожно спустился, сохраняя достаточное расстояние, чтобы он не заметил меня, и приземлился в переулке перед ним. Вернувшись в человеческую форму, я вышел из переулка и небрежно прислонился к стене. Мне было слышно, как человек быстро идет, пыхтит и отдувается. Он ахнул и бросился мимо меня. Я поймал человека в объятия. Беременный живот прижался ко мне, и я сразу понял, кто находится под капюшоном. Я опустил его, и Грейсон посмотрел на меня округлившимися зелёными глазами.
— Альтаир! Это ты! — сказал Грейсон, моргая, когда отошел от меня. Он выглядел одновременно обрадованным и потрясенным, и оглянулся через плечо в сторону станции. — Ты… ты видел меня? Как ты сюда попал?
— Наверное, трудно быть привязанным к земле, — сказал я. — Я прилетел. И да, ты был не таким уж скрытным, как думал. Не для драконьих глаз.
— Я не пытался быть скрытным, — сказал он.
— Ты чертовски много крадешься для того, кто не пытается действовать скрытно.
Он выглядел защищающимся.
— Я не крался. Я проводил расследование.
— Расследование?
— Я хотел посмотреть, где ты живешь.
— Это похоже на слежку.
— Э-э, я не это имел в виду. Я надеялся… не знаю. Ты первый дракон, которого я встретил, и мне стало очень любопытно.
Я вздохнул.
— Ну, позволь мне рассказать тебе кое-что о драконах. Нам не нравится, когда за нами шпионят. Именно так людей и съедают.
— Ты бы никого не съел, я уверен, что это противоречит твоему кодексу огнеборца или что-то в этом роде.
Я засмеялся и отвернулся.
— Я подумал, что кто-то решился принести сведения о пожарах. Вместо этого, омега решил преследовать меня. Вот. Ты можешь увидеть свое первое драконье перевоплощение, когда я буду улетать от тебя.
— Эй, подожди! Подожди. Я никогда не говорил, что мне нечем поделиться. — Он сжал руки вместе, словно выплескивая свою нервозность. — Некоторые мужчины в таверне говорили о дурном ветре, дующем через город. Они говорят, что говорить о пожарах — плохая примета. Может быть, поэтому никто не хотел с тобой разговаривать.
— Я уверен, что они также говорят, что говорить с драконом — плохая примета, Грейсон.
— Ты запомнил мое имя, — сказал он.
— Конечно. Думаю, ты первый человек, который посмотрел мне в глаза за последние годы. Кто-то забыл сказать тебе, что ты должен бояться таких альф, как я.
— Я не верю ни во что из этого, — сказал он.
— Тогда ты не такой, как остальные.
Лицо Грейсона покраснело, и я почувствовал, как температура его тела слегка повысилась. Он положил руку на свой живот.
 
— Нет. И это всегда было моей проблемой. Мне жаль, что у меня нет больше вестей для тебя. Но, надеюсь, это лучше, чем ничего.
— Это было полезно. Спасибо.
Он засветился.
— Хорошо. Я рад, что смог помочь.
Когда Грейсон поднимался по дороге, я окликнул его и прыгнул в воздух, превратившись в дракона, мои крылья черпали воздух и подталкивали меня все выше и выше. Его глаза округлились от удивления, а затем он ухмыльнулся. Поток ветра хлестал улицу вокруг него, поднимая вихрь старых газет и опавших листьев, а он смотрел, как я взлетаю все выше.
  
Глава 3
 
Грейсон
 
 
В трактире царила вечерняя суета, и я был в самой ее гуще: в руках поднос с элем и тушеной говядиной, в деревянных мисках, грозящих выплеснуться через край. Я, как обычно, справлялся с этим искусным балансированием, проскальзывая между пьяными посетителями и разнося яства по залу. И, как всегда, нетрезвые мужчины делали нежелательные попытки прикоснуться к моему телу. Я хорошо научился уклоняться от них, и иногда мне даже удавалось сделать так, чтобы немного горячего рагу попало на их пальцы, если я покачивал поднос в нужном направлении.
— Еще немного, — сказал я своей девочке в утробе. — Мне нужно еще немного времени, и мы с тобой выберемся из этого места.
Скоро мне не придется каждую ночь подвергать ее этому шуму. Представляю, это, наверное, сродни ужасным соседям, которые постоянно шумят, когда ты пытаешься просто поспать. У меня хотя бы что-то было: комната над таверной и работа, приносящая деньги в мой карман. Но так было не всегда. После того как я забеременел, я жил на улице, поскольку ни одна семья не хотела меня приютить.
Мужчина схватил меня за задницу, и я сделал небольшой пируэт, уклоняясь от шлепка как раз вовремя, и его рука проскочила мимо и попала прямо между ягодиц довольно крупного парня, стоявшего позади меня. Он крутанулся на месте, в ярости схватил своего нового друга за рубашку и стащил его со стула. Тот одарил его дурацкой ухмылкой, а потом его швырнули через весь зал в пустые винные бочки.
— Кажется, он сказал, что у тебя симпатичная попка, — сказал я рассерженному мужчине. — Сказал, что хочет проверить, насколько она тугая.
Мужчина издал безумный рев и набросился на своего невольного любовника, и эти двое сцепились в пьяной драке, пока все кричали, подбадривали и подстрекали их. Доставались кошельки с деньгами. Делались ставки. Именно такие моменты развлечения делали мою работу более сносной.
Я отступил в бар, чтобы наполнить кружки и подготовиться к неизбежному наплыву людей, желающих купить выпивку на свои выигрыши, но драка закончилась быстро: оба мужчины заработали синяки под глазами, и мистер Форестер вышвырнул их на улицу. Из окна я видел, как они вместе ковыляли прочь, обнявшись, словно совершенно забыли, из-за чего подрались. А может, они и помнили, и это был просто какой-то брачный ритуал между двумя альфами, о котором я не знал.
Дверь открылась, и появились новые гости, и я поспешил выполнить их заказы. Каждый раз как она открывалась, я надеялся, что дракон Альтаир войдет в эту дверь, но прошла неделя с тех пор, как он появился в таверне. И я знал, что этого никогда не произойдет. У него не было никаких причин возвращаться сюда. А мне так хотелось поговорить с ним и задать дракону всевозможные вопросы о том, каково это — быть драконом. Я знал, что это невежливо, но мне было так любопытно. Часть меня хотела снова пойти на разведку к станции, но я не знал, говорил ли он правду, когда сказал, что съест меня. И если не он, то, как насчет других пожарных из его команды? Все это так захватывало. Я всегда интересовался драконами, с самого детства. Я не понимал, почему все их так боятся.