Папа из Огня (ЛП)

— Я тут кое о чем задумался, — сказал Грейсон. — Райнор, Делос, вы двое заинтересованы в поиске пары?
— Вряд ли, — сказал Делос. — Я лучше буду один. Так проще.
— Ты не один, у тебя есть мы, — ответил Грейсон.
— Это другое дело.
— Разве я другой? — сказал Грейсон, поддразнивая его. — Я так польщен.
— Ты знаешь, что я имею в виду, — пробормотал он.
Как по команде, Уголек спрыгнул с карниза и уселся на колени Делоса. Мы все засмеялись, когда кот свернулся на нем калачиком, а Делос изо всех сил старался изобразить раздражение, но не сдвинулся с места. Он погладил его по шерсти, поджав губы и нахмурившись. Райнор закинул руку на плечо Делоса.
— Что я говорил? Я знал, что Делос влюбится в эту кошку. Этот парень неравнодушен ко всем потерянным созданиям.
— Я думаю, ты говоришь о себе, — сказал Делос. — А что насчет тебя? Ты всегда преследуешь Томаса из Дозора.
Райнор усмехнулся.
— Он — чистое развлечение. Я должен развлекать себя, летая каждый день по одному и тому же кругу.
— Ты хочешь найти себе пару? — спросил Грейсон, и он пожал плечами.
— Не против. Но и не совсем в поиске. Альтаир привел меня на эту миссию, перевернул мою жизнь, так что я посвятил себя полету, и это все, что мне нужно.
— Не думаю, что кто-то из нас представлял, что найдет себе спутников, — сказал я.
— Да уж, не представляли, — ответил Райнор. — Что делает тебя особенным, Грейсон. В любом случае, теперь у нас полно забот с тобой и Далией. И я уверен, что это лишь вопрос времени, когда появится еще один ребенок. Я знаю, как вы оба заняты.
— Хватит подслушивать нас, — сказал Грейсон, и Райнор рассмеялся.
Делос оторвал небольшой кусочек мяса и скормил его Угольку, после чего встал.
— Я ухожу, — сказал он. — Хочешь, чтобы я позаботился о Далии?
— Хорошо, — сказал Грейсон, протягивая ему ее корзину.
— Подожди, — сказал Райнор. — Мне нужно показать тебе, как делать эту штуку с гирями.
— Сейчас? После еды? Ты хочешь, чтобы меня стошнило?
Их голоса стихли, когда ребята спускались по лестнице на станцию, и Грейсон придвинулся ближе ко мне. Я провел рукой по изгибу его бедра до колена, а затем дразняще приближаясь к его паху. Он поцеловал меня в щеку, и прошептал на ухо:
— Хотел бы я чаще видеть твою драконью форму.
— О? Правда?
— Да. Ты знаешь, что это меня возбуждает.
Я усмехнулся.
— Наверное, я единственный человек на этой планете, который при виде дракона возбуждается, а не пугается.
— Неправда. Есть много других людей, которые восхищаются драконами так же, как и я. Они просто слишком боятся кому-то об этом рассказать.
Я прильнул к его губам, и наши языки слились. Грейсон схватил меня за запястье и оказался на моих коленях, облокотившись на меня. Он сжал свои бедра вокруг моей талии и обвил руками мою шею. Я повернул голову, чтобы поцеловать его снова, и мой член стал твердым и уперся в его задницу. Я почувствовал его эрекцию через брюки, упирающуюся в мой живот, и схватил его за задницу и еще крепче прижимая к себе.
— Хочешь полетать? — спросил я, и он кивнул.
Я встал, держа Грейсона за талию, и спрыгнул со сторожевой башни, переместившись в воздухе и поймав Грейсона в когти, пока мои крылья разворачивались и ловили вечерние потоки. Я поднял его на плечо, он забрался ко мне на спину, и мы поднимались все выше и выше в небо, пока не оказались прямо под облаками. Мы кружились, и под нами мерцали огни города а звезды только начинали загораться над головой, и маленькое тело Грейсона прижималось к моей спине, крепко обнимая меня. Кожа дракона была чувствительной, и я чувствовал его так же, как и в человеческом обличье, а он прижался ко мне щекой. Я чувствовал его возбуждение и, обострив все свои чувства, учуял запах его возбуждения даже сквозь порыв воздуха. Я пронес нас через весь город и обратно, высоко поднимаясь и пикируя вниз, чтобы напугать его, а он со смехом кричал, чтобы я остановился.
Когда я вернулся на сторожевую башню, Грейсон опустился на колени, как только я снова принял человеческий облик. Он освободил член и, не теряя времени, накрыл его ртом, и я застонал, чувствуя, как его горло сжалось вокруг моего члена. Он не пытался скрыть звуки, его влажное посасывание наполняло сумеречный воздух. Я схватился за столб рядом со мной и застонал, когда дрожь удовольствия прошла через меня. Потом он заставил меня лечь, стянул штаны и сразу же сел на меня, словно умирал от желания иметь меня в себе. Сжимающее тепло, когда он медленно опустился, втягивая дюйм за дюймом, пока не обхватил набухшее основание моего члена. Он замер на мгновение, чувствуя, как я пульсирую в нем. Наступила тишина, за исключением совпадающего ритма нашего дыхания. Затем, прижав руки к моей груди, Грейсон двинул бедрами и стал раскачиваться вверх-вниз в ускоряющемся темпе, выдыхая тихие стоны, которые становились все громче и громче, пока он, казалось, не забылся. Его голос разносился, но это не имело значения.
 
Я обхватил его за талию и толкнулся в него, каждое движение разжигало мой жар, вызывая головокружение от его интенсивности. Я танцевал с Грейсоном в древнем танце, дракон и человек, и чувствовал силу того почти забытого времени, когда наш род был связан, когда драконы брали себе в спутники людей, а на небе светили множество звезд. Мы ехали вместе, приближаясь к финишу, когда Грейсон внезапно остановился. Он увидел что-то вдалеке, и выражение тревоги на его лице заставило меня подняться.
— Альтаир, смотри.
Он соскользнул с меня, и я посмотрел туда, куда он указывал. Дым — трудно разглядеть в слабеющем свете, но с моими драконьими глазами я мог видеть пульсации жара, поднимающиеся вместе с черным дымом, который не шел ни из какой трубы. Потом еще дым. Еще один огонь. В одно мгновение мы оба вынырнули из дымки секса. Мы схватили свою одежду, я распахнул дверь-станции и изо всех сил ударил ногой по латунному колокольчику, висевшему у лестницы.
— Это он? — спросил Грейсон.
— Похоже, мы, наконец, сможем поймать нашего поджигателя, — сказал я.
— Черт. Жаль, что я не могу полететь с вами.
Райнор и Делос мгновенно оказались на башне. Уверенные и готовые, они сразу же увидели дым и поднялись в воздух, уже в облике драконов. Без всяких колебаний, это та рутина, которую мы исполняли столько раз в идеальном унисоне, и они не стали меня ждать. Грейсон знал, что время идет, и молча кивнул мне на прощание. Я видел, что он нервничает, хотя и старался показаться, что это не так, и я знал, что он хочет лететь с нами. Обычный рейс всегда проходил вместе, и оставлять его и Далию одних мне не по сердцу. Он быстро поцеловал меня.
— Мы вернемся, — сказал я, спрыгивая с карниза, крыльями подхватывая воздух. Грейсон, не сводя с меня глаз, удалялся вдаль, пока я летел догонять остальных.
Пожары горели в двух отдельных зданиях на разных улицах и грозили перекинуться на соседние строения. Я быстро осмотрел местность в поисках следов поджигателя, но был вынужден быстро переключить внимание на пожары. Одно здание было пустым, но в другом все еще находились люди. Собралась небольшая толпа, и мужчины пытались подобраться к огню с ведрами воды.
— Где, черт возьми, Дозор? — сказал я. — Райнор, давай вытащим людей из этого здания. Разбейте крышу, и мы нырнем внутрь. Делос, второй чист, займись им!
Делос направился к другому зданию, а Райнор, со своим массивным бронированным телом, обрушился на здание, как метеор, пробил крышу и скрылся в пламени. Я последовал за ним, и как только мы оказались внутри, мы перешли в человеческую форму. Черный дым заполнил пространство, и мы бросились сквозь него, пробиваясь сквозь горящую древесину и пробивая кирпичные стены, чтобы проложить кратчайший путь к людям, оказавшимся внутри. Там были семьи с детьми, сгорбленные и испуганные, и они с благодарностью прижимались к нашим телам, когда мы превратились в драконов, чтобы защитить их от пламени. Когда все были в сборе, Райнор использовал свои крылья как щит, а я повернул голову вверх и выпустил концентрированную струю белого пламени, которая пробила дыру в крыше. Затем мы схватили их и вырвались на ночной воздух в безопасное место.